Ника Ракитина - Завтрашний ветер. Незнакомка

— А ты как думаешь?

Наемница осеклась, поморгала.

— Я?..

Косадес ждал, похлопывал пальцами по колену.

— Ну, я видела призрак двемера. Очень похож. На данмера… Только одежда другая и глаза не красные.

— Поражаюсь твоей наблюдательности, — улыбнулся Кай, — так много заметить в бою. Или это хаджит рубил, пока ты пялилась?

Щеки и уши Аррайды залил густой румянец.

— А откуда ты…

— Так вся Балмора судачит о ваших подвигах, — мастер-шпион, пряча искорки в глазах, покаянно развел руками. Поскреб затылок. — Я и представить не мог, что одна… хм, девчонка может дать столько пищи для слухов и сплетен. У Тьермэйлина не стоило их селить.

— Я хотела у магов, но Эдвина…

— Эдвина? — Кай подался вперед, сцепив руки на колене. — Из Альдруна?

— …она не захотела. Из Альдруна, да. По крайней мере, к Черриму пришла в Альдруне. Можно память потерять, если стукнут по голове?

— Можно, — рассеянно отозвался Кай. — С Эдвиной мы что-нибудь придумаем. Вернись к Шестому Дому.

Девушка кивнула.

— Непонятно, из-за чего произошла склока между Домами: из-за спорных земель, или Дома Двемер и Дагот действительно использовали какое-то ужасное колдовство, но началась война. На стороне Дагот и Двемер выступили северяне, и бои длились с переменным успехом, пока Неревар Индорил, возглавивший объединенную армию их противников, не привлек на свою сторону степняков с пепельных земель. Войска ворвались в крепость под Красной горой, и мятежные Дома были разбиты.

Аррайда облизнула губы. Мастер-шпион подал ей кружку с травяным настоем. Девушка благодарно кивнула, отхлебнув.

— Некоторые, правда, считают, что сперва Дом Дагот служил Неревару, но потом переметнулся на сторону двемеров. За это его и назвали Домом предателей, племенем неоплаканным, и по окончании войны даже память о нем постарались стереть. Но у данмеров есть легенда, что вожди Дома Дагот не погибли, а уснули, запертые под Красной Горой. И когда воспрянут — освободят от владычества Империи Морроувинд. Кто-то даже уверен, что время это пришло.

— Очень интересно, — пробормотал Кай. — Что еще?

— Ждущие пробуждения Дома Дагот собираются в уединенных местах, чаще всего, в пещерах. Полуголые, садятся вокруг костра. Причащаются корпрусным мясом. Возможно, срезая его с себя, — девушка передернулась, — при болезни плоть растет быстро, а боли заразившийся не чувствует… И грезят о былой славе данмеров. Зовут себя «спящими» или «видящими». Антаболис сказал, правду от вымысла отделить крайне трудно. Вот все, что он знает.

Аррайда наконец-то подняла глаза и прямо осмелилась взглянуть на Кая.

— Да, еще он обозвал их сумасшедшими с дубинами, считает, что таких вряд ли много, и угрозы для Империи от них не больше, чем от запавших на лунный сахар.

Лицо Косадеса передернулось. Скрипнув зубами, он справился с собой. Мягко коснулся руки девушки:

— Не обижайся. Я сердит не на тебя…

Он зачем-то посмотрел на растянутую в углу под потолком паутину.

— Я уважаю Антаболиса… И мне весьма любопытно его мнение. Но выводы я предпочту делать сам. Кстати, в отличие от него, ты знакома со «спящими» не понаслышке. Как думаешь, к ним стоит относиться серьезно?

Аррайда задумалась.

— П-помоему, "безумцы с дубинами" — это очень точно. Они… они вели себя как шершни, на чье гнездо я случайно наступила!

— Вот и ладушки. Не кричи.

Кай поднялся, раздул угли в жаровне, поставил на них котелок. Пробормотал, словно беседуя сам с собой:

— Одно гнездо можно выжечь, и второе, в самом деле, чего нам бояться? Прислал легион… Только кто же его даст… — он потянулся на полку за коробкой. — Только если для шершней сыщется умная голова… а она сыщется, если уже нет… и объединит, и использует… тогда все очень плохо.

— Почему?

Мастер-шпион резко повернулся: словно не ожидал, что кто-то сидит у него за спиной, да еще задает вопросы. Сдирая с коробки тесную крышку, все же ответил:

— А вот смотри. «Спящие» не знают страха. Не боятся боли. И закон для них один — убей чужого, — он вытянул щепотку травы, лизнул, кинул в кипяток. — Таких очень просто использовать, верно?

Помешал ложкой в котелке.

— Убить герцога Дрена — и провинция превратится в безголовую курицу. А еще можно устроить поджоги… отравить корпрусным мясом колодцы и источники… Многое можно. Уже сейчас из-за мора сообщение с материком почти оборвано. Что такое?

Аррайда стиснула потные ладони в кулаки и, стараясь не отводить глаза, спросила:

— Кай, а что бы ты сделал, если бы я отказалась стать «клинком»? Или вообще… не появилась в Балморе?

Коробка накренилась, часть содержимого просыпалась на угли, запахло горящим сеном. Косадес громко чихнул. Нахлобучил на емкость крышку.

— А ничего бы не сделал. Думаешь, у меня время есть — гоняться за глупой девицей по Вварденфеллу? А почему ты спрашиваешь?

— А потому что для меня сменили одну тюрьму на другую, а тебя сделали надсмотрщиком.

Кай ошеломленно уставился на нее. Сел рядом. Повертел в руках коробку, отложил.

— Ты… сама додумалась, или подсказал кто?

— А разве не так?

— Не так. Никто тебя к Вварденфеллу не привязывал. Договорись с контрабандистами — и прощай. Что еще?

Рот Аррайды приоткрылся.

— Я смотрю, у тебя много вопросов… — краешком рта улыбнулся Косадес, снял с огня котелок, разлил по кружкам дегтярный отвар.

— Но это неправильно! Вот, смотри… Меня забирают из столичной тюрьмы и везут сюда, специально гонят неф. Эргала из Имперской канцелярии так сказал, у меня нет поводов ему не доверять. И он тут же вручает запечатанный пакет к тебе и горсть золота, не считая. Такое доверие к недавней преступнице, с чего бы? Приказ об освобождении подписал лично император…

— Держи, — мастер-шпион подал Аррайде кружку, обернутую полотенцем. — Ты еще забыла добавить, что «клинки» — почетный орден, и кого попало в него не берут. И после этого все еще считаешь себя несчастной пленницей?

Он достал из буфета сухари и тарелку с початым желе. Пододвинул гостье.

— Я хочу знать, почему оказалась в тюрьме.

Косадес кивнул:

— Я пошлю запрос с очередным курьером. А пока запомни: у императора свои резоны. Выполняй приказы, и однажды, возможно, ты все узнаешь. Еще что-нибудь важное Антаболис сообщил? — свосем другим тоном поинтересновался он.

Аррайда отставила кружку, сильно провела ладонями по лицу. Помедлила, припоминая.

— Хасафат… обратил внимание на еще одно суеверие. Оно совсем не затронуло данмеров из Великих Домов, зато степняки из пепельных земель верят и верят сильно — в то, что Неревар однажды вернется, чтобы окончательно уничтожить спящих под Красной Горой. Что он, умирая, обещал, — девушка задумалась, припоминая, — "прийти по долгой дороге из-за луны и звезд". Сам Антаболис об этом знает не много, но посоветовал обратиться к ирчене из гильдии магов — Шарн Гра-Музгоб. Я сходила к ней. Она пообещала рассказать — если я ей помогу.