Рисс Хесс - Planescape: Torment: "Пытка Вечностью"

— А, ИНОЙ КОНСТРУКТ.

— Чувство неизбежного сближения.

— ТЫ ПРЕВЫСИЛ СВОИ ПОЛНОМОЧИЯ. СДАВАЙСЯ.

— Ты стремишься причинить вред тому, кто помог Нордому. Нордом попытается остановить тебя. Вероятность успеха: минимальна.

Удар магической энергии, призванной призраком, отбросил Нордома в сторону.

— ТЕЛО — ВСЕГО ЛИШЬ ОБОЛОЧКА. СИЛЬНОЕ ДАВЛЕНИЕ МОЖЕТ ПОВРЕДИТЬ ЕГО. МНЕ ПРОДОЛЖАТЬ?

— Ты хочешь причинить ему вред. Нордом помешает тебе.

Несколько разрядов энергии ударили в Нордома, повергнув его наземь, где он и замер без движения; затихли и арбалеты.

73. Испытание порыва

Я оказался в менее просторном покое. Пять статуй полукругом окружали небольшой бассейн, над которым парил сияющий кристалл. Я сразу же заметил знакомую фигуру в комнате — Игнус! Сжигающая ярость, проявленная им при последней нашей встрече, теперь поглотила его, преврати в безумца. Возможно, не безумца — в прямом смысле слова, но стихия огня, которой он поклонялся, уничтожила последнюю человечность. Он немедленно бросился в атаку.

— Я ссожгу тебя, а затем подожгу планы! — кричал он, забрасывая меня огненными заклинаниями. В ответ я противопоставил ему собственную магию.

— Пламя поглотит тебя! — завывал Игнус, и голос его был треском костра. Но мои заклятия отбросили его назад, и дальше отступать было некуда.

— Небесса обратятся в пламя, а жизнь сстанет подобна факелам, — прошептал он за секунду до того, как заклинания мои повергли его наземь, потушив огонь. Я склонился над изуродованной фигурой Игнуса. Он умирал, и я опустился на колени, обнял его. Он заговорил, так тихо, что мне пришлось нагнуться, чтобы услышать его.

— Мастер, прости меня. Я предал твои учения. — Я должен принять как должное, что никогда не смогу помочь некоторым испытывающим боль личностям из моего прошлого; почти все они подобны Игнусу, вписаны в Книгу Мертвых и для меня пребывают за пределами досягаемости. Я осторожно опустил тело Игнуса на каменный пол.

Теперь, когда я смог оглядеться по сторонам, то заметил, что статуи — мои. Интересно, почему? Внимательно осмотрев статуи, под основанием одной из них я заметил темный камень, покрытый пылью, как будто пролежал здесь много лет. Он походил на отсеченный кусочек одной из статуй и покрывала его сетка рун и символов.

Камень казался мне на удивление знакомым. Когда я коснулся его, на одной из граней возник рот и начал говорить моим собственным голосом, эхом отдававшимся, будто звучащим в просторной пещере.

Дак'кон, Морти, Ксакария, Дейонарра — это я. Я наложил чары на этот камень, и он должен передать вам послание; выслушайте его и сделайте так, как я вам скажу. — Голос перевел дыхание; казалось, он несколько раздражен.

— Не знаю, как мы оказались порознь, но думаю, что разделил нас портал, доставивший нас сюда. Это временно — когда вы отыщите камень, оставайтесь возле него до тех пор, пока я не разыщу вас. Исходя из моих магических наблюдений, площадь Крепости равна нескольким городам — чем меньше вы будете двигаться, тем легче мне будет вас отыскать. — Голос вновь перевел дыхание и стал более отстраненным, будто одновременно наблюдал за чем-то и говорил о нем же.

— Я пробился через первый чертог; это место кишит тенями, их слишком много, чтобы одолеть — если встретитесь с ними, бегите, или они задавят вас числом; и они гораздо сильнее теней, встреченных нами раньше. Думаю, каким-то образом их питают энергии этого Плана, делают их сильнее. — Голос помедлил. — В чертоге было множество военных реликтов, которые перемещали меня с место на место; я заманил теней к машине, а затем, пока они там толпились, она перемещала меня в другое место. Это дало мне немного времени, и я сумел бежать оттуда. Когда я запустил четыре машины, открылся портал. — Голос помедлил, будто говорящий о чем-то неожиданно догадался.

— Я думаю, что чертог, через который я прошел — своего рода врата; похоже, реликты закрывают его как от внутренних помещений Крепости, так и от внешних. Тот, кто построил это место, хочет держать тени при себе, не желая, чтобы они разбежались; тени бесплотны и не могут сами запустить машины, чтобы бежать из чертога. Хм. Мне стоит об этом еще подумать… Но после — сейчас я в покое с огромным кристаллом и хочу разглядеть его получше. — Голос помедлил. — Здесь же пять статуй и все они похожи на меня — и они стары, как будто простояли здесь не один год. Что же до кристалла… не похоже, что он принадлежит Крепости, его размеры и форма напоминают мне кое- что, о чем я читал, о внепространственной тюрьме для удержания души. Не думаю, что мою телепортацию из прошлого чертога сюда можно считать простым совпадением: я думаю, что кристалл — это ловушка, потому ни в коем случае не касайтесь его, пока мы не воссоединимся. Ты понял, Морти?! А сейчас я попытаюсь всех вас отыскать. Если найдете этот камень, не сходите с этого места, или я могу потерять вас навсегда. В основании одной из статуй я оставил для вас немного припасов. Тратьте их с умом — не знаю, как долго мы будет искать нашего врага и выбираться отсюда; возможно, припасы нам еще понадобятся позже. Скоро увидимся.

Я внимательно исследовал комнату. Если здесь и была ловушка, то ее значительно усовершенствовали со времен визита моей предыдущей инкарнации — я не нашел ни выхода отсюда, ни способа активировать портал. Оставался кристалл в центре комнаты, излучающий призрачное сияние.

Ритм пульсации оного напомнил мне биение сердца. Свет кристалла касался углов покоя подобно пальцам, каждый луч освещал каменные лица стоящих полукругом статуй. Я потянулся к кристаллу.

В тот момент, когда я коснулся его, на меня нахлынуло головокружение, тело парализовало. А затем резкая боль пронзила мое тело — я почувствовал, будто саму душу мою сковало льдом… и она разбилась.

74. Лабиринт отражений

Я очнулся на каменной плите в комнате сферической формы, стены в которой были сделаны из листов сероватого металла, испещренного полосками красного, зеленого и синего цветов.

Я поднялся на ноги и заметил, что, помимо меня, в комнате находятся трое… и все они были мною!

Фигура справа была похожа на меня, но казалась воплощением силы, чем человеком. Я видел ее в камне ощущений, оставленным мне Дейонаррой. Это была моя «практичная» инкарнация.