Леонид Кондратьев - Отыгрывать эльфа непросто!

С учётом маленького размера костерка каша обещала готовиться долго. Поэтому сложив инструменты обратно я уселся на ящик, чтобы не сидеть на голой земле и принялся смотреть в огонь.

Потрескивание горящих шишек действовало успокаивающе и глаза уже сами собой начали закрываться как вдруг со стороны леса послышались странные звуки. Вдали кто-то пробирался через ночной лес, то и дело спотыкаясь, роняя что-то тяжёлое и затравленно дыша. Быстро растолкав Сергея, решил выдвинуться в разведку — скорее всего это окруженцы — немцы по ночному лесу да ещё с такими звуками — не уверен.

Ещё не очнувшийся Сергей подхватив один из карабинов и передёрнув затвор насторожённо спросил:

— Что такое?

— Рядом кто-то двигается, пойду проверю, если красноармейцы — сюда вести?

— Ты с ума сошёл! Конечно сюда! Наверно тоже окруженцы.

— Понял — а ты пока присмотри за кашей, мы оказывается у немцев продуктов довольно много увели.

Конфисковав у Сергея плащ, я накинул капюшон и выдвинулся в направлении неясных звуков, неся в левой руке лук. Пройдя, примерно с полтора километра, увидел в серебристом свете группу из трёх человек довольно живописного вида. Два окровавленных и перебинтованных несвежими бинтами молодых человека лет двадцати несли на руках третьего — на первый взгляд немолодого уже мужика с перебинтованным бедром. Шатаясь от усталости они прошли ещё пятнадцать метров и зацепившись за низкий куст со стоном упали на землю. Не высовываясь, я осмотрел их на наличие вооружения — на первый взгляд был виден только дегтярь с расщеплённым прикладом.

— Товарищи красноармейцы! Вы случайно есть не хотите?

В ответ из один из группы попытался резко перекатиться в мою сторону и на голос ткнув пулемётом выпустил короткую очередь из двух патронов, завершившуюся сухим стуком затвора с усталым задыхающимся от усталости матом.

— Хумансы! Ssussun pholor dos! Вам помотсч хочешь, а вы сопротивляетесь.

В ответ раздалось:

— Не подходи! Стрелять буду!

— По-моему у тьебя кончились патроны? И кстати пойдёмте всё же к костру, а то каша моет подгореть.

Со стороны окруженцев раздался осторожный голос:

— Так ты не немец?

— Не немец — успокойтесь и всё же предлагаю переместится к моей стоянке, там и поговорим.

— Так не видно ничего, покажись и куда идти

Подняв глаза я присмотрелся к ночному небу — оно действительно было затянуто тучами и значит для человеческого глаза сейчас была темень — глаз выколи. Выйдя из-за сосны и неслышно подойдя в плотную к этим горе воякам дотронулся до одного из них и произнёс

— Поднимайтесь, я вас проведу…

Старшина Дроконов хорошо помнил момент, когда на колонну с военнопленными из-за опушки леса вылетело звено немецких же штурмовиков и отработало по ней шестью бомбами. Мгновенно поднявшаяся паника позволила колонне начать разбегаться, несмотря на тщетные попытки дезорганизованной охраны их остановить. Тогда он и заработал этот злосчастный осколок в бедро, а два рядовых несущих его сейчас многочисленные мелкие осколочные ранения в спину. Всё время, пока они двигались от разбомблённой колонны, им очень везло. Сперва натолкнувшись на просёлочную дорогу идущую в восточном направлении, потом обнаружив место боя на котором удалось разжиться бинтами и обнаружить дегтярёв с разбитым пулей прикладом, хотя и всего с двумя патронами в диске. Пытаясь как можно дальше уйти от немцев шли весь день и продолжили идти ночью, несмотря на почти полную темноту. Ближе к середине ночи небо затянули тучи и идти стало возможно, передвигались исключительно на ощупь. Постоянные падения и натыкания на невидимые в темноте деревья привели к тому, что мы полностью заблудились.

В очередной раз упав, мы услышали из окружающей нас темноты ехидный голос…

Передвигаться по ночному лесу ведя за ручку троицу раненых — то ещё удовольствие. Почти подойдя к нашей поляне, я громко крикнул:

— Сергхей! Не стреляй — свои!

— А что там за выстрелы были?

Выведя из зарослей на поляну бойцов ответил:

— Да вот — потеряшки испугались и пытались от меня отстреливаться…

Выведя нас из леса к маленькому костерку с установленным на нём котелком пахнущим так что от голода свело не только желудок но и мозг (ели мы последний раз четыре дня назад) наш провожатый, одетый в какой-то зелёный балахон с глубоко надвинутым капюшоном, отступил в темноту, сгустившуюся за пределами светового круга костра и произнёс:

— Вот, могу вам представить красноармейца Сергея Корчагина и пригласить присоединится к нашему либо позднему ужину или раннему завтраку.

На противоположной стороне костра, на какой-то зелёной пластине сидел молодой парень в гимнастёрке, немецких серых штанах и с немецким карабином в руках, насторожённо вглядываясь в нашу компанию. По очереди мы стали представляться:

— Старшина Дроконов Валерий Сергеевич.

— Рядовой Онищенко Геннадий.

— Рядовой Железко Юрий.

Из темноты сухим чуть хрипящим голосом разнеслось:

— Прошшу к нашему огню, давайте приступим к пище, да избавит её Ллос от яда.

Переглянувшись с рядовыми и ощутив себя довольно неуютно, я попросил:

— А наш проводник не хочет представиться? — просто ни его лица, ни имени мы не знаем, а судя по голосу он явно не русский и это вызывает вопросы.

При этих словах новопредставленный Сергей Корчагин, как-то странно дёрнулся и со странным выражением начал нас пристально рассматривать, особенно присматриваясь зачем-то к лицам.

Из темноты выступил высокий стройный силуэт в странном плаще покрытом листьями и сняв, чёрными оснащёнными когтями руками капюшон произнёс…

… Приветствую вас хумансы!

И дальше пошпарил прямо мо легенде, выученной для игры.

— Старший сотник наземной разведки дома Rilint'tar — S'seshes Rilint'tar к вашим услугам.

Вытаращенные глаза и явно ничего не понимающее выражение лиц заставило Сергея вклиниться в разговор:

— Да он инопланетянин, как у инженера Лося в Аэлите — сами посмотрите у немцев чёрного цвета кожи не бывает да и глаза с ушами явно не человеческие. Мужик хороший проверенный — мы с ним сегодня вечером двух немецких мотоциклистов убили. Хотя и очень странный.

Зло посмотрев на Сергея, заставив его при этом резко прекратить перемывать мне кости я произнёс:

— Давайте сперва вы покушаете, а я пока с вашими ранениями разберусь. Как я понял самое серьёзное у тебя старшина, значит, с тебя и начнём.

Со стороны Сергея донеслась почти зрелая мысль, вызвавшая у наших новых знакомых появление удивлённого и заинтересованного выражения на лицах