Вадим Климовской - Марш Обреченных. Финал

Она сдавлено сглотнула, конечно же, не забыла, разве о таком можно забыть?

— Соберитесь Илена, вспомните, зачем и для чего мы все это делаем! Соберитесь, моя госпожа!

Рерих был неотступен и, Илена пожелала себе такого же оптимизма.

— Пойдемте!

Он потащил ее через парк, стражники плелись за ними, пробуждаясь от магического транса.

В какой-то момент деревья и кустарники, аккуратно подстриженные расступились, и они выступили на широкую площадку, ведущую к декоративным, узорчатым воротам. Охрана дожидалась их и стража прогуливалась неподалеку, с нетерпением ожидая возвращения господ. Сейчас их разоблачат! Сейчас они поднимут шум, увидев Рериха в одеждах Ламаса и тогда…

На ее безграничное удивление — им кланялись и смущено улыбались. Подмены никто не заметил. Она затаено трепетала, в любой момент, ожидая паники и тревоги, но Фодар сохранил ей жизнь и нервы.

Уже на ступенях кареты, она распорядилась отпустить паланкин в имение, а сама вскочила в салон экипажа, Рерих напоследок поймал ее за руку.

— Я скоро буду.

И скрылся с ее глаз.

Они отъехали от резиденции Юржана Невольча, на козлах кучер и мейстер Лоа, когда карета поворачивала на площадь и подпрыгивала на неровной брусчатке, с глубины салона, словно из-за ширмы, вывалилось полуголое тело, Илена с придушенным криком отмахнулась от него и только потом с ужасом разглядела, что заехала кулаком в скулу бесчувственному Ламасу.

Всю дорогу она придерживала поганца, чтобы тот снова и снова не сваливался ей на колени…

Мейстер Лоа и еще парочка прислужников, одетых с ног до головы в серые рясы с прорезными масками для глаз на уровне очей, мгновенно подхватили бессознательного Ламаса под ручки и потащили по лестницам, неприметного двухэтажного здания в недра его подвала. Это строение межевало с громадой Фодарского амфитеатра, но Лоа распорядился приткнуться именно здесь, подальше от городской стражи и внимания ночных гуляк. В его замысле Илена видела логику. С полуголым чиновником на руках и в сопровождении прислужников в рясах, они выглядели, откровенно говоря, подозрительно и странно, что, несомненно, повлекло за собою излишние проблемы. Тревор Ешкан и дяденька Тиберий Форт точно б ей этого не простили. Похитить любимого сыночка прямо в резиденции, под носом отца и всесильного дядюшки, это даже не скандал, это взрывная волна от мощного извержения вулкана. Больше всего она боялась кульминации, ее обтяживала одна мысль, что затевали безжалостные к своим врагам адъютант Рерих и мейстер Лоа? А еще, что будет, когда пропажа Ламаса Ешкана, наконец, откроется Верховному магистрату и поднимет на ноги всю страну? Какие же перевороты ожидали Лафим, в случае запуска механизма расплаты Лоа и Рериха на полную?

Она так боялась ответов. Она боялась, Фодар побери, что ее дожидалось в подвалах арены?

За сотню шагов по темным, пыльным коридорам, она видела черноту грубого, необтесанного камня и задушенные, чуть подпитанные влагой тоннели. Наверное, эти переходы строили тайно и в секрете от общественности, ну и конечно магистрата. Об этом говорили грубые стены и множественность разветвлений по дороге вниз. Илена довольно скоро потеряла ориентир в кромешном мраке, она сначала намерилась окликнуть мейстера Лоа, но обеспокоилась его тревожить, ибо он и еще двое "серых" несли бесчувственного Ламаса, а ведущий незнакомец в комбинезоне, что нес смоляной факел впереди всех, освещал дорогу всей четверке. Эскорт был занят, и чувствовалось растущее напряжение, не только она терзалась страхами и переживаниями.

Илена невольно прикинула, что они уже где-то под широкой улицей, направлялись к катакомбам амфитеатра, туда, где некогда в день Фодарской Воли она имела случай побывать и ознакомится с палаческими камерами. Сколько же прятала в себе столица Лафим? Сколько тайн хранилось и терялось в веках?

Столь неожиданно, как спуск, они вышли в четырехугольный, продолговатый каменный мешок — тюремная конторка. Грубый стол посреди площади и такие же грубые стульчики-чурбаны. Илена огляделась. Справа продолжение спуска в подземелья. Больше отсюда выхода нет, кроме пути назад.

Лоа и двое прислужников с ношей воспользовались стульями по назначению, взгромоздив на два чурбана охмуренного вельможу. Теперь он Илене казался жалким и беззащитным. Мейстер повернулся к ней.

— Подождите Рериха, он должен скоро вернуться и нас догнать.

Она послушно кивнула чародею.

"Серый" оставил в стене догорающий факел, а новый, распалив, взял для дальнейшего спуска. Снова забросили его светлость Ламаса Ешкана на плечи и в том же безмолвии отправились дальше в темноту. Илена осталась одна-одинехонька в затхлом и мрачном помещении, провалы коридоров зияли пропастями и королеве отверженного королевства мерещились страшилища и мерзкие ужасы. Панические сомнения и переживания опять захлестнули ее разум. Фодар подскажи, правильно ли они поступают, что вершат самосуд? Ответ не спешил звучать в ее голове, играясь чувствами и сознанием.

Тук!

Тук-тук-тук!

Она затаено прислушалась. Шаги!

Кто-то спешил по их следам? Переходя чуть ли не на бег, спеша догнать. Она собралась, готовясь к нападению или самообороне.

Шаги приблизились, отдавая дробью по каменным плитам и вот, наконец, мелькнула рассеянная тень с факелом в руках, из темноты выступил Рерих в одежонках Ламаса.

— Я думал вы внизу?.. Наблюдаете.

Она мелко вздрогнула: зачем это наблюдать? Мысли коснулись бесчувственного Ламаса. За ним, что ли наблюдать? Омерзение и догадка затопили ее грудь и забурлили через край.

Рерих молниеносно подскочил к ней и схватил за трясущиеся плечи.

— Успокойтесь! Возьмите себя в руки! Да успокойтесь же, сударыня! Помните, зачем и для чего мы все это делаем! Кроме вас больше за народ и за страну заступиться некому! Надежда только на вас! Знайте, они не образумятся! Не сбросят нитей власти и кукловодства ради социальных нужд и стабильности, они слишком много отдали, чтобы оказаться на самой вершине, слишком много терпели, чтобы терять все за раз. Единственная возможность все это прекратить — это, засучив рукава бороться. Бороться и возвращать былое время… а за такие привилегии стоит окунуться в реки крови и хаоса. Другого выхода мы не видим.

— Чем тогда мы будем отличаться от них?

— Хотя бы тем, что вы вернете страну в руки истинному правителю. Потомку династии Лафим, то есть себе. Вернете страну в руки законному государю, а не в клещи узурпаторов.

— Но неужели такой ценой?..

— Только так и никак по-другому! — железно отрезал Рерих.