Александр Карпов - Необыкновенные приключения капитана Шпарина.

— Что-о!? — теряя самообладание, завопил майор. — Евпахов! Ты кого привел? Да он пьян! Что он несет? Расстреляю! — майор лапнул пустую кобуру, забыв, что оставил табельное оружие в кабинете в штабе. — Взбесились все? Сумашедший дом!..

— Я давно догадался, — качая ногой, меланхолично произнёс Супонев. — Полагаю, что это прекрасно знаете и вы.

— Есть сотрудники похуже, — сказал эскулап третьего ранга. — Как справедливо изволили отметить вы, господин майор, и капитан Супонев, мощные электромагнитные поля и, как следствие этого, микро и макроклимат вокруг Центра и Базы не способствуют сохранению в должной мере нормального психофизиологического состояния персонала. А насчет этого идиота, как вы только что выразились, Миазмова, вы, наверное, запамятовали, что сами отобрали его в позапрошлом году из осенней группы «биобов», как вполне профпригодного. Он так и не привык к новой действительности, не ассимилировался и потихоньку спивается. Правда, днем ни грамма.

— Кстати, о способах замутнения сознания и получения дополнительных ощущений. Недавно обнаружил в казармах связки сушеных мухоморов, в разных укромных местах, даже в оружейке. Больше всех, как всегда, отличилась вторая рота. Ходят, как пьяные, а не пахнет. На последних стрельбах результаты удручающие, сами видели… Это вам к сведению о психофизиологическом состоянии. Сушат и жрут, — Супонев победоносно посмотрел на Евпахова.

Шпарин, притворяясь, что спит, уже давно слушал разговоры палачей и как-то довольно спокойно раздумывал, чего ещё такого эти гады могут с ним сделать, но только до того момента пока не появился очередной мучитель.

— Ладно, — неожиданно просыпаясь, сказал Шпарин и опустил ноги на пол. — Расскажу все, как на духу, только уберите нового психа.

— Как хотите, а я не верю всем этим гипнозам, наговорам, порчам и прочей ерунде, — заявил Супонев, не подозревая, как глубоко ошибается.

— Хотите покажу, что умею? — прорычал «псих», нетрезвый потомственный колдун, упираясь взглядом в ближайший к нему стеклянный шкафчик. Миазмов напрягся, морщины на лбу сошли в одну извилистую линию. Колдун театрально выбросил руки вперед. Стеклянные дверцы разлетелись вдребезги, на пол посыпались колбы, пробирки и прочая медицинская утварь. Шкафчик качнулся и рухнул вниз. Немного сдвинулась места, почти незаметно, и качнулась вертикально стоящая мебель в помещении.

— Ого! — воскликнул майор, отодвигаясь на всякий случай от экстрапарапсихолога.

— Вы меня удивляете, Эфир Спиритович! — поразился новый начлаб. — Раньше такой энергетики у вас не наблюдалось.

Потом пришла очередь капитана.

Миазмов повернулся к Супоневу, невнятно произнес несколько фраз, потряс бородой и снова махнул руками.

— Прямо факир в цирке… — начал Супонев, но договорить не успел. Сначала на нем лопнул ремень на камуфляжных штанах, потом разлетелась молния, а сами штаны опустились вниз, обнажив толстые розовые ляжки в ярко-розовых трусах.

— Всё в масть, — подытожил Шпарин. — А где у него пиписька?

— Охо-хо-хо!.. — прикрывая рот рукой, засмеялся эскулап третьего ранга. — И правда не видно…

— Уху-ху…ху!.. — начал смеяться майор, но быстро осекся. — Верю, верю. Хватит. Беру свои слова обратно… насчет идиота.

Супонев, затравленно озираясь, придерживая штаны руками, заметался по лаборатории, подыскивая замену испорченному ремню.

— Возьмите, — сжалился над капитаном Евпахов и подал резиновый жгут для остановки крови.

— Мастерство — оно навсегда, не пропьешь, — сказал медиум, наблюдая, как капитан чертыхаясь, приводит форму в порядок. — Так который тут клиент, и чего с ним делать?

— Этот молодой человек, — Древака показал на Шпарина. — Покопайтесь у него в мозгах. Я хочу знать, кто он на самом деле.

— Я подданый Российской Федерации, — гордо сказал Шпарин. — Хочу видеть консула или, хотя бы, звонок в посольство.

Миазмов застыл, как вкопанный.

— Кто вы?.. — очень и очень удивленно переспросил экстрасенсапарапсихолог.

— Садитесь в кресло, Шпарин! — сказал Супонев, переходя на вы. — Хватит паясничать!

— Да, да, Михаил Иванович. Раздевайся и садись в кресло, снять можешь одну курточку. Я понимаю, что ты натерпелся, перепсиховал, вот и несешь всякую чушь. Немного терпения и все прояснится, — чуть ли не по-отечески увещевал Древака.

— Как, опять? Не имеете права. Я буду жаловаться. Все, что вы делаете — нарушение прав человека, — покряхтывая, как старик, постанывая, Шпарин полез в кресло. — Напишу жалобу в Страсбурский суд. Ответите перед мировой общественностью.

— Прекрати, Миша. Посмотри вокруг, ты не на допросе в застенках у конфедератов, а у себя дома, в родном отечестве, — майор расстроганно погладил Шпарина по голове. — Наверное…

— Видите синяки, ушибы и раны на моём сравнительно молодом теле. Это всё ваши муфлонцы. Ну, сколько можно? — пожаловался Шпарин. — Скажу также, что на меня гипнотические чары никогда не действовали, уже проверено. Никакие экстрасенсы, цыганки-гадалки и прочая оккультная шушера не могут воздействовать на меня никоим образом. В жизни и по роду своей работы, я не раз сталкивался с подобной публикой и эти ваши приколы не более чем дурацкие фокусы.

— Давай, внушай, — приказал майор экстрасенсу.

— Сейчас я стану читать вторую главу романа «Любовные связи», — Миазмов с нескрываемым любопытством разглядывал Шпарина. — Знакомы с этой книгой? Своеобразное, к слову сказать, чтиво, непонятно почему восторженно принятое в своё время критикой и лучшей половиной человечества, но им виднее.

«Интересно, интересно, — Шпарин поёрзал в кресле, совсем по иному смотря на экстрасенса. — Любовные связи» мой первым роман, откуда он про него знает?».

— … вы будете внимать спокойной размерности предложений, их отточенной законченности, затем на тридцать второй странице расслабитесь, почувствуете гармонию с окружающим миром, на тридцать третьей странице, на двадцатой первой строке уснете полным, глубоким сном и ответите на все вопросы, которые я задам.

— Спорим, что не усну? — азартно воскликнул Шпарин. — Ну-у… Вот хотя бы на прекрасные рыжие усы капитана. Вы сбреете их на расстоянии, как обещали.

— Ах ты, подкидыш!.. — Супонев двинулся к спецкреслу. — Руки так и чешутся, дать тебе по роже. Совсем обнаглел, цепляется по каждому поводу и без повода.

— У тебя, Супонев, есть над чем поработать, — Шпарин полез из кресла. — Зубов полная пасть. Я мастер по их удалению.

— Но-но, перестаньте! — прикрикнул Древака. — Возможно он наш коллега. А вот ежели не коллега, тогда делай, что хочешь, хоть шкуру с живого сними. Давай, Миазмов, приступай к заданию.