Анна Тьма - Рассказы

— Скажу, как ты меня с ним познакомишь.

Рысь села на край крыши, болтая ногами в воздухе. Крылья почему-то убирать не хотелось. Сев рядом, я достал сумку и, покопавшись, выудил оттуда все ещё свеженькие кремовые пирожные — я их предварительно запаковал в кокон безвременья, чтобы они оставались как только что приготовленные. И бутылку газировки. Юля оценила мою заботу по достоинству и умяла две штуки из пяти.

— Ой, а куда это папа в такую рань… — пробормотала Юля, провожая глазами зелёный «уазик» и машину для перевозки заключённых.

Быстро дожевав своё пирожное, убрал сумку и протянул Юльке руку:

— Полетели посмотрим?

— Давай.

Мы взмыли воздух и направились вслед за машиной. Придерживая Рысь, я ловил крыльями восходящие потоки. Машины направлялись за черту города.

— В Аэропорт, что ли? — вслух удивилась навигатор.

Кажется, я догадываюсь, кого везут в машине с решётками. Эх, зря я взял с собой Юльку!

— Киса, мне тебя лучше оставить, — с мрачной решимостью, я остановился и начал снижаться.

— Даже и не думай! — повысила голос девушка. — Не смей, понял?!

— Там будет опасно, Юля! Уж тебе не следует даже близко находиться от того, кого они перевозят!

— Тем более! Там же мой отец!

Скрипнув зубами, снова поднялся в воздух и прибавил скорость, нагоняя скрывшиеся из виду автомобили. А нагнав, резко остановился и спикировал на ближайшую крышу. Машины сопровождения стояли полукольцом, та, где перевозили демона, была перевёрнута, а сам демон держал самого молодого из охранников за горло, в окружении целящихся в него омоновцев!

— Юля, жди здесь!

О, проклятье, он уже убил охранника! Если я успею до его трансформации…

Думать было некогда и я на максимальной скорости швырнул себя в полёт, начиная менять Ипостась. Пушечным ядром влетев в живот твари, я надеялся сбить его с ног, но лишь заставил отступить на несколько шагов. Он изменялся быстрее меня. Демон попытался отбросить меня в сторону, но я вцепился в его руку, оскалившись и низко рыча. Слишком медленно происходит обращение, я слишком долго не спал!..

— Наглый малец, — прорычал демон, впервые подав голос. — Я вырву твоё сердце.

Слишком длинные жёлтые когти вошли в мою грудь немного выше сердца, пробивая не успевшее обрасти чешуёй тело насквозь. Взвыв от дикой боли, я укрепил рёбра, между которыми прошли когти и снова яростно зарычал.

— Убью! Гррррааах!

Попытки завершить хотя бы начальную стадию трансформации заканчивались вспышками дикой боли и нулевыми результатами. Я пытался вырвать руку демона из своей плоти, но тот лишь скалился и слегка сжимал когти, наслаждаясь моей мукой. Кто-то несколько раз безрезультатно выстрелил по демону. Я выхватил из личного пространства свой тяжёлый Фламберг, но демон поймал волнистое лезвие в полёте, а у меня не хватало сил справиться с тварью.

Подавшись вперёд, я зарычал в рожу демона и резко отклонился назад, падая на землю, чтобы вырвать из себя мерзость, пробившую мою плоть. Мне это удалось и я в бешенном темпе, расплачиваясь лютой болью, завершил трансформацию. Ударив хвостом по ногам твари, я бросился в драку со всей яростью, на какую был способен. Пока демон не завершил Обращение, он уязвим и его ещё можно убить. Не обращая внимания на удары и раны, наносимые когтями пробивающими даже мою бронированную чешую, я рвался к горлу демонической твари. А вцепившись, уже не отпустил и раздирал жёсткую плоть, пока не отделил полутрансформированную уродливую башку от тела. Оглушённые люди, не выдержавшие некоторых особенностей битвы с демоном медленно приходили в себя.

Встав на ноги, я отошёл от конвульсивно подёргивающегося в агонии тела и с криком упал на колени, когда тело слишком резко и без перехода поменяло Ипостась. Боль пронизывала каждую клеточку, каждый нерв. О, небо, это невыносимо!.. По лицу текли то ли капли пота, то ли не сдержанные слёзы.

— Воробей!.. — сквозь красный туман проступило бледное Юлькино лицо.

Как она здесь оказалась? Добежала, что ли?..

— Любимую рубашку порвал мне, гад, — невнятно побормотал я, слабо сознавая, что происходит. — Ох, мамочка, как же больно…

— Малыш, тебя в больницу отвезти? — ко мне склонился капитан Тартынский.

Надо же, как он быстро очнулся.

— Мне домой… — выдавил я. — Там Шон…

Он убежал пытаться завести машину, одновременно куда-то названивая.

С трудом поднявшись на ноги, я попробовал выпрямиться и зажать рукой пробившие тело насквозь раны. Мне ненадолго полегчало после обращения — слишком резкая смена Ипостаси вызывает болевой шок и смерть, но на такие случаи у любого тёмного есть свой 'предохранитель', выбрасывающий в кровь лошадиную дозу анальгетиков. Но я знал, что это временно. Более того, с такими ранами недолго осталось жить. От них, к тому же, начинало расползаться чёрное пятно, указывая на иномирное отравление.

— Ирдес, тебе надо в больницу, — Рысь обняла меня за пояс, поддерживая.

— В больнице мне не помогут, кис. Здесь нет тёмных специалистов.

В чудом уцелевшем на изодранной рубашке кармане запел сотовый. «Что ожидает нас, друг, на пороге ада — вечная жизнь или вечный покой?!».

— Привет, Ван, — ответил я, кое-как выудив телефон из кармана скользкой окровавленной рукой. — Прости уж, я не смогу тебя сегодня встретить.

— Что случилось? — сразу насторожился чуткий к моим интонациям друг. — Ирдес, где ты?

— Не знаю, где-то на окраине города. Вполне возможно, что мы с тобой последний раз говорим, брат.

— Твою мать, дай мне пеленг, быстро!!! Включи маяк!!!

— Ван…

— Я СКАЗАЛ, МАЯК ВКЛЮЧИ!!!

— Сейчас, — нашарив на груди прозрачный медальон в виде слезы, я особым образом сдавил его, активизируя. — Всё, включил.

— Я сейчас буду. Просто продержись, пока я буду в пути, слышишь?!

— А что это изменит?

— Говори, говори, не замолкай. Я хочу тебя слышать.

— Знаешь, я тут на демона нарвался. Убить-то убил, только… как всегда дурак, да? Я не хотел жертвовать людьми.

— Ещё какой идиот, только говори!

— Ну так… Я не смог обращение завершить до начала боя и теперь, кажется, осталось мне минут тридцать.

— И не мечтай! Ты ещё меня переживёшь.

— Обещаешь?

— Клянусь!

— Ха… а знаешь, почти не больно. Я думал умирать больнее…

В глазах поплыло, и я увидел лазурное небо.

— …он умирает, Ван! — плакала Рысь в динамик моего сотового. — Я боюсь, его уже даже в больницу поздно везти!

— Вашу мать, стойте на месте и зажми рану!!! — Ван, как всегда, когда психовал, орал как ненормальный.