Стэн Николс - Воины Бури

– Честно говоря, я тоже. – Впервые Страйк разговаривал с кем-то из отряда вот так, наедине, когда других Росомах поблизости не было. Он был рад на время опустить внутреннее забрало.

– В этот раз я подумала, что мы угодили в серьезную переделку, – сказала Коилла. – Мы не знали, исчез ли ты по своей воле или тебя пленили, и к тому же звезды были у тебя.

– Их уже четыре. – Страйк притронулся к поясному мешку. – Никогда не думал, что удастся зайти так далеко.

Улыбнувшись, она кивком указала на остальных:

– Только не говори этого им.

Его настроение по-прежнему оставалось печальным.

– Но мы так и не приблизились к пониманию того, что эти звезды делают.

– А также того, куда теперь отправляться нам.

Страйк кивнул. Через несколько секунд он продолжил:

– Там, на вершине горы, произошло кое-что странное. Этот человек, Серафим, побывал там.

– Глозеллан и его привезла туда?

– В этом-то все и дело… Она его туда не привозила. Он просто… появился, непонятным образом. И так же исчез. И поверь мне, с этой вершины спуститься без дракона невозможно.

– Ты с ним разговаривал?

– Да. Но то, что он сказал, было непросто. Я вроде как понял, к чему он клонит, но…-Страйку не хватало слов, и он умолк. – В общем, он сказал, что я должен продолжать поиски звезд.

– Почему он так сказал? И кто он?

Страйк пожал плечами.

Коилла внимательно всматривалась в его напряженное лицо.

– Выглядишь ты не слишком хорошо, – заключила она. – В чем дело? То есть, кроме всего того дерьма, которое с нами случается…

– Со мной все нормально. Разве что… – Ему захотелось рассказать ей о своих снах, о том, что он опасается за свой рассудок.

– Ну? – настаивала она.

– Просто мне кажется, что я… К нему подскочил рядовой:

– Сэр! Капрал Элфрей просит дать задание для завтрашних рабочих групп.

– Очень хорошо, Орбон. Скажи ему, сейчас иду.

– Есть! – Рядовой удалился.

– Так что ты хотел сказать, Страйк?

Однако момент уже был упущен.

– Нет, ничего.

Она хотела спросить еще о чем-то. Он остановил ее:

– Это подождет. Надо заняться делом. А потом уходить отсюда. Дженнеста уже недалеко.

6

Кимбол Хоброу смотрел на несчастных последователей, кучками прибивающихся к бивуаку.

Он знал, что произошло. Передовые патрули его полка, окровавленные и унылые, доложили о поражении у Дрогана. Возмущение от того, что его разбили нелюди, не давало ему покоя, и ярость Хоброу не знала пределов. Он размышлял о мести и планировал следующий шаг.

Наконец он зашагал к палатке, служившей в качестве полевого командного пункта.

Под тяжестью миссии, которую проповедник на себя возложил, и недавнего поражения он горбился. В глазах его отсутствовал характерный металлический блеск. Несмотря на все это, выглядел он по-прежнему впечатляюще. Он был поразительно высок и невероятно худ. Эффект усиливался черным одеянием и высокой черной шляпой. Лицо у него было иссушенное ветром и морщинистое, как у крестьянина. Глаза от недавних испытаний запали. Рот напоминал щель, острый подбородок топорщился серебристой щетиной. Видно было, что смеется Хоброу редко и положительные эмоции испытывает тоже не часто.

Однако вид и одежда в этом случае создавали поверхностное впечатление. Хоброу был человеком, про которого – выйди он на улицу голым, улыбаясь во весь рот, – все равно бы сказали, что в сердце у него горит холодное, но свирепое пламя.

– Отец! Отец!

Вид дочери, встретившей его у входа в палатку, несколько смягчил Хоброу. Подойдя, он положил руку ей на плечо.

– Что происходит, отец? – спросила она. – Приближаются дикари?

– Нет, – заверил он ее, – язычники сюда не придут. Тебе нечего бояться, Мерси. Я здесь. – Он провел ее в палатку и усадил.

Мерси Хоброу больше походила не на отца, а на свою мать, о которой они никогда не говорили. В отличие от отца, она не напоминала скелет. Девушка еще не перешла грань между подростковым возрастом и взрослостью, и щенячий жирок еще не сошел с нее. С волосами медового цвета, точеными руками и ногами и чистыми синими глазами, она слегка походила на куклу. Впечатление нарушалось лишь капризным выражением лица и злым ртом.

По сравнению с одеянием тех, кем окружил себя отец, ее одежда выглядела почти жизнерадостной. Чураясь черного, она носила узорчатые наряды и даже простые украшения. Все это говорило о том, что Хоброу ее балует, то есть обращается с нею совершенно не так, как со всем остальным миром.

– Они побили нас, отец? – Глаза Мерси расширились. – Эти чудовища побили нас?

– Нет, дорогая, не побили. Нас наказал Господь, а не эти нелюди. Он использовал их как инструмент, чтобы предостеречь нас.

– А зачем Бог нас предостерегает? Разве мы что-то сделали не так?

– Нет, ничего плохого мы не делали. Но вот хорошего сделали недостаточно. Он счел, что мы медлим с выполнением задачи, которую Он на нас возложил. Теперь я это понимаю. Мы должны делать больше.

– Но как, папочка?

– Он хочет, чтобы мы стерли орков и им подобных вместе с примкнувшими к ним дегенератами-людьми в порошок и развеяли его по ветру. Из Троицы идут подкрепления. Кроме того, я разослал гонцов в Гекстон, Терпение, Волну, Клипстоун, Коптильню и во все остальные богобоязненные поселения Центразии. Когда там услышат призыв Господа, мы станем больше чем армией. Мы начнем крестовый поход.

При упоминании орков по лицу Мерси скользнуло облачко.

– Ненавижу этих Росомах, – прошипела она.

– И правильно делаешь, детка. Эти звери вызвали особенно сильную божью ярость. Они разрушили мои планы по очищению земли во имя Господа, и они украли реликвию.

– А этот урод, дворф, он прикладывал нож к моему горлу.

– Знаю. – Хоброу слегка сжал ее плечо. Этот жест был одновременно и нежным, и сдержанным. – Им придется за многое ответить.

– Сделай так, чтобы они умерли, папочка. – Голос дочери звучал безжалостно.

– Их души будут гореть в вечном огне, – пообещал он.

– Но мы не знаем, где они.

– Мы знаем, где они были в последний раз – где-то в районе Дрогана, с бандой других безбожных тварей, полу лошадей-полулюдей. Мы пойдем по их следу.

– Если Бог так сильно презирает низшие расы, то для чего тогда сотворил их?

– Может быть, для того, чтобы испытать нас. А может, их создал вовсе не Господь. Может быть, они – дело рук рогатого. – Хоброу перешел на шепот. – Это дело Сатаны, насылать чуму на чистых.

Мерси передернуло.

– Господь сохранит нас, – выдохнула она.

– Воистину сохранит. И сделает так, что мы будем процветать – при условии, что распространим Его Слово. Если понадобится, с мечом и копьем. Такого Его повеление. – Глаза Хоброу загорелись новым светом. Он устремил их в точку где-то за крышей палатки. – Ты слышишь меня, Господь? Если Ты направишь нас, мы вынесем славное бремя расовой чистоты, которое Ты возложил на нас. Вооружи меня Твоим мечом возмездия и защити щитом праведности, и я обрушу пламя Твоей ярости на дикарей!