Эрик Ластбадер - Вуаль тысячи слез

— Знание — добродетель, пока его не домогаются такие, как ты. Если оно попадает в лапы тебе подобным, то становится средством для достижения корыстных целей и превращается в оружие.

Пение друуга стало таким резким и нестройным, что Миннум охватил волосатыми руками голову, опасаясь, что сейчас рухнет здание музея.

— Ты видел, как все происходило. Ты был там, когда украли Жемчужину.

— Да.

— Ты и не попробовал этому воспрепятствовать.

— Да.

— Ты присоединился ко злу и сам им заразился.

Миннума трясло, зубы стучали, и смотритель испугался, что наделает в штаны. Никогда в жизни ему не было так страшно.

— Попробуй вспомнить, где скрывается твоя мудрость. Она ждет тебя. В будущем, полном боли и страдания.

— Что же мне еще делать? — испуганно закричал Миннум. — Миина меня просто парализовала!

— Не тебе судить о поступках Великой Богини! Между прочим, она дала тебе чудесный шанс начать все сначала. Как ты им распорядишься, зависит только от тебя.

Миннум шагнул к друугу.

— Хочу…

— Чего? Власти? Отомстить за то, что с тобой несправедливо обошлись?

— Ты издеваешься.

— Хочешь спросить, как долго продлится наказание?

Миннум отчаянно топнул ногой, хотя именно это он и собирался спросить.

— Чего же ты хочешь, бывший соромиант? Придется сказать правду. Ведь если ты солжешь, я сразу же пойму, и тебе придет конец.

В этом Миннум ничуть не сомневался. Сердце бешено билось. На ветку села ворона, Миннум четко видел ее силуэт. Приняв решение, он почувствовал какое-то облегчение. Оказывается, изливать душу порой даже полезно.

— Хочу жить без страха, — выпалил он.

Страшные бледные глаза сузились, и Миннум понял, что друуг улыбается.

— Хорошо, — пропел друуг, — начало неплохое.

— Что он мне говорил? Ах да, из-за того, что ты молодой и наглый, он велел за тобой присматривать. — Строй-генерал Виэрррент презрительно сморщился. — Так что я должен шпионить за тобой ради твоего же блага и во имя в'орнновской нравственности.

— Он хочет поссорить нас, — проговорил Олннн. — И натравить друг на друга. Именно так он уничтожил собственного отца и Киннния Морку. Курган просто смотрел, как они рвут друг другу глотки.

Виэрррент и Олннн стояли под полосатым навесом переполненного кафе. Совсем неподалеку дождь с металлическим лязгом стучал по огромной площади. На ярко освещенном ринге дородный месагггун схватился с кхагггуном. Восхищенная толпа бесновалась, шумела, ликовала, обливалась потом. По-видимому, никто не замечал дурной погоды, хотя борцы то и дело спотыкались на скользком ринге.

Офицеры уже обменялись новостями о желании Кургана приостановить имплантацию окумммона кхагггунам.

— Ты был прав, звезд-адмирал, — пробормотал строй-генерал Локкк Виэрррент.

На лице Олннна Рэдддлина заиграла кривая улыбочка.

— Как обычно, друг мой.

— Что-то мне не по себе.

Через плечо Олннн взглянул на Раду в сине-зеленой форме с золотистой символикой звезд-адмирала на плече. Похоже, у него будут неприятности и придется занять жесткую позицию. Чтобы добиться своего, всегда приходится давить на других.

— Рада — мой адъютант. Она везде ходит со мной.

— Но… тускугггун. Что за ерунда, звезд-адмирал! Зачем выставлять себя на посмешище?

Судорожно стиснув руки за спиной, Олннн стал наблюдать на событиями на калллистоте. Ход боя переломился — кхагггун все сильнее теснил дородного месагггуна. Кровь текла рекой, а крики беснующейся толпы становились все громче.

— Неужели нужно напоминать, что у кхагггунов очень плохая память? «Что ты можешь для меня сделать?» — вот их девиз. А почему бы и нет? Они рискуют жизнью каждый день. Неудивительно, что им требуется ежедневно напоминать, за кого они должны сложить голову.

На калллистоте месагггун закатил глаза. Зрители взвыли, предвкушая его скорый конец.

— Они как дети, звезд-адмирал. А у детей от любви до ненависти один шаг. — Виэрррент держался неестественно прямо и смотрел на победителя, который ликующе поднял руку. — Нелегко быть идолом. Соответствовать завышенным ожиданиям толпы иногда невыносимо. Малейшая ошибка — и те, кто вчера тебя обожал, начинают ненавидеть. Почему? Потому что не могут простить, что ты сделал из них идиотов.

— Ты считаешь назначение Рады ошибкой? — спросил Олннн.

— Да ладно, звезд-адмирал. Разве то, что я думаю, имеет какое-то значение?

— Напротив, Локкк. На твое мнение ориентируется кхагггунское командование, средние эшелоны и рядовые кхагггуны. — Олннн улыбнулся и примирительно поднял руку. — Не стоит тратить время на пустые пререкания.

— Регент обещал мне повышение, — признался Виэрррент.

Олннн смотрел на серебристый дождь.

— А ты этого хочешь?

— Подачки регента мне не нужны.

Олннн улыбнулся, прекрасно понимая, что имеет в виду строй-генерал.

— До сих пор вакантна должность адмирала сухопутных войск.

— Мне больше нравится звание флот-адмирала.

— Столь стремительный карьерный рост наверняка вызовет пересуды. На Кундале было всего два флот-адмирала.

— Разговоров будет не больше, чем о твоем адъютанте, — сухо сказал Виэрррент.

— Я сам назначил ее на эту должность, — рявкнул Олннн. — Если этого недостаточно…

— Мне-то все равно, звезд-адмирал, — пожал плечами Виэрррент. — Удивительно то, что у нее ударный меч. Естественно, все это просто спектакль, и кхагггуны ее никогда не примут.

Теперь Олннн понимал, что может случиться. Если Раду не примет Виэрррент, а за ним и все остальные кхагггуны, то это вызовет массу осложнений.

Олннн знаком велел Раде подойти ближе.

— Предлагаю пари. Я выставляю на калллистот своего адъютанта против любого из твоих кхагггунов. Если она проиграет, я ее выгоняю, а ты становишься флот-адмиралом. Если она выиграет, то остается, ты сохраняешь нынешний пост, а твоего кхагггуна понижают в должности. — Олннн ухмыльнулся. — Что скажешь?

— Ты блефуешь, — прорычал Локкк Виэрррент.

— Выбери кхагггуна.

Виэрррент так и застыл в нерешительности. Рада видела, что он колеблется, взвешивая все «за» и «против». На кону было слишком много — повышение, к которому генерал, по-видимому, очень стремился, против риска опозориться. Раде показалось, что Локкк откажется. С другой стороны, если он не примет вызов, то все равно продемонстрирует слабость. Она испугалась, что Олннн переиграл и загнал строй-генерала в угол. За годы работы в «Кровавом приливе» Рада научилась улаживать споры среди посетителей и знала цену умению идти на компромисс.