Алекс Орлов - Каспар Фрай (авторский сборник)

Заказчик посмотрел на гнома, тот подал стальной дротик.

Когда трубка была заряжена, Каспар поднял ее и прицелился в дубовый щит, висевший на стене мастерской для подобных испытаний.

Щелкнула спусковая скоба, дракон с треском вогнал дротик в доску.

Отдача была такой, что Каспар едва удержал дракона в руке, однако крутой нрав оружия только обрадовал его.

– Вот это сила! – воскликнул он радостно и, подбежав к доске, попытался выдернуть дротик рукой, однако не тут-то было: стальное жало так глубоко вошло в дуб, что все попытки вытащить его оказались тщетными.

– Даже не пытайся, – с явным самодовольством произнес гном и протянул Каспару клещи. – С какого расстояния ты стрелял раньше?

– Не больше десяти шагов… – отозвался Каспар, со скрежетом вытягивая дротик.

– Теперь смело можешь бить с двадцати.

– Ты прав, – согласился Каспар, рассматривая дротик – не погнулся ли.

– Можешь не беспокоиться, эта сталь почти не гнется. Сам ковал, сам закалял, – заверил Боло и вздохнул, должно быть, жалея, что не взял за такие хорошие дротики дополнительных денег.

– Вот только целиться будет сложнее, – заметил Каспар, поднимая дракона на вытянутой руке.

– Целиться трудно? – Боло задумался. – Пока придется так пострелять, но в будущем я придумаю ему что-то вроде арбалетного ложа.

– А ведь и правда! – с готовностью поддержал Каспар. – Только покороче и полегче, как у кавалерийских арбалетов. Чтобы как выхватил из чехла, так сразу и стрелять.

– А ты его разве не в коробке возишь?

– Какой же от него толк в коробке-то, Боло? – усмехнулся Каспар. – Я его на ремешок приспособил, вот на этот. – Достав из кармана ремень, Каспар продемонстрировал, как захлестывает дракона петлей и носит на руке или на поясе.

– Лихо, – покачал головой Боло. – Надо будет к нему еще колечко приделать.

– Потом приделаешь, пока и так сойдет.

– Где мои дукаты?

– Вот твои дукаты. – Каспар бросил на стол кошель с золотом.

– О! – произнес гном при виде денег. – Пересчитывать, разумеется, не стану, я тебе верю.

– Конечно, – усмехнулся Каспар. Он знал, что гном начнет пересчитывать монеты, как только заказчик уйдет. На то и он гном, чтобы знать деньгам счет.

56

Вернувшись домой, Каспар обнаружил во дворе за запертыми воротами мессира Маноло, тот сидел на дубовой плахе, которую использовали для рубки мяса.

– Мессир, это вы?

– Я.

– Рад вас видеть. Думаю, не стоит спрашивать, как вы прошли сквозь ограду.

– Почему же не стоит? Можете спросить. Я позвал вашу супругу, и она открыла мне, поскольку знает меня в лицо. Очень красивая и добрая женщина, вам повезло с супругой, Каспар.

– Спасибо, – поблагодарил Каспар. Он вспомнил, что действительно, мессир Маноло навещал его вместе с герцогом перед походом на юг. – Завтра с утра мы отправляемся, и раз вы уже здесь, выйдем пораньше.

– Я решил не ждать вашего курьера и приехал к исходу третьего дня, которые дал вам на сборы герцог.

– Но я все равно должен сообщить его светлости о готовности выступить.

– Его светлость уже далеко от Ангулема, так что нет смысла отправлять в замок курьера.

– Хорошо, – кивнул Каспар. Одной заботой у него стало меньше. – Все ли вы взяли с собой?

– Да, мои порошки при мне.

Распахнув плащ, мессир Маноло продемонстрировал десятки деревянных коробочек, прикрепленных с внутренней стороны одежды и к поясу. В каждой из них хранились семена волшебных растений, колдовские притирания, толченая кость или золотой песок.

– Вам есть где переночевать?

– Я отправлюсь в «Кот и Ботинок».

– Это очень кстати, на первом этаже, где я поселил Аркуэнона, Фундинула и Углука, есть одна свободная кровать.

– Вот и отлично. – Мессир Маноло поднялся, давая понять, что готов идти, – Когда вас ждать, Каспар?

– Я приду в гостиницу к шести утра.

– Хорошо, мы будем вас ждать. А теперь выпустите меня, у вас очень крепкие засовы.

Проводив мессира Маноло, Каспар поднялся в дом и застал Генриетту за работой – она укладывала в узкие кожаные мешки съестные припасы, которые, по ее мнению, Каспар был просто обязан взять с собой.

Всего набиралось не менее пятидесяти фунтов разной еды, от козьего чесночного сыра и до пережаренных, чтобы дольше не испортились, пирогов с куриной печенкой.

Каспар поначалу хотел от всего этого отказаться, однако вспомнил грустные глаза вечно голодного Углука и решил, что возьмет все, тем более что на шестерых пятьдесят фунтов не так много, к тому же в обязательном пайке не предусматривалось никаких разносолов. Каспар заготовил только гренки на свином жиру, галеты, тридцать фунтов солонины, немного изюму и меду, смородиновый чай, соль и по караваю свежего хлеба на солдата, чтобы не есть галеты с самого начала.

57

Утром Каспар поднялся до рассвета. Ночью он спал плохо, испытывая перед походом некоторое волнение, однако проснулся бодрым и готовым к любым приключениям.

Поднялась и Генриетта. Ей предстояло взять у булочника повозку со всеми запасами, которые заказал Каспар, и часа через два подвезти к коневодческому хозяйству господина Табриция. Туда же должны были доставить накладные пластины, которые Каспар заказал у кузнецов-оружейников.

– Я пошел, дорогая, – предупредил Каспар Генриетту и, поцеловав ее в щеку, добавил: – Еще увидимся.

Под «увидимся» он подразумевал короткую встречу среди суеты, когда Генриетта доставит возок с продовольствием.

– А Хуберт?

– А что Хуберт?

– Ты забыл поцеловать его.

– Но он же может проснуться и заплакать.

– Если ты не вернешься… – Голос Генриетты дрогнул. – Я даже не смогу объяснить сыну, почему ты его не поцеловал.

– Вот еще, Генриетта, о чем ты говоришь?! Я обязательно поцелую Хуберта, но я вернусь!

С выражением негодования на лице Каспар проследовал в детскую и остановился, глядя на Хуберта. Младенец видел хороший сон и улыбался. Каспар решил, что это добрый знак, не может младенец улыбаться, если его отец отправляется на верную смерть.

Наклонившись, он поцеловал Хуберта в нежную, пахнущую молоком щечку и осторожно выскользнул в коридор.

– Ну что? – спросила Генриетта.

– Спит. И улыбается.

– Береги себя, Фрай, помни, что у тебя есть семья…

– Ну конечно, душа моя, конечно. Меня хранят мои покровители. – С этими словами Каспар приложил ладонь к груди, коснувшись через одежду талисмана.