Danielle Collinerouge - Гарри Поттер и Враг Сокола

— Возможно что? — настороженно спросил Гарри.

— Что угодно, Гарри… Вплоть до несправедливых обвинений и фальсификаций. Но тогда и ты станешь умнее и опытнее. И я всегда буду помогать тебе.

— Спасибо, профессор, — Гарри задумался и, немного помолчав, усмехнулся. — Ну не знаю, как насчет Волдеморта, но во время первого семестра у меня было ощущение, что Амбридж добьет меня быстрее этого великого и страшного.

— Амбридж… — Дамблдор понимающе покивал и грустно улыбнулся в бороду. — Я помню ее ещё ученицей… Она никогда не обладала особенными магическими способностями, но зато знала, как задобрить преподавателя, вовремя угодить и получить от этого выгоду. Что ж… она преуспела в этом и сейчас. А у тебя, Гарри, будет своеобразный практический курс «Как бороться с врагом». И ты уже многого добился. — Дамблдор неожиданно подмигнул. — Тот бунт… Все-таки ты похож на своего отца, Гарри. Давненько школа не получала такой встряски. Потом ты научился стойко выносить ее наказания. Я хотел бы поработать немного над этим… Что ты делал, когда испытывал боль?

Гарри увидел, что профессор очень внимательно смотрит ему в глаза. Ничего не объясняя вслух, Гарри высвободил из-под легкого блока видения о родителях.

— Это удивительно, — проговорил старый профессор. — Я такого не встречал прежде… Быть может, Джеймс и Лили помогают тебе таким образом.

— Я тоже думал об этом, — ответил Гарри. — Я почти ничего не знал о своих родителях и мне начали являться сны про них и даже видения. Видения помогали мне отключиться от боли и вытерпеть все то, что делала Амбридж.

— И я хотел бы, чтобы ты научился управлять этим, Гарри. Умение отключаться от боли — очень нужное качество для автора. Мы с тобой поработаем над этим. А что касается школы и Амбридж… Разве тебе не хочется немного похулиганить, умерив пыл этой волшебницы? В конце концов, кто-то должен распространять среди школьников «ДАрмейский листок» и нашу «Песнь Феникса»? — Дамблдор снова подмигнул, но уже через минуту серьёзно добавил: — А если станет совсем худо, ты и Гермиона всегда можете вернуться сюда, в этот дом.

О разговоре с Дамблдором Гарри рассказал Гермионе.

— Мы обязательно должны вернуться в школу, Гарри, — твердо сказала девушка. — Во-первых, так считает профессор Дамблдор, во-вторых, нам нужно получить образование. Согласись, обидно все бросить за несколько месяцев до конца учебы.

— Ты все говоришь правильно, — согласился Гарри. — Но я как подумаю про Амбридж, меня дергать начинает. Вот ведь тварь!

— Если ты уйдешь из школы, некому будет досаждать ей, — Гермиона не сдержалась от улыбки. — Но самое главное — образование, Гарри. Если мы не окончим школу, то не сможем найти себе работу.

— Боюсь, что мы и так не сможем ее найти, — пробормотал Гарри.

— Я в это не верю. Конечно, нас не возьмут в Министерство, это ясно, там будет работать наш господин Староста, но нам не могут запретить работать везде! Например, не так уж много волшебников умеет варить хорошие зелья. И у Драко может быть по этому предмету хоть «выше превосходного», он все равно не сварит даже самой простой лечебной настойки. И к тому же… Вспомни, что сказал профессор Дамблдор: если станет совсем невыносимо, мы сможем вернуться сюда.

Почти все каникулы прошли удивительно спокойно. Нападений на магглов не было, и все члены Ордена Феникса занимались в основном подготовкой материалов к будущему номеру «Песни Феникса». Гермиона взялась писать статьи о порядках в школе. Глядя на неё, Гарри тоже попытался написать свою статью. К его удивлению, это оказалось невероятно сложно. Мыслей было много, они роились, толкались в голове, и никак не хотели ложиться на бумагу в виде такой же аргументированной цепочки, как у Гермионы. Вскоре профессор Дамблдор попросил Гарри и Гермиону заняться приготовлением заживляющего зелья.

— Уверен, что это затишье ненадолго, — сказал бывший директор, — те запасы, что у нас были, на исходе. И я хотел бы попросить вас помочь.

Гарри и Гермиона согласились с радостью. Из дома на площади Гриммо их не выпускали, а замкнутое пространство начало действовать на молодых людей угнетающе. Гарри очень хотелось быть полезным Ордену, что-то делать, куда-то бежать, с кем-то, если нужно, бороться, но почему-то именно на каникулах Упивающиеся и Волдеморт снова затихли. Единственным напоминанием о том, что происходит что-то неприятное, были статьи в «Волшебном голосе правды» и «Ежедневном пророке» о вреде магглов.

— Я думал, что на каникулах мы будем на ушах стоять и бороться круглосуточно, — недовольно сказал Рон и кисло посмотрел на свежий номер «Песни Феникса». — Я думал, что мне хотя б разрешат вместо совы разносить газеты. Так нет, даже этого нельзя делать!

— Рон, твоя мама и профессор Дамблдор не хотят, чтобы ты рисковал своей жизнью, — напомнила Гермиона.

— Мне уже 17, хочу и рискую! — огрызнулся Рон. — Как близнецам, так разрешили, а я — что? Хуже их, что ли?

— Не хуже, а младше, Рон, — ответил Гарри. — Как я понял, пока мы школу не закончим, нас никто в Ордене не будет воспринимать всерьёз.

— Да мне уже давно 17! — возмутился Рон. — Скоро уже 18 будет! Сколько мама за меня расписываться будет?!

— Рон, когда Ордену действительно потребуется твоя помощь, тебя обязательно попросят, — отозвалась Гермиона, подняв голову от черновиков будущей статьи. — Просто сейчас профессор Дамблдор не видит смысла в том, чтобы ты рисковал своей жизнью, разнося эти газеты, в то время как взрослые волшебники сделают тоже самое, но с меньшим риском.

— Так ведь скучно, блин! Они что, нарочно там затихли? — возразил Рон.

— Наверное, хорошо Рождество отметили, — в комнату вошла Тонкс. — Так, кому скучно, я сейчас быстро развеселю, заставлю играть с Барсучком. Очень бодрит и освежает, правда, Сири? — Тонкс всунула в руки Рона улыбающегося Сириуса.

— Тонкс, ты видела новый номер нашей газеты? — поднялась из-за стола Гермиона.

— Конечно, видела! Лучший номер за последние два месяца! Ещё бы, Гермиона взялась за написание статей. А вот эта «Когда в Хогвартс приходит маразм», наш дедушка слезы бородой утирал от смеха, Герми! — Тонкс растянулась в широкой улыбке. — Ее нужно скопировать и раздавать школьникам вместо антидепрессанта.

— Это мне Гарри помогал писать, — с гордостью ответила Гермиона. Гарри почему-то слегка покраснел.

— О! Гарри! Это правда? — спросила Тонкс.

— Ну, я всего лишь описывал то, что видел. А Гермиона отредактировала и своего добавила, — ответил он.

— Ух ты, дайте почитать! — Рон быстро отдал Сириуса Гарри и кинулся к газете.