Рыжая Марика - Тяжело в учении

— Пошли отсюда, — неожиданно пробурчал Чет, схватил меня за руку и потащил подальше от толпы.

— Чего ты? — он меня пугал. Я обеспокоено заглядывала ему в глаза, но он отворачивался, не желая встречаться со мной взглядом.

— Куда мы идем?

— Ты — не знаю, я — домой, — его голос был усталым и каким-то равнодушным.

— А-а… Ну тогда пока… — я остановилась, глядя, как он уходит. Все это было странно и непонятно. А спустя пару минут стало еще страшнее, потому что Кар-Сэрс вдруг остановился, повернулся, кинулся ко мне и крепко стиснул в объятиях.

— Да что с тобой? — задушенным голосом спросила я.

— Не знаю, — ответил Чет задумчиво, не спеша меня отпускать. — Я просто… боюсь, понимаешь?

— Не понимаю, — честно ответила я. Чтобы Чет Кар-Сэрс признался, что чего-то боится — где это видано?!

— И не поймешь, — он зарылся носом в мои волосы, а потом оттолкнул и побежал по улице.

26

Кто-то потряс меня за плечо. С досадой вынырнув из сна, в котором я самозабвенно расстреливала из охотничьего ружья несметные стаи оборотней, я сонно заморгала и увидела перед собой мрачное лицо Кар-Сэрса.

— Вставай! — он попытался сдернуть с меня одеяло, за что чуть не получил пяткой по носу. — У нас много дел! Время не ждет…

— Подождет, — пробурчала я, засовывая голову под подушку. -

Никуда я не пойду!.. Я буду спа-а-ать…

Но ему все равно удалось вытащить меня из постели. Зевая и жмурясь, я принялась одеваться. Чет, изображая святого мученика, терпеливо поджидал за дверью. Когда я появилась на пороге, сонная и хмурая, он даже ухом не повел, не выказав по отношению ко мне и капли сострадания. «Ну, наконец-то!» — вздохнул он и пошел по тропинке, а я, проклиная его бессердечность, потопала за ним.

До ИООО мы дошли молча — я дулась на него за то, что он меня разбудил в такую рань, а Чет, видимо, просто был не в настроении разговаривать. Он выглядел мрачным и чем-то озабоченным, то и дело покусывал губы и глядел прямо перед собой, как слепец или блаженный. Когда мы подошли к дому ИООО, я удосужилась спросить его, почему он такой кислый, но он не ответил.

Когда мы вошли, Брумх уже восседал за своим столом с крайне важным видом. Кинжал была здесь же. Вся ее поза выражала внешнюю расслабленность: нога согнута в колене и поставлена на стул, руки покоятся на рукоятке кинжала. Тут же крутился Кэпэн. При виде меня он скривился, будто увидел нечто недостойное его взора. Шрам на его лице превратился в багровую нитку, меридианом опоясывающую щеку.

— Здравствуйте, — поздоровалась я, с вызовом глянув ему в лицо.

— Здравствуй и ты, — охотно отозвалась Кинжал. Видимо, она пребывала в хорошем настроении и не стала вспоминать о моей вчерашней оплошности.

Кар-Сэрс ограничился простым кивком, решительно пересекая помещение и направляясь к двери комнаты с плакатами.

— Стой, — велела Кинжал, оглядывая его с ног до головы. — Послушай, а вы с твоей ученицей могли бы составить неплохую боевую пару. У тебя есть сила, у нее ловкость…

Оживившись, Кар-Сэрс машинально напряг мускулы и втянул живот, явно польщенный. Но стоило ему на меня взглянуть, как он тут же сдулся, как мешок, из которого через дырку высыпалось все зерно.

— Нет, — он отрицательно покачал головой. — Она еще только практикантка, рано ей на настоящее задание…

Я молчала, сжав зубы и гневно буравя «учителя» взглядом. А как насчет недавнего «задания»?

— Ну, а ты-то сама что думаешь? — почему-то обратилась ко мне охотница.

— Я-то? Я хоть сейчас в бой! — бойко ответила я, уперев руки в бока. Наверное, вид у меня был ну очень воинственный, потому что Кинжал снисходительно заулыбалась.

— Похвальное рвение, — одобрила она. — Я подумаю…

— Я тоже, — не осталась я в долгу. Кинжал запнулась на полуслове и захлопала глазами, я же поспешила скрыться за дверью кабинета.

— Ну, чего так долго? — проворчал Кар-Сэрс. Он стоял посреди комнаты, опираясь на чучело оборотня, которое, видимо, специально приволок из коридора для нашего сегодняшнего занятия.

— Да так, — отмахнулась я, сдувая упавшую на глаза челку. Расстегнув полушубок, я кинула его на табуретку, туда же полетела шапка. — Что будем делать?

— Вот, — Чет похлопал оборотня по спине, как будто тот был застоявшимся жеребцом. — Его изучаем.

— А чего его изучать? — я скептически оглядела чучело, присела на корточки, с любопытством заглядывая в пасть. Зубы были железными и ржавыми, как крючья у граблей.

— Смотри, значит, — Кар-Сэрс вооружился указкой и принялся с воодушевлением тыкать ею в несчастное чучело. — Слабые места у оборотня — горло и живот. Зверь, конечно, сам тебе пузо не подставит, но если изловчиться, то попасть можно. В горло легче, но тоже не так-то просто… Вообще девушкам твоей комплекции больше подойдет нож, в крайнем случае, кинжал…

— Погоди-погоди, — остановила я его. — Чем тебе моя комплекция не нравится, а?

— Я не сказал, что она мне не нравится, я просто сказал… — начал было оправдываться Кар-Сэрс. В его голосе послышались нотки раздражения.

— Значит, нравится? — спросила я, зацветая, как майский цвет.

— Хватит! — разозлился Чет, краснея с ног до головы. Он покопался в кармане и сунул мне нож. — На вот! Попробуй ударить!

— Куда? — заморгала я.

— Ну, в живот хотя бы, — Чет приподнял чудище, и я увидела его пузо — линялое, сбившееся, явно не раз пострадавшее от моли. Размахнувшись, я неумело ткнула ножом в чучело, но, судя по тому, как взвыл Кар-Сэрс, не попала. Вернее, попала, только не туда. На его пальцах блеснула алая капля крови.

— Ой! — ахнула я, роняя нож. Он стукнулся о пол и закатился под табуретку.

— Вот черт! — горе-учитель принялся размахивать раненой рукой. Мне удалось поймать его ладонь, оглядеть порез и, отыскав в кармане юбки условно чистый платок, туго перевязать.

— Да не махай ты так рукой! — я схватила его за запястье. — Какой ты неаккуратный!.. Очень больно?

Он промолчал, и я внутренне сжалась, ожидая грозы на свою голову, но ее почему-то не было. Вместо того, чтобы ругаться, Кар-Сэрс поймал мою руку и сильно, до боли, сжал пальцы, притянув меня к себе. Стукнувшись носом о его могучее плечо, я поморщилась и подняла голову, неожиданно близко увидев его глаза. Они казались мне огромными, загадочными и глубокими, полными тепла. Я неуверенно улыбнулась ему и легонько пожала плечами. И, как назло, в такой романтичный и пикантный момент, дверь в кабинет стала медленно открываться. Застигнутые врасплох, мы шарахнулись друг от друга, как кошки, застуканные прозорливой хозяйкой возле крынки сметаны. На пороге появился Кэпэн. Он специально глядел в сторону, тем самым демонстрируя свое пренебрежительное отношение ко мне и, пожалуй, к Кар-Сэрсу тоже.