Надежда Кархалёва - Альдана Последняя королева эпохи

Погиб сын подлеца от священной магии и смертью своей даровал жизнь матери. Она, маявшаяся тогда в обличье вампира, должна была умереть. А он, покидая мир смертных, забрал с собой всё зло, что в ней было. Дашка была ему благодарна. Но ещё больше — за то, что он не выжил, не стал напоминать об отце.

Айна вернула ей духа.

— Вы ничего странного в нём не замечаете? — молодая колдунья снова заглянула в глаза отражения, но в них ничего не изменилось. — Взгляд у него какой-то…

— Жутковатый, не так ли? — жрица рассмеялась. — У эртимеров он долго таким остаётся, зачастую до тех пор, пока они не оживут полностью. Они ведь учатся чувствовать что-то, кроме чистейшей любви или горячей ненависти, постепенно.

— Спасибо вам ещё раз, — произнёс Томас. — Нам пора идти.

— Жду вас в своём Храме в любое время, — Айна опять щёлкнула пальцами, отражения духов исчезли.

— До свидания.

— Я надеюсь, — томно протянула она.

Пятнадцать человек разом повернулись к друзьям, хоть из храма они вышли неслышно. Все ждали ответа.

— Ждать максимум месяц, — известила их Пола.

— А минимум? — последовал резонный вопрос Клариссы.

— Вот этого мы как раз и не спросили, — развела руками волшебница. — Предположительно неделю… Кто их разберёт, этих ненормальных чёрных магов, — она обрисовала всем возможную картину, описанную в Храме Айной.

— Да, не повезло, — усмехнулся Бруно. — В этой деревне мы время зря потеряем. Мы с Клавьером разведали всё: тут нам в нашем деле никто и ничто не поможет. В Чёрных Гаванях никто из жителей не был, нужных книг ни у кого нет, в вопросах магии тут никто не разбирается. На всю деревню три целителя, тёмных колдунов вообще нет.

— Почему же мы должны тут сидеть? — удивился Саша. — Ведь нет сомнений, что с девушками будет всё в порядке.

— Наши три целительницы пока лишены сил, — раздражённо сказала Мишель. — Опасно продолжать движение. Целебные зелья у нас закончились, а в деревне их никто не делает, и, соответственно, ингредиентов не достать. Мы-то рассчитывали добраться к вечеру до поселения Риэмаль, мы там несколько раз бывали — достать можно всё. Пешком же до него плестись неделю. Драконов ведь у нас нет уже.

— Да мы вроде здоровые все, — Саша наморщил лоб, не понимая, в чём затруднения. — Конечно, несчастные случаи бывают, но не всенепременно же!

— Забыл, какое сейчас время? — вспыхнула девчонка. — Белая магия чёрную не сдерживает, демонов можно повсюду встретить. Кроме них можно ещё на грифонов наткнуться или на гарпий. Дикие единороги — тоже нечто.

— Убедили, — вздохнул парень.

Виновницы всего этого стояли, потупив взгляды. Им было плохо: стыдно, неудобно. Одной из них — во много крат сильнее, чем остальным трём. Дашка не задумывалась над тем, что жрица была уверена: эртимер молодой колдуньи — ангел-хранитель, и Дашкины вопросы не навели Айну на мысль об обратном.

Он должен проявить себя со временем. Окрепнет его разум, увеличится сила — и все друзья пожалеют, что я иду с ними…

— Эй, не переживай ты так, — одна из близняшек, кажется, Тина, подошла к ней. — У нас не в первый раз планы так срываются, ты не думай. Клавьер вот постоянно лишние приключения на наши головы находит. По-твоему, мы его из жалости банды не выгнали, потому что у него семьи нет и ему пойти некуда? Нет, мы любим его все. Если человек хороший — то он остаётся таким, несмотря на глупости. И вас всех тоже любим.

Зато Мишель в данный момент меня уничтожить готова, и Алину, и Полу, и Теону. Ты, Тина, вообще её бесишь, как я заметила ещё полтора года назад, и у вас это взаимное. Вот и выбрала момент, чтобы подмазаться ко мне. Но я к ней нормально отношусь. Да и сомневаюсь, что ты, узнав мою тайну, от меня не отвернёшься. Умеешь ли ты дружить без выгоды? Пока по тебе не видно…

Компания медленно шла к постоялому двору.

Глава 5 Лёд и пламя

Прошло две недели. Хоть компания в большинстве своём возмущалась, что это зверски убитое время, дни в деревне впустую потрачены не были. Записи Виктора Эванса изучили досконально, выводы были сделаны неутешительные. Только прямым текстом там было написано, что пещера в Чёрных Гаванях нереально огромна, в ней может расположиться целый город, обитают в ней демоны, среди которых представители одного вида почти не попадаются, и где-то находится в пещере участок, который никто не помнит, как пересекал, в какую бы сторону он не двигался. А уж к каким заключениям пришли знатоки магии (как практики, так и теоретики), проанализировав то, что несчастный Виктор Эванс просто записывал, не осмысливая! Какая только участь не ожидала тех, кто доберётся хотя бы до середины пещеры! Потеря памяти вплоть до неспособности узнать родных и друзей, агрессивность до потери самоконтроля, превращение в оборотня или вампира, приступы чудовищной боли во всём теле, слепота, глухота и немота, полная утрата магических сил или приобретение новых, убийственных, абсолютно неуправляемых…

— И что нам со всем этим делать?.. — Алина пробежалась взглядом по списку возможных последствий визита в пещеру, отложила и взяла карту её, где рукой Виктора были отмечены источники разных типов чёрной магии.

— Эта троица безумцев как-то справлялась. Если бы всё было так плохо, ты бы карту пещеры сейчас не держала, — парировала Дашка.

Был нежаркий полдень, подруги сидели в таверне, отдыхали. Почти вся деревня сейчас была в ближайшем крупном городе, Ридеме, где у жителей имелась работа, и в заведении было тихо.

— Как у тебя с силами? — поинтересовалась Алина.

— Уже лучше. Вся магия низшего уровня мне уже поддаётся, но её только для самообороны достаточно, — усмехнулась Дашка.

— У тебя хотя бы это. У Теоны тоже кое-что получается. Вчера срастила сломанную кость руки одному парню, который повздорил с Джессикой. А я не могу даже царапину убрать или синяк. И у Полы ничего не выходит. Это хранители ваши о вас заботятся, да?

Дашку снова передёрнуло, как и всякий раз, когда кто-то упоминал о духе её ребёнка как о хранителе. Надо было признаться им, но она не могла причинить друзьям даже эту боль. Да, самое жуткое чувство на свете — тихая ненависть.

— Да не завидуем мы, — вздохнула Алина, именно так она объясняла себе подавленность подруги, хорошо зная Дашку, но не ведая о том, до какой степени был противен ей собственный ребёнок. — Мы. За тебя. СЧАСТЛИВЫ!!! — медленно проговорила она с ударением на последнем слове, эти слова она произносила неоднократно, и не только сегодня.

— Я знаю…