Валерий Воскобойников - Война Владигора

Сейчас они пересекли эту границу уже несколько раз, перемещаясь то на полшага вперед, то снова назад, но по-прежнему не заметили вокруг никакого движения. Лес был, на первый взгляд, самым обычным, только стояла в нем тяжелая тишина.

Довольно долго они стояли посреди дороги, но ничего важного не высмотрели. И никто им навстречу не выскочил.

— Едем назад, расскажем князю, — проговорил наконец Ждан.

Но купец, с которым весь план был обговорен заранее, вдруг повернул к Ждану искаженное горем лицо и попросил:

— Позволь по лесу походить да покричать. А ну как доченька моя тоже спаслась и до сих пор бродит тут где-нибудь, голодная и холодная?

— Не советовал князь делать этого, — с тяжелым вздохом ответил Ждан.

— Мы далеко от дороги не уйдем, походим, покричим, посмотрим. Ежели Снежанка какой знак оставила, нельзя его упускать, — проговорил Млад.

И Ждан скрепя сердце отпустил обоих походить в той стороне леса, куда сквозь кусты умчалась невеста Млада, но с условием ни за что не теряться из виду.

Поначалу так и было. Ждан с дороги хорошо видел, как оба, пожилой и молодой, бродили по мелколесью, то расходясь в разные стороны, то встречаясь вновь и выкрикивая время от времени:

— Снежанка! Снежанка! Отзовись!

Но толку от этого никакого не было.

Бессмысленное стояние посреди пустой дороги стало беспокоить и тех, кто был под рогожами:

— Ждан, чего стоим-то впустую, ехать надо!

Ждан и сам это понимал, но понимал и как страдает, как надеется купец спасти свою дочь.

Неожиданно голоса переменились.

— Снежанка! — радостно крикнул Млад, и этот выкрик подхватил Власий:

— Снежанушка! Доченька моя любезная! Мы здесь, Снежанушка, мы с тобой!

Оба, забыв обо всем, бросились в лес и затерялись за деревьями. Крики их еще раз повторились, но уже подобные дальнему эху, и более их не стало слышно.

Ждан вместе с дружинниками вглядывался в чащобу, где исчезли купец с сыном посадника, но так ничего и не увидели.

— Что-то тут неладно, — сказал, потеряв терпение, Ждан. — Если б они ее нашли, давно бы к нам вывели. Да и она не от них бы побежала, а к ним.

— Может, их лес закружил, — предположил молодой дружинник. — Пусти меня, я их быстро найду и выведу.

Не хотел Ждан отпускать дружинника в Заморочный лес, но что делать — не бросать же купца с Младом непонятно где.

— Вот что: вы, четверо, отправляйтесь, да не пешим ходом, а верхом, — скомандовал Ждан, увидев, что дружинники уже готовы соскочить с коней. — Только об одном прошу — ежели почувствуете какую мороку, сразу назад, все вместе!

Зря он их отпустил! Об этом Ждан подумал в тот же момент, когда они, прорвавшись сквозь кустарник, оказались среди невысоких и редких сосен. Каким-то холодным ужасом повеяло вдруг на воеводу от этого с виду благополучного леса. Однако он пересилил себя.

— Вы смотрите за дорогой, — сказал он четверым оставшимся рядом с ним, — а я уж один за нашими послежу.

Только ничего хорошего он не выследил. Не успела четверка немного углубиться в лес, как тут же донеслись радостные голоса.

— Да вон же они — и купец, и Млад! Эй, купец, не наплутался еще по лесу? — пошутил кто-то из них. — Выходи на дорогу!

— Нашлись! — с облегчением сказал дружинник, стоявший справа от Ждана.

Но вместо того чтобы повернуть коней, вся четверка тотчас же помчалась в глубину леса. И больше уже не слышалось оттуда ни одного выкрика. Словно провалились в бездонную яму.

— Вот тебе и нашлись, — проговорил растерянно дружинник слева.

Да и Ждан растерялся тоже. Хорошо, когда перед тобой враг понятный. И пускай у него сил впятеро больше — его можно и злостью взять и сноровкой. А тут, в пустом лесу, против кого воевать? Выпустит он очередную четверку на поиски, а если те также исчезнут? Этак можно лишиться всего своего небольшого войска. Но и бросать товарищей своих — негоже. Может, лес покружит, поморочит, да и отпустит. А если их бросить — тут-то на них нежить и насядет.

— Вылезайте из-под рогож, чего уж тут секретничать! — приказал он остальным дружинникам. — Да быстро по коням!

Но пока никакая опасность из леса им не грозила. Только страх накатывал незримыми волнами. И надо было решаться — или посылать новый отряд, или, бросив все, мчаться без оглядки к месту, где они договорились встретиться с князем. Только что он скажет Владигору? Чем порадует?

— Вы, четверо, со мной в лес, остальные оставайтесь тут, — наконец распорядился Ждан. — Ежели мы также исчезнем, не ждите нас, не зовите, сразу к договорному месту встречи! И обо всем, что видели, князю расскажите. А мы как-нибудь разберемся.

Ветки стегнули его по ногам, когда он проскакивал между двумя кустами. Ждан держался посередине, слева и справа было по два дружинника. Он оглянулся на дорогу — с теми, кто остался, вроде бы ничего не случилось.

— Едем с оглядкой, тут от поспешности один вред, — объяснил он своей четверке.

Так они и двигались — пройдут шагов тридцать, оглянутся.

— Да вон же наши, нам машут! — сказал со смехом дружинник, который был от Ждана слева.

И Ждан тоже увидел недавно ушедших в лес — они по-прежнему были на лошадях, совсем близко и чему-то улыбались. Да и понятно чему! Ждан тоже улыбнулся им в ответ. Ну не смешно ли, в самом деле, вот же они, рядом, и дорога — тоже рядом, а столько было беспокойства, столько страхов! А чего бояться!

Ждан оглянулся на дорогу и хотел позвать остальных, чтоб те тоже порадовались, лес-то оказался совсем обычным, вовсе никаким не Заморочным, пустые это сказки да страхи, он даже приотстал и крикнул им:

— Эй!

И в то же мгновение ощутил, что с дорогой что-то не так, она была намного ближе, чем раньше. К тому же на дороге стоял он сам и пристально вглядывался в лес. Это рассмешило еще больше. Никогда прежде Ждан не видел себя со стороны. Выглядел он, оказывается, совсем не таким ловким, как представлялся себе самому. Ждан решил направить лошадь поближе к дороге — раз он так всматривается оттуда в лес, значит, отчего-то не видит тех, которые здесь. Ему захотелось крикнуть самому себе:

— А ну давай сюда! Чего там растопырился?

Но тут он внезапно ощутил столь тяжкую усталость, что не только голова у него сама опускалась к теплой лошадиной холке, но и глаза было не удержать открытыми. Да и у лошади, он почувствовал, стали подгибаться ноги.

«Вот она, морока», — успел подумать Ждан.

Лошадь его медленно валилась на мох. Неподалеку уже сладко спали те четверо, что вошли с ним вместе в лес. Улыбаясь во сне, как младенцы, они спали на мягком мху, слегка придавленные спящими лошадьми, но никто из них даже и не подумал высвободить ногу.