Мэгги Фьюри - Глаз вечности

Но у старухи получалось, и неплохо. Еще немного – и она исчезла за верхним выступом. До Заваля долетел ее запыхавшийся голос:

– Эй, все нормально. Дай мне пару секунд отдышаться. Пару секунд? Он всего-навсего наблюдал – и то взмок от напряжения. Заваль терпеливо ждал, унимая дрожь в коленях, как вдруг сверху раздалось:

– Береги голову!

Мгновение – и со скалы полетела охапка бурого папоротника, скрепленная куском бечевки. Затем еще одна. И еще. Вязанки папоротника, болотного тростника и гибких зеленых ветвей незнакомого кустарника так и сыпались на берег. Потом из-за края показалась голова наемницы.

– Отойди! Я спускаюсь.

И вновь душа Заваля ушла в самые пятки. С берега спуск показался еще более опасной затеей, чем подъем. Но вот наконец старуха спрыгнула на землю, деловито отряхнула штаны – подарок Аили – и одобрительно кивнула.

– Хорошее сукно, крепкое.

Повернувшись к бывшему иерарху, она ухмыльнулась.

– Стоим, бездельничаем? А кто будет таскать вязанки? Нам с тобой еще строить укрытие.

Ах да, укрытие. Но Заваль так измучен. Он провел без сна целую ночь; не завтракал, да и вообще не ел, если на то пошло; целый день таскал по берегу тяжелые штуковины, все дальше и дальше; он окоченел, в голове гудит, и желудок давно урчит от голода. Мужчина исчерпал все свои силы – по крайней мере он искренне так думал.

– Разве это необходимо? – вкрадчиво начал иерарх. – Ты говорила, что Вельдан и прочие скоро приплывут за нами.

– Приплывут. Рано или поздно, – заверила Тулак. – Сам посуди, как долго эти твари тащили нас по воздуху, а им в быстроте не откажешь. Вот и прикинь, сколько воды утечет, пока нас обнаружат. А до тех пор без укрытия не обойтись. – Она сердито нахмурилась. – Ты еще скажи, что я зря лазила на ту скалу! Только попробуй! Так что давай, пошевеливайся, сынок. У нас мало времени.

Наемница даже не подозревала, насколько близка к истине. С вершины скалы за пляжными бродяжками зорко наблюдали хищные взгляды. Низкие голоса еле слышно переговаривались:

– Фу-у! Она прошла совсем рядом! Я так и думал, что старуха нас вычислит.

– Ну и что? Кинжал ей в брюхо – и все хлопоты. Не понимаю, чего ты сразу не дал мне прикончить каргу: по одному убирать всегда легче.

– А ты теряешь форму, Пелорм. Коли мы вчетвером не справимся с бабусей и молокососом, пора завязывать и уходить на покой.

– Послушай, придурок! Тульд прав, мы не напрасно ждали. Теперь нам известно, что их разыскивают дружки. Отличные вести! А то корабли давно уже не заходят в эти гиблые места: слухом земля полнится. И на чем, вы думаете, доберутся сюда приятели нашей парочки? Не верхом же! Здесь, в горах, и пешком-то не пройти. Пусть приплывают. Разложим, как всегда, сигнальный огонь поярче, и преспокойненько дождемся добычи.

– Но ведь эти, внизу, тоже зажгут костер!

– Не глупи, Шафол. Старая сама сказала, помощь прибудет не скоро. Давайте перекусим и отдохнем. Как стемнеет, спустимся и прирежем обоих. Останется только подготовить встречу!

И мародеры, упиваясь тонкой хитростью собственного замысла, скрылись в чаще кустов.

Вопреки всем заботам, ожидающим Вельдан в Гендивале, несмотря даже на легкое головокружение и мутность рассудка после бессонной ночи, девушка наслаждалась скачкой на настоящей лошади вдоль берега реки. Друзья направлялись к ближайшей пристани навигаторов, чтобы взять судно и отплыть в путешествие.

Лучшего дня для этой цели и придумать нельзя. Напоенный осенними ароматами ветер будоражил кровь, и солнечные искры весело приплясывали на бронзе еще не облетевших дубовых листьев. Мягкий ковер палой листвы на тропке заглушал цоканье копыт, зато птичьи голоса и журчание волн сливались в единую мелодию.

Наконец-то чародейку ожидает покой, и можно выбросить из головы бурные происшествия, которые так внезапно обрушились на Гендиваль. Но, конечно же, не оказавшихся в беде Тулак и Заваля. Девушке безумно хотелось послать подруге мысленный зов, но сможет ли та ответить? Что, если их прошлый «разговор» состоялся благодаря случайности или был последним криком отчаяния? А вдруг способности наемницы резко возросли вместе с надобностью в них?

– Хозяйка, – вмешался в ее мысли Каз, – ты опять за свое?

– Да, опять, – с досадой откликнулась Вельдан. – И что же?

– А то. Если Тулак не ответит, как нам узнать, почему она молчит? Может, не хватает сил отозваться, а может, что-то стряслось. Ты станешь всю дорогу бояться, переживать. А отыграешься на мне!

– Ах, тебя только это заботит! Успокойся, я лучше отыграюсь на Элионе.

– Тьфу на него! Кто твой напарник, а? Бот и обращайся ко мне что бы тебя ни мучило. Но учти, сейчас ты волнуешься напрасно. Расслабься, хозяйка, немного терпения – и мы у цели. Тулак не даст себя в обиду, вот увидишь, у них все хорошо.

– Надеюсь, – вздохнула Вельдан.

Что ж, пока она едет не на дракене, надо ловить момент. Девушка переключила внимание на хозяйку харчевни:

– Эй, давай наперегонки! – и, не дожидаясь ответа, пустила коня таким галопом, что на время даже тревоги остались далеко позади.

Пристань навигаторов расположилась в довольно живописном месте, где густой лес, окаймляющий берега, смотрелся в глубокий, ровно бегущий поток. Неподалеку на узких просеках были выстроены амбары для хранения груза; случалось, под их крышами ночевали лодочники или пассажиры, которым не терпелось отплыть с рассветом. Самую крупную постройку приспособили под своеобразный рынок: здесь жители Гендиваля скупали у странствующих купцов иноземные предметы роскоши, а сельские ремесленники бойко торговали собственными изделиями, да и чародеи порой ради интереса не гнушались продавать диковинки, прихваченные в других царствах – за таинственной Завесой.

Владелец рынка Скерин ни разу за всю свою тридцатидвухлетнюю жизнь не удосужился выйти в море, хоть и был прирожденным навигатором. Этот чрезвычайно образованный мужчина с его страстью к знаниям предпочитал копаться в книгах и старинных свитках, нежели заниматься грубой работой лодочника. Его сестра Меглин, напротив, не могла жить без волн и приключений; управиться с любой лодкой или кораблем для нее было сущей безделицей. Сейчас этой женщине принадлежало три судна: пара неглубоких парусных яликов шестидесяти футов длиной, выдолбленных на заказ из гендивальского дуба нарочно для доставки грузов по реке, и мореходная баржа для перевозки тяжестей вдоль берега, ранее принадлежавшая отцу погибшего супруга Меглин Рутхару. Ныне тот поселился на берегу вместе с внуками и Скерином, приглядывал за амбарами, собирал все местные сплетни и торговал самопальным темным элем, слава о котором гремела по всей округе.