Маргарет Уэйс - Второе поколение

Танис едва не сорвался с места, чтобы обнять друга, и лишь усилием воли удержался. Стурм пристально смотрел на сына, в его взгляде были и горе, и понимание, и любовь. Рыцарь не произносил не слова, лишь положил руку на драгоценную звезду, сверкавшую на груди. Свет ее мерк, а Стил не мог оторвать взгляда от отца — выглядел он ненамного живее трупа.

Стурм прикоснулся к груди Стила, и звезда полыхнула огнем. Юноша судорожно вдохнул и быстро накрыл этот сгусток света ладонью.

— Святотатство! — хрипло взревел сир Вильгельм, выхватывая меч.

Огненные всполохи наконец исчезли, и Танис снова смог нормально видеть. Тело Стурма исчезло, остались лишь сверкающий шлем и древний меч, покоящийся на крышке гробницы.

— Нас обманули! Этот человек не один из нас, Рыцарей Соламнии! Это раб Темной Королевы, слуга Зла! Схватить его и убить!

— Магическая звезда исчезла! — кричал другой рыцарь. — Талисман украден, обыскать его!

— Схватить и убить! — надрывался сир Вильгельм, размахивая мечом.

Стил отскочил и, не обнаружив собственного клинка, схватил ближайший — меч отца. Легко подняв его, он мгновенно парировал выпад рыцаря, отбив его рубящим ударом вниз. Отдача отбросила старика, швырнув того в пыль древних захоронений. Но остальные рыцари мгновенно кинулись к нему, образовав стальное кольцо клинков, — даже Стил не имел шансов победить семерых.

Танис выхватил меч и прыгнул на крышку гробницы.

— Карамон, — заорал он силачу, стоявшему открыв рот, — прикрывай со спины!

— Танис,— проговорил Карамон,— я видел... В смысле я знаю...

— Я тоже все видел! — крикнул Полуэльф, желая любым способом вывести Карамона из ступора. — Ты же давал клятву защищать Стила как собственного сына!

— Это точно, — серьезно сказал Карамон.

Силач отбросил ближайшего к нему рыцаря, который попытался зайти с фланга, после чего обнажил меч и занял позицию в арьергарде.

— Не стоит этого делать для меня, — вымолвил бескровными губами Стил. — Мне не нужна помощь в битве.

— А мы делаем это вовсе не для тебя, — ответил Танис, — а для твоего отца!

Стил замер. На его лице отразилось недоверие.

— Я все видел, — продолжал Полуэльф, — и знаю правду.

Он показал на панцирь темного паладина Такхизис, украшенный устрашающими знаками отличия, и на льющийся из-под него свет. Лицо Стила прояснилось — он наверняка задавался вопросом, не сошел ли с ума, — и сразу же на него набежала тень. Юноша мрачно повернулся к противникам — Рыцари Паладайна наступали, но не стремились проявить себя первыми. Все же перед ними были Танис Полуэльф и Карамон Маджере, непревзойденные герои. Воины тревожно оглядывались, ожидая прямых приказов командира, — сир Вильгельм отчаянно пытался подняться, для него не существовало сомнений.

— Победите Зло! Они все стали слугами Такхизис! Хватайте же их!

Ободренные его криком, соламнийцы двинулись в атаку.

Стил был готов к битве — обучение не прошло даром; его темные глаза мерцали, как лезвие меча в свете факелов. Но молодые Рыцари Паладайна ни в чем ему не уступали, особенно сейчас, когда им ясны были цели и идеалы, которые предстояло защитить. Четверо из них окружали юношу, стремясь захватить его живым, поэтому не нанося смертельных ударов.

Лезвия пели песню смерти. Тела людей мелькали, схватившись в бою.

Скоро лоб Стила украшала глубокая царапина, двое соламнийцев тоже обагрили пол святилища кровью. Танис сделал все, что мог, но он уже много лет не держал в руках клинка. Карамон яростно хрипел, едва успевая утирать пот, заливающий глаза. В то время как его противники наносили шесть ударов, он — только один, но атака силача походила на гигантский молот, обрушивающийся на наковальню. Спутники пытались прорваться к выходу — к счастью, сир Вильгельм не решился послать кого-нибудь из бойцов за подкреплением, опасаясь ослабить свой отряд. Кроме того, он надеялся получить всю славу единолично — поймать паладина Темной Королевы не шутка.

— Если мы доберемся до лестницы, — успел выдохнуть Танис Карамону, когда они оказались плечом к плечу, — надо бежать к главным воротам — там оставалось лишь двое стражников... А затем...

— Давай не будем... загадывать. — Карамон с трудом переводил дыхание. — Боги, ну и тяжелая же эта кольчуга!

Танис уже не различал Стила, тот был окружен стеной из сверкавших сталью спин. Но, судя по звону мечей и крикам соламнийцев, парень еще жив. Он будет биться до конца и никогда не позволит взять себя живым, опозорив память отца. Каждый мускул на теле Полуэльфа отзывался болью, но его противник был слишком напуган славой Героя Копья и не стремился атаковать чересчур усердно.

Сиру Вильгельму ситуация нравилась все меньше. Танис понимал, что скоро тот, поняв, что враги не собираются сдаваться, испугается и вызовет подкрепление любой ценой, — тогда они пропали.

— Стурм Светлый Меч, — прошептал Полуэльф, — мы пришли сюда из-за тебя, если можешь помочь, выведи нас отсюда.

Железные двери, инкрустированные символами Паладайна, остались стоять распахнутыми — и внезапно дыхание Бога пронеслось через Палаты. Хотя, возможно, это был просто порыв ветра. Пламя дрогнуло, и факелы, будто они были тонкими свечками, погасли, погрузив чертог в абсолютную тьму. Закружившийся прах столетий полетел в лицо Соламнийским Рыцарям. Сир Вильгельм, уже открывший рот для криков о помощи, вобрал в себя огромное облако пыли, согнулся пополам и судорожно закашлялся. Воины метались вслепую, протирая глаза и отплевываясь.

Странно, но пыль не коснулась Таниса, который немедленно определил Стила — по легкому свету, исходившему из-под его панциря. Юноша уже заносил меч над одним из внезапно выведенных из строя противников, когда Полуэльф подбежал к нему и крикнул в ухо:

— Убираемся отсюда! Скорее!

Несколько мгновений Танис ожидал услышать возражения, но Стил лишь криво улыбнулся до боли знакомой улыбкой Китиары и, опустив меч, кинулся к лестнице. Карамон обнаружился по шумному сопению и отфыркиванию. Положив руку на плечо друга, Полуэльф сказал:

— Нам надо к лестнице. Сможешь бежать? Силач не стал тратить дыхание на ответ и молча погромыхал вслед за Стилом. Танис на миг задержался у главной гробницы и положил руку на древние доспехи: «Спасибо, старый друг».

Друзья вихрем взлетели по лестнице и проскочили ворота; глаза юноши пылали, он жаждал сражения и был уже готов вызвать на бой всех рыцарей Башни — Танис едва успел нагнать и удержать его. Стил гневно вырвал руку, но остановился.

— Карамон, двери!

Силач захлопнул тяжелые створки и огляделся в поисках замка. Несколько мраморных блоков, оставшихся от ремонта, лежало неподалеку, и богатырь, застонав от натуги, приподнял их и подтащил к воротам. Снизу по лестнице уже грохотали шаги; вскоре послышался первый удар, но створки даже не дрогнули.