Сэм Энтховен - Черная татуировка

— На самом деле я сказал: мы надерем ему задницу, — без улыбки возразил Чарли. — Но если на то пошло, ладно, именно это я и намереваюсь сделать. Я его дождусь, выйду к нему навстречу и потом надеру ему…

Именно в этот момент зазвонил телефон.

Мобильный. В первую секунду Джеку показалось, будто звонит его мобильник, но оказалось, не его, а Чарли. Все не сводили глаз с Чарли, а он выудил телефон из кармана, взглянул на дисплей и выругался. А что толку? Телефон продолжал звонить. Чарли нажал клавишу ответа и прижал трубку к уху.

— Мам, — сказал он, — я не могу сейчас говорить.

Голос миссис Фарнсворт доносился из динамика как тихое кваканье лягушки. Все старательно делали вид, будто не слушают, но на самом деле, конечно, все было наоборот.

— Слушай, мам, ничего, если я тебе перезвоню через пару минут? — попытался прервать разговор Чарли. — У нас с Джеком тут кое-какие дела. — Он прислушался и нахмурился. — Нет, я не у Джека дома. А ты меня проверяешь, да? — Чарли вздохнул и прижал свободную руку ко лбу. — Я сейчас с друзьями, — сказал он. — У них дома. В Уэст-Энде, если уж тебе так нужно знать…

«Квак-квак», — послышалось из динамика телефона.

— Друзья из школы. Ну, то есть не из школы. Я…

Миссис Фарнсворт продолжала тараторить. На лице Чарли вдруг появилась ужасная гримаса.

— Нет! — сказал он. — Господи! Я не с отцом! Поняла? Конечно, я бы тебе сказал, если бы был с отцом!

Молчание, воцарившееся в комнате, стало еще более неловким.

— Что ты такое говоришь? Что значит «у тебя за спиной»? Я бы не сделал… — Чарли вдруг стал жутко, страшно усталым. — Но, мама, я…

Голос его матери все продолжал звучать.

— Ладно, хорошо, — сказал Чарли очень тихо. — Хорошо. Я буду там так скоро, как только смогу. Да. Я тебя тоже. Да. Увидимся. Пока.

Он нажал кнопку окончания разговора и поднял голову. Все сразу отвели взгляд и сделали вид, будто ничего не слышали.

— Послушайте, — сказал Чарли, — нам с Джеком надо идти.

Джек собрался что-то добавить, но поглядел на Чарли и раздумал.

— Хорошо, — согласился Реймонд. — Надо — значит, надо. Идите.

— Мы же не знаем, случится что-нибудь сегодня ночью или нет, — подхватила Эсме.

— Но завтра с утра будьте здесь как можно раньше! — рявкнул Реймонд.

На последнем его слове входная дверь захлопнулась. Чарли и Джек ушли.

— Итак, — сказал Реймонд чуть погодя. — Настоящий маленький всезнайка, да? Можно подумать, будто это он всю жизнь упражнялся и готовился, а не…

— Да, — невесело произнесла Эсме.

Реймонд прикусил нижнюю губу.

— Ладно, — сказала Эсме, — я, пожалуй, первой пойду в дозор к Разлому. А ты попробуй поискать Феликса и Джессику.

Реймонд заметил неуверенность в голосе дочери и вопросительно поднял брови.

— Знаю! — воскликнула Эсме. — Я просто… — Она не договорила и с сомнением покачала головой. — Я всегда думала, когда придет время, все будет как-то… яснее, что ли. А тут… — Она беспомощно пожала плечами. — Все происходит совсем не так, как я ожидала.

— Я тоже такого не ожидал, лепесточек, — мрачно произнес Реймонд. — Я тоже.

Весь путь на электричке в северные районы Лондона ребята молчали. Чарли сидел и смотрел прямо перед собой. Он глядел на других пассажиров только в те моменты, когда кто-то задевал его ноги, и эти люди торопились поскорее уйти подальше — видимо, они, как и Джек, чувствовали злость, окружавшую Чарли, будто облако. На станции они вышли. Приближался закат, небо из голубого стало синим. Чарли пошел вперед, нагнув голову. Джек с трудом поспевал за ним. Только тогда, когда до дома Джека осталось всего несколько шагов, Чарли наконец остановился и обернулся.

— Ладно, — сказал он, почти не глядя на Джека, — до завтра, что ли?

— Я пройдусь с тобой через парк, — предложил Джек.

Чарли непонимающе посмотрел на него.

— Мне надо размяться, — сказал Джек, стараясь, чтобы это прозвучало как можно более небрежно.

Да, это было глупо, но он просто больше ничего не мог придумать. Ему было так нужно, чтобы Чарли поговорил с ним, а для этого оставался единственный шанс — вместе пройтись по парку.

Чарли пожал плечами и поморщился.

— Знаешь, — сказал он, — а мне не надо. Эсме меня просто доконала.

Он расправил затекшие плечи. Хрустнули суставы.

— А как насчет этого… ну, типа самолечения? — спросил Джек. — Я так понял, теперь ты неуязвим или что-то в этом роде.

— Недостаточно неуязвим, — ответил Чарли и улыбнулся.

Джек улыбнулся в ответ.

— Ладно, пошли.

Они тронулись с места.

Теперь молчание стало более дружелюбным, но Джеку все равно трудно было задать интересующие его вопросы. В конце концов он просто выпалил:

— Чарли, с тобой все нормально?

Чарли на ходу глянул на Джека.

— Ну да, — ответил он. — А почему со мной должно быть что-то не так?

— Но разве все это не странно?

— Ты насчет моих суперспособностей?

— Да-да! — воскликнул Джек. — Ну, скажи хоть что-нибудь.

Чарли небрежно махнул рукой.

— Не так уж это все дико, между прочим.

— Нет?

— Нет, — сказал Чарли и нахмурился. Немного подумав, он продолжил: — Понимаешь… когда ты начинаешь это делать, ты просто это делаешь — и все. Понимаешь? И все идет, как идет. Все ясно. Четко. Просто. Пока не звонит мамочка и не говорит, что тебе пора домой, ужинать.

Они перешли дорогу и вошли в ворота парка. Джек молчал.

— Клянусь, — сказал Чарли, — не надо было ее слушать. Что бы я ей ни говорил, ей было все равно. Она лишь то и дело твердила: «Ты с отцом? Ты встречаешься с ним у меня за спиной!»

— Да, дела…

— Ты представляешь? — сказал Чарли. — Так и говорит. Просто жуть.

Пятеро-шестеро парней постарше играли в футбол на большой травяной лужайке справа от аллеи, по которой шли Чарли и Джек. В конце аллеи уже зажглась ночная подсветка церковного шпиля. Шпиль на фоне вечернего неба выглядел будто костяной наконечник копья.

— А дальше ведь только хуже будет, верно? — продолжал Чарли. — В смысле, с моими предками. Мама на меня то и дело нападает. А отец… Ладно. — Он остановился и повернулся к Джеку. — Ты его сам видел в кабаке. Он сидел как побитый пес — будто не ожидал, что я стану на него злиться. Словно я должен был сказать: «Да-да, конечно, какие проблемы? Бросай маму и иди живи с другой теткой, я не возражаю!» По-моему, он ни фига не понимает.

Джек заметил, что футболисты переместились ближе к аллее. Один из них собирался ударить по воротам — вернее, по пространству между двумя кучками сложенных на траве курток.