Тимофей Печёрин - Изгои Таэраны

Круги общения Томаса и Долабеллы вне Ордена почти не пересекались; так что, будь у них выбор: встречаться или нет, оба стратега непременно бы предпочли второй вариант. Однако если уж встреча произошла, причина на то должна быть колоссальная.

— Есть разговор, — молвил Томас, запоздало стаскивая с головы размокшую шляпу, — позволите пройти? Это касается Ордена.

А вот тут недовольство Долабеллы сменилось живым интересом. При всех своих различениях Серому Ордену оба стратега были преданы равно безоговорочно. Считали его интересы выше своих личных пристрастий; так что ответ хозяйки дома был положительным.

— Пройдем в гостиную, — предложила она.

В гостиной, где леди Долабелла и ее собеседник устроились на мягких креслах, к ним немедленно подоспел слуга с вином в хрустальном графине. Это был великолепно вышколенный слуга, на чье обучение было затрачено немало лет и еще больше розог. Однако в этот раз он старался зря: хозяйка молча отстранила поднесенный графин и так же молча, жестом, велела слуге покинуть комнату.

— Так что же касательно Ордена? — осведомилась леди Долабелла.

— Я пришел к вам, потому что… во всей Коллегии только вы… за исключением меня… в общем, недовольны предложениями Магистра. Поэтому, — Томас сделал глубокий вдох и продолжил уже более уверено, — я хочу предложить вам действовать сообща.

И вот еще что: я полагаю, что последние действия Магистра Ольгерда — с выносом Сердца Таэраны из хранилища Архимага, с попыткой доставить его сюда… ну и эта блокада, естественно. В общем, они направлены не столько на пользу Ордену или равновесию, сколько на личные интересы Магистра. И я не удивлюсь, если он найдет предлог, чтобы сохранить жизни новым вместилищам Сердца Таэраны. Если те попадут в его руки. Найдет предлог… и будет использовать в своих целях.

Долабелла усмехнулась.

— Вы только сейчас это заметили, мой уважаемый коллега? — протянула она сладко, но холодно, — что ж, тогда мне вас искренне жаль. Я, да будет вам известно, заподозрила неладное еще когда Ольгерд едва затеял это мероприятие с кражей.

Вы посудите сами: пока Сердце лежало во дворце Архимага, его невозможно было не то что применить во вред — но даже просто достать. Во всяком случае, там добраться до него что хвиэльскому принцу, что его Темной соплеменнице было бы неизмеримо трудней, чем в порту. Но Сердце было украдено — и что, это сильно помогло равновесию? Да нет, разумеется: это лишь усилило опасность его нарушения.

Впрочем, тогда у меня еще оставалась хоть маленькая, но надежда. На то, что Сердце Таэраны попадет в руки даже более надежные, чем у магов Рах-Наваза. В наши руки, в руки Ордена — и тем послужит равновесию. Вот только когда Ольгерд принялся честить вас… на последнем собрании, помните? «Больше печется об интересах магов, а не Ордена». Тогда я поняла… да. Все поняла.

Ведь известно, кто старается первым крикнуть «держи вора!».

Впрочем, Магистру следует отдать должное. У него неплохо получается… быть убедительным. Отводить от себя подозрения. Обставлять дело так, как будто сам он чист и старается для общего блага… ну а виноваты конечно же внешние обстоятельства… или такие как мы.

Вспомнить хотя бы историю с той облавой на Ирайу. Последней. Она провалилась в том числе и потому, что ваши люди не имели должной защиты. Чародейские возможности той девчонки оказались недооцененными… догадайтесь, уважаемый коллега, по чьей вине? Но Ольгерд вовремя подсуетился… помните: весь этот фарс с давлением на бургомистра и его устранением?

А в итоге он выглядел как спаситель. Как защитник интересов Ордена. После чего сам, как бы между делом засчитал попытку остановить Ирайу неудачной. И вроде как с полным основанием обратился к запасному плану: с кражей Сердца и попыткой его вывоза.

Только… что касается «личных интересов», то здесь я бы с вами не согласилась. Поверьте: я изучала историю нашего мира — да не по легендам для простаков, а по серьезным трактатам. И знаю, о чем говорю: никогда ни одна грандиозная затея не была устроена в угоду лишь одному-единственному человеку… Равно как и эльфу, гному или орку. Даже захватнические походы, завоевания — что большинство привыкло связывать только с личностью очередного великого полководца.

Поэтому я уверена: за всей этой суетой вокруг Сердца Таэраны, за поступками Ольгерда, странными и даже вредными — за всем этим обязательно кто-то стоит. Должен стоять. Какая-то посторонняя сила… которая едва ли дружелюбно настроена что к Ордену, что к миру в целом. А наш почтенный Магистр может оказаться просто исполнителем чужой воли. Куклой. Слепым орудием.

— Слепым, — хмыкнул Томас, — но зато уж каким полезным…

— Это точно, — охотно согласилась Долабелла, — просто находка… для кого-то.

Теперь насчет «действовать сообща». У вас есть какой-нибудь план, стратег Томас? Если вы намерены просто отправить предателя в Изначальную Бездну, то смею вас уверить: ни в чем полезной я тогда быть не смогу. Я уже молчу о том, как вся остальная Коллегия воспримет гибель Магистра. Гибель от ваших рук, стратег.

— Отправить в Бездну? — переспросил Томас не без иронии, — нет, что вы… У меня другое предложение. Вывести Ольгерда на чистую воду. Разоблачить его затею.

Долабелла улыбнулась. Причем не деланно, как на балах и тому подобных собраниях, а с искренним выражением радости. Так, например, мать могла порадоваться за непутевого сына, наконец-то принесшего домой свои первые заработанные деньги.

«Интрига? Мне это нравится!» — говорил ее взгляд.

— Что ж, неплохая идея, — молвила хозяйка вслух, — разоблачение… Полагаю, мы могли бы подумать об этом вместе. Не говоря уже про участие… И все-таки, коллега, я не думаю, что вам стоит по каждому поводу приходить ко мне лично.

— А как же? — не понял Томас.

Вместо ответа леди Долабелла поднялась с кресла и прошла к одному из шкафов. Открыв его и хорошенько осмотрев, она достала из его недр небольшой перстень с камнем неопределенного цвета. Точнее сказать, цвет менялся при каждом движении этого камня.

— Вот, — Долабелла протянула перстень Томасу, — хорошая вещица. Пока вы носите его на пальце, я буду слышать то же, что и вы. Ну а у меня уже есть такая… И я надеюсь, что с этими перстнями нам будет гораздо легче.

— Надеюсь, — повторил Томас, беря перстень чуть дрогнувшей рукой, — это ведь… магия?

— Верно, коллега. Прямо из Рах-Наваза.

Глава четвертая

Кагар неподвижно сидел на поляне, привалившись спиной к стволу дерева. Со стороны могло показаться, что старый орк дремлет… или зачем-то смотрит в одну точку. Но оба предположения не содержали ни крупицы правды: на самом деле Кагара даже вовсе не было там, где его могли ненароком увидеть.