Дэвид Эддингс - Келльская пророчица

Группа далазийских проводников, которые показали Гариону и его друзьям дорогу в Келль, вела их вверх по улице в направлении простого дома неподалеку от тенистого сада. В дверях стоял, опираясь на длинный посох, облаченный в белое древний старец. Глаза у него были ярко-синие, а волосы белы, словно снег на горных вершинах.

— Мы долго ждали вас, — старческим дребезжащим голосом произнес он, — ибо Книга Веков открыла нам, что в пятом веке Дитя Света и его спутники явятся в Келль, ища мудрого наставления.

— А Дитя Тьмы? — спросил Белгарат, спешиваясь. — Она тоже придет сюда?

— Нет, древнейший Белгарат, — отвечал старец. — Но все равно мы обнаружим ее след — несколько иным способом. Имя мое Даллан, и я с радостью приветствую всех вас.

— Ты здешний правитель, Даллан? — спросил Закет, тоже соскочив с седла.

— В Келле нет правителей, император Маллореи, — ответил Даллан. — Даже ты здесь не властелин.

— Похоже, вы нас хорошо знаете, — отметил Белгарат.

— Мы знаем вас с тех самых пор, как Книга Небес впервые открылась для нас, ибо имена ваши начертаны меж звезд крупными буквами. Теперь же я провожу вас туда, где вы сможете отдохнуть и дождаться явления великой прорицательницы. — Старец взглянул на странно мирную волчицу, сидящую у ног Гариона, и резвящегося подле нее волчонка.

— Как поживаешь, сестренка? — вежливо спросил он.

— Сестра всем довольна, друг, — отвечала она по-волчьи.

— Брат искренне этому рад. — Старец легко перешел на язык волков.

— Неужели все в мире, кроме меня, говорят по-волчьи? — с легким раздражением воскликнул Шелк.

— Хочешь брать уроки? — спросил Гарион.

— Да ну тебя…

Старец, тяжело опираясь на посох, повел их через зеленую лужайку к большому мраморному строению. К крыльцу вели широкие сверкающие чистотой ступени.

— Этот дом выстроен для вас еще в третьем веке, древнейший Белгарат, — сказал старец. — Первый камень заложили в тот самый день, когда ты вызволил Шар Алдура из Города Ночи.

— Давненько это было… — заметил старый волшебник.

— Вначале века были длинны, — согласился Даллан. — Теперь же они стали много короче. Отдохните как следует. Мы приглядим за животными.

Он повернулся и, опираясь на свой посох, медленно побрел к своему дому.

— Тот день, когда далазиец заговорит по-человечески, не прибегая к загадочным иносказаниям, станет днем кончины мира, — проворчал Белдин. — Давайте войдем. Если этот дом и впрямь простоял столь долго, как сказал старик, то, верно, пылищи там по колено, и надобно его хорошенько вычистить.

— Ты стал чистюлей, дядюшка? — изумленно засмеялась Полгара. — Полно, да ты ли это?

— Ничего не имею против грязи, Пол, в разумных пределах, конечно. Но вот от пыли я начинаю чихать…

В доме царила безукоризненная чистота. Ласковый летний ветерок играл легкими занавесками на окнах. Мебель, хотя и несколько непривычных форм, оказалась очень удобной. Необычной формой удивляли и сами комнаты — здесь вообще не было углов.

Они бродили по этому странному дому, пытаясь к нему попривыкнуть. Потом все собрались в просторной сводчатой гостиной, где у самой стены журчал кристально чистый фонтанчик.

— Здесь даже нет черного хода, — критически заметил Шелк.

— Ты уже собрался откланяться, Хелдар? — спросила Бархотка.

— Пока нет, но предпочел бы иметь возможность сделать это быстро — в случае необходимости.

— Ты всегда можешь сигануть из окна, если потребуется.

— Это несерьезно, Лизелль! В Академии только студенты-первогодки прыгают из окон.

— Знаю, но иногда волей-неволей приходится импровизировать…

Ухо Гариона уловило странный звук, напоминающий тихий шепот. Сперва он подумал, что звук исходит от фонтана, но на журчание воды это меньше всего походило.

— Как думаешь, далазийцы не будут против, если мы выйдем из города и осмотрим окрестности? — спросил он у Белгарата.

— Не торопись. Нас явно привело сюда провидение. Я пока не знаю, должны ли мы остаться тут или нам предстоит нечто иное. Во всяком случае, надо хорошенько осмотреться, прежде чем что-то предпринимать. Здешним далазийцам, и в особенности Цирадис, есть что нам сообщить. Их ни в коем случае нельзя обидеть. — Старик поглядел на Дарника. — А Тоф хотя бы намекнул, когда она явится нас навестить?

— Да нет, но мне кажется, что она не заставит себя долго ждать.

— И что проку от твоего предположения, друг мой? — заявил Белдин. — У далазийцев странное представление о времени. Они измеряют его даже не веками, а тысячелетиями.

Тем временем Закет тщательно изучал стену в нескольких ярдах от журчащего фонтанчика.

— Даже следов раствора меж плит не видно, вы представляете?

К нему подошел Дарник, вынул нож и осторожно принялся ощупывать кончиком еле заметный шов между мраморными плитами.

— Наверное, шиповое соединение — ну, плотно пригнанный шип, скорее всего, конической формы, входит в паз, — принялся рассуждать он. — Похоже, на постройку этого дома ушли долгие годы.

— И долгие века на то, чтобы воздвигнуть весь город, — прибавил Закет. — Где они научились всему этому? И когда?

— Возможно, еще в первом веке, — задумчиво произнес Белгарат.

— Прекрати! — взорвался Белдин. — Ты говоришь точь-в-точь как они!

— Где бы я ни находился, всегда стараюсь следовать местным обычаям, — спокойно ответил волшебник.

— Пока что знаний у меня не прибавилось… — вздохнул Закет.

— Первый век — это период от сотворения человека до того дня, когда Торак расколол мир, — принялся растолковывать ему Белгарат. — О самом начале сведения слегка расплывчатые. Бог Алдур никогда не пускался в пространные рассуждения о том времени, когда они с братьями сотворили мир, и мне представляется потому, что их Отец этого не одобрял. Но вот о расколе мира многое известно, как и о том, когда именно он произошел.

— А когда это случилось, вы уже родились, госпожа Полгара? — с любопытством спросил Сади.

— Нет. Мы с сестрой появились на свет много позднее.

— А насколько именно позднее?

— Мы родились два тысячелетия спустя или около того — ведь так, отец?

— Примерно так.

— У меня кровь в жилах стынет, когда люди столь небрежно отсчитывают тысячелетия. — Сади содрогнулся.

— А почему ты думаешь, что искусство строительства далазийцы постигли еще до раскола мира? — спросил Закет у Белгарата.

— Я читал кое-какие главы из Книги Веков, — ответил старик. — Там довольно подробно изложена история далазийцев. После того как мир раскололся и воды Западного моря затопили континент, вы, ангараканцы, бежали в Маллорею. Далазийцы знали, что им так или иначе придется поладить с новыми соседями, вот они и решили прикинуться простыми земледельцами. Они разрушили свои города — все, кроме одного.