Абсолютная Власть. Трилогия - Александр Майерс

главный удар прямо по центру, но не сразу. Дам вам время занять позиции.

Мы обсудили этот план и в итоге утвердили с небольшими изменениями.

Ночь прошла в напряжённой подготовке. Противник тоже что-то замышлял — всю ночь шла перестрелка из боевых артефактов. Ослепляющие вспышки озаряли небо, грохот не умолкал. Но это были лишь попытки прощупать нашу оборону, не более.

На рассвете мы были готовы. Я стоял во главе своих дружинников. Все, кто мог держать оружие, встали в строй. Технорота заняла позиции на далёком фланге, готовя свои пушки и пулемёты. Над нами уже кружили вороны, которых призвала Одинокая дружина.

Я взмахнул рукой.

— Начинаем!

С неба посыпались знакомые фиолетовые вспышки, обрушиваясь на командные пункты и артефактные расчёты противника. Где-то в лагере врага послышались взрывы — это уничтожились кристаллы, приготовленные для артефактов.

— Вперёд! — скомандовал я, и наши войска двинулись.

Началось. Снова свист магических болтов из арбалетов, рёв лучемётов, вспышки заклинаний. С запада поднялся неистовый шум — это Соболев начал свою отвлекающую атаку. Я видел, как часть войск Муратова побежала туда, навстречу ослепительным фейерверкам заклятий.

И тогда я обнажил шпагу. Её клинок вспыхнул ослепительным белым светом.

— За мной! На прорыв!

Мы ударили в центр, который оказался ослабленным. Мои дружинники, озлобленные ночным обстрелом, шли вперёд, как таран. Михаил был на острие атаки, его новая рука метала сгустки льда, замораживая целые группы солдат. С поддержкой Очага его силы были невероятны.

Никита, как и было запланировано, появился у врагов в тылу. Его конница смяла обозы и резервы, сея панику и хаос.

Вражеские войска оказались в клещах. Они дрогнули, их строй рассыпался. Я видел, как их воевода, седой полковник, пытался организовать оборону, но было уже поздно. Отряд наших ветеранов во главе с Трояком смял его охрану и взял в плен.

Битва была выиграна. Войска Муратова, рассеянные, понеся тяжёлые потери, отступали. Часть бежала на север, часть — на юг, они потеряли управление и превратились в беспорядочную толпу, спасающую свои жизни.

Мои солдаты праздновали. Крики «ура!», смех, братания. Это была важная, переломная победа. Мы не просто отбили атаку — на второй день мы разгромили противника в поле, взяв в плен воеводу.

Но я поднял руку, призывая к тишине.

— Ещё рано праздновать окончательно, братья! Мы переломили ход войны, но настоящая победа ещё впереди! Не дадим им опомниться! Будем гнать их прочь с нашей земли! А потом мы пойдём на поместье самого Муратова. Этой войне должен прийти конец! И мы его принесём!

Одобрительный рёв дружинников сотряс воздух.

Теперь уже никто из них не сомневался, что победа будет за нами.

Глава 20

Пламя и лед

Дача графа Муратова в Горных Ключах, прежде бывшая тихим пристанищем для охоты и уединённых размышлений, теперь напоминала растревоженный улей. По территории сновали гонцы и брели усталые солдаты, по склонам ближайших холмов спешно возводились укрепления. Но главное зрелище разворачивалось на подъездной дороге.

Альберт стоял на веранде, опираясь на резную балюстраду, и с холодным интересом наблюдал за тем, как к усадьбе подходят остатки армии его господина.

Это было жалкое зрелище. Не победоносное войско, а скопление измождённых людей, больше похожих на беженцев, чем на солдат. Мундиры порваны и залиты грязью, лица серые от усталости и пыли. Многие брели, опираясь на плечи товарищей, волоча по земле повреждённые артефакты.

Рудольф Сергеевич вышел на крыльцо, чтобы встретить их лично. Его осанка была по-прежнему прямой, но Игнатьев, знавший его как себя, видел — граф был напряжён, будто струна, готовая лопнуть от малейшего прикосновения.

К нему подошёл, медленно отдавая честь, майор с перевязанной головой. Очевидно, замещавший пленённого воеводу.

— Ваше сиятельство… — голос офицера был хриплым и болезненным.

— Как? — голос Муратова прозвучал тихо, но с такой яростью, что дружинник невольно попятился. — Как так вышло, майор? Объясните мне. Я оставил вам одну из лучших армий в генерал-губернаторстве. А вы привели мне… это?

— Ваше сиятельство, мы не ожидали, — офицер замялся, пытаясь подобрать слова. — Никто не ожидал, что граф Соболев придёт на помощь Градовым. Его конница оснащена мощными артефактами Воздуха, они невероятно быстры… А сам Владимир Градов… У него столько сил, чтобы лично убить дракона! Никто не мог предположить! И действуют они очень грамотно. Мы не успевали маневрировать…

Муратов слушал, и его лицо становилось всё мрачнее.

— Хватит! — резко оборвал он офицера. — Оправдания я слушать не намерен. Ваша задача — исправить всё это. Войска займут оборону здесь, под Горными Ключами. Рельеф местности подходящий. Холмы, овраги. Мы не дадим врагу пройти дальше.

Майор побледнел ещё больше.

— Но, ваше сиятельство… вражеские войска уже в половине дня пути! Они идут по нашим следам! А их проклятые вороны… — он содрогнулся и взглянул на небо. — Могут ударить в любой момент. Мы уже стольких офицеров и магов из-за них потеряли. Мы не успеем подготовить должным образом оборону! Они нападут на нас, пока мы будем здесь окапываться!

— Будешь стоять насмерть! — рявкнул Муратов, и его голос прозвучал как удар кнута. — Нельзя пускать их дальше! Ты что, хочешь, чтобы враги пришли к стенам моего поместья?

Майор не успел ответить, когда Рудольф рявкнул:

— Нет! Этого не будет! Понял? Стоять насмерть! — повторил он.

Офицер, подавленный, мог лишь молча кивнуть. Получив отмашку, он побежал исполнять приказ, который считал самоубийственным.

Игнатьев наблюдал за этой сценой, и внутри него всё ликовало.

«Идеально. Просто идеально».

Рудольф терял остатки разума от ярости и унижения. Он был готов окопаться здесь, в этой глуши, и драться до последнего солдата, лишь бы не отступать дальше. Это было именно то, что нужно Альберту.

Муратов повернулся к нему, его глаза горели мрачным огнём.

— Где этот чёртов Неверов? Его войска должны были быть здесь ещё два дня назад!

Советник сделал скорбное лицо.

— У барона, к сожалению, возникли очередные непредвиденные обстоятельства. Дороги размыло…

— Предатель! — выкрикнул Муратов. — Ни на что не годный старый трус! А что граф Токарев? Барон Дорин? Ты связался с ними?

Альберт развёл руками, изображая сожаление.

— Они не ответили на послания, ваше сиятельство. Думаю, в сложившейся ситуации никто не хочет ввязываться в войну на стороне… — он сделал искусную паузу, — проигрывающих.

Это была последняя капля. Муратов шагнул к Игнатьеву, и его лицо исказила такая ненависть, что Альберт инстинктивно отступил на шаг.

— Ты! Где теперь твои хвалёные связи в Дворянском совете? Где поддержка? Мне нужен совет, как выиграть войну, а не как бежать, поджав хвост!

— Рудольф Сергеевич, — сказал Игнатьев,