Рональд Колд - Великий поход

— Стоп, — скомандовал Аграв, и отряд сгрудился на практически неразличимой в островках мха тропе. — Надо изготовить зонты.

— Это зачем? — спросил колдун, с интересом разглядывающий большой гриб, спешащий мимо его сапога на сотнях белесых ножек.

— А затем, лысая твоя голова. — Аграв надел рукавицу и схватился за черный ползучий стебель. — Что хуже солнечного света в топях нет ничего. Не дай нам Вечное Небо, которого там не видно из-за облачного купола, попасть под открывшееся оконце. Красный световой поток, льющийся сверху, быстро превратит нас в слепых призраков, блуждающих по трясине и сдирающих с себя клочьями омертвевшую кожу.

Пока лесоруб старался перепилить неподатливый стебель ползучего растения, один из отростков вдруг хлестнул его по груди. Аграв лишь недобро ухмыльнулся, наступил на бьющееся растение ногой и в два рывка оторвал от него длинный хлыст. Оставшаяся часть перестала вибрировать, на мгновение замерла и вдруг поползла куда-то вдаль. Вскоре она исчезла за ближайшим камнем.

— Ловите их, иначе все разбегутся, и придется делать зонтики из шкур. Они тяжелее, да и на охоту нет времени. — Вагр стрелой метнулся к шевельнувшемуся черному канату и наступил на него сапогом, словно на змею. Немедленно на его штаны и подол рубахи обрушились мясистые ветви, но лесоруб, не обращая на них внимания, стал отрезать ножом нужный ему кусок.

— Как ни прискорбно, но флоридяне правы, — сказал эливенер, наступая на медленно отползающее щупальце растения. — Солнце, действительно, — самый страшный враг, поджидающий нас в топях. Все живое прячется от него и боготворит потоки низких облаков, не дающих Небесному Убийце уничтожить внизу все и вся.

— Так там царит вечная ночь, — спросил метс на северном наречии, отсекая ударом сабли схватившее его за руку растение, на которое наступил колдун.

— Нет, мой мальчик. — Эливенер уже плел из растения нечто, подобное корзине. Навык у отца Вельда, без сомнения, имелся: его руки мелькали с невероятной быстротой и точностью. Даже привычные к такого рода работе Аграв и Вагр справлялись медленнее. — В топях царит полумрак, слегка расцвеченный этими вот бегающими грибами и другими светящимися растениями. Некоторые озера также светятся, не говоря о множестве пород животных и бактерий, вырабатывающих свет, которые встречаются лишь во Внутренней Флориде, да на самом дне океанов.

При этих словах колдун хмыкнул, дескать, много ли знает на самом деле старый эливенер о положении дел на дне океанов. Отец Вельд повернулся к нему и сказал тихим голосом:

— Мой лысый друг, если ты не соблаговолишь сделать себе зонт, то рискуешь потерять навеки даже кожный покров своего черепа. Не спорю — от этого вид твой, с точки зрения сил Тьмы, станет только внушительнее, но лично меня голый оскаленный череп может вогнать в оторопь. Так что…

— Как же я могу плести с завязанными руками, старик? И как я понесу зонт?

— У нас нет возможности приставить к тебе носильщика, так что придется развязать руки, когда придем в опасные области. А пока… — Эливенер слегка прикоснулся к ремню, стягивающему запястья некроманта, и хитрый узел распался. Кен завистливо посмотрел на Вельда, дав себе зарок выведать конструкцию узла. Растерев онемевшие кисти, некромант с неохотой принялся за работу, искоса поглядывая на усевшегося напротив Аграва.

Вскоре колдун оказался поглощен плетением. Он шипел от злости, кусал себя за пальцы и смотрел волком на Вельда и Вагра, заканчивающих свои зонты.

Тем временем иир'ова и Ушан, лапы которых были не приспособлены для тонкой работы, отправились к ближайшему озерцу на охоту.

— Сделайте и для них парочку, — сказал эливенер флоридянам, указывая на спины мутантов, растворяющиеся в тумане. Аграв просто кивнул головой, не отрываясь от работы, а Вагр насмешливо спросил чернокнижника:

— А тебе, порождение мрака, не нужна помощь? Это тебе не кошек мучить и не жабьи лапки в ступе толочь, да?

Некромант позеленел, а руки его скрючились в бессильной ярости, словно лапы совы, вцепившейся в древесный сук. Он некоторое время смотрел на ухмыляющегося лесоруба, потом высокомерно отвернулся и принялся плести дальше. Когда он последним из всего отряда закончил свой зонт, отец Вельд одобрительно сказал, глядя на корзинку неправильной формы:

— Браво, мой лишенный совести и волосяного покрова друг, ты делаешь успехи! Не правда ли, кое-какие навыки смертных весьма…

Колдун буркнул сквозь плотно сжатые губы, словно плюнул, перебивая неторопливую речь эливенера:

— Дурное дело не хитрое. Тоже мне, навык.

Эливенер удивленно поднял брови. Вагр и Аграв так же весело переглядывались, глядя как колдун, явно гордящийся своим изделием, пытается приделать к нему дорожный посох старика.

— Ну что за манеры у служителей Тьмы, — притворно расстроился эливенер, когда некромант приладил клюку к корзине и поднял ее над головой. — Мог бы спросить разрешения.

— Еще чего! — Колдун разглядывал глубокую синеву неба сквозь многочисленные дырки своей корзины. — Ну и как, по-вашему, это изделие защитит нас?

— Очень просто. — Эливенер указал пальцем на возвращающихся иир'ова и Ушана. Сын Ветра нес в каждой лапе по большой белой птице, а желтый мутант тащил за задние ноги огромную розовую жабу, едва ли уступающую ему в весе.

— Я это есть не стану! — категорически заявил Аграв, с нескрываемым омерзением следивший, как желтый связывает конечности брыкающейся земноводной твари веревками.

— Никто тебя и не просит им питаться. — Эливенер обошел розового пленника, копошащегося в грязи. — Кроме того, мясо самки красных кваков весьма ядовито по весне. Эта красавица нужна нам совсем для другого.

С этими словами старик опустился на колени и стал поглаживать покрытое слизью розовое брюшко, что-то тихо бормоча.

— Ну и что он делает? — спросил Аграв, левое веко которого начало нервно подергиваться, когда под ладонью эливенера брюхо квака стало расти, а на коже выступила темно-зеленоватая слизь.

— Помолчи, Рыжий. — Вагр, сообразивший, что происходит, спросил у своего побратима: — У тебя что, есть с собой древесная смола, или пчелиный воск?

Не успел лесоруб ответить, как самка квака издала облегченный вздох, и вдруг прямо на сапоги Аграва полетела струя прозрачных ярко-желтых икринок. С проклятьями рыжий кинулся к лягушке, норовя пнуть ее в бок, когда эливенер встал на его пути. Понурившись, лесоруб стал отряхиваться.

— Не порть икринки! — Эливенер стал бережно подбирать желтые шарики величиной с голубиное яйцо. Вагр кинулся ему помогать. Тем временем иир'ова и Ушан, получившие телепатическую команду от старика, схватили квака за ноги, и потащили в сторону озера. Розовое существо облегченно вздыхало и издавало такие звуки, словно собиралось разразиться каким-то варварским песнопением.