Валерий Иващенко - Золотой Лис. 1-2 часть

— Поцелуй в щёку, который тебе подарила перворождённая, это вовсе не заклятье — но именно оно сбивает твоё восприятие, смертный! — гневно заявила подбоченившаяся дриада, однако Ридд-то видел — глаза её смеялись.

Вот те раз! Это что ж теперь — не умываться вовсе? Да уж, скажи кому, так народ валом будет валить в заведение дядюшки Флетчера, чтобы полюбопытствовать на такое диво. Шутка ли — эльфийка добровольно подарила смертному признание своей симпатии!

Теперь он и сам улавливал медленно, почти неощутимо текущее с левой щеки дыхание весны. Когда душа и тело просыпаются от зимней спячки и так и хочется с чистой душой и от всего сердца весело сделать какую-нибудь несусветную глупость…

— Ничего подобного я не говорил, — нашёлся Ридд, когда дриада странно притихла в поймавших её мягких объятиях.

— Не искушай, — зловредно фыркнула та, опомнившись, и её прохладное, пахнущее свежестью и разнотравьем гибкое тело выскользнуло из не замедливших разжаться рук.

Миг-другой яростных, полных блеска молний взглядов, и они оба не выдержали, рассмеялись.

— Жаль, что ты не такой же, как я, — просто заявила снова безбоязненно прильнувшая дриада. — И вот тебе для симметрии чмок в другую щёку… какой ты восхитительно тёплый, совсем не как родные мне деревья. А теперь ступай, hanu, и возвращайся когда-нибудь.

И он пошёл. По еле заметной тропинке, вьющейся меж любопытно уставившихся на путника цветов и деловито суетящихся над ними пчёл. Затем по дорожке меж бесконечных, как и думы Ридда, виноградников — а там и по старому тракту аж до самых полуденных ворот.

Солдат у ворот щеголеватого, больше похожего на дворец баронского замка пусть и не походил видом оружия и доспехов на своих коллег из глубинки, его амуниция хоть и не так блестела, зато оказывалась куда как добротнее. Не тоненькая жесть, а полноценная броня. И кольчуга пусть не сверкает, как рыбья чешуя на солнце — зато каждое колечко свито из калёной по старому гномьему рецепту проволоки. И сам их милость барон не считал зазорным проверять, как же его солдаты защищены от вражьего оружия.

Да и само оружье, коего имелось короткое штурмовое копьё и висящий на боку прямой меч, не отличалось малым весом, свидетельствующим не столько о вкусе оружейника, сколь о скупости сюзерена. Нет, полноценная честная сталь, добротно выделанная и на совесть отточенная.

Впрочем, и сам стражник вполне подходил под поговорку "солдат должен быть накормлен, экипирован и обучен". Крепкий и уверенный, он невозмутимо осмотрел непонятного проходимца с тростью, который вышел из тесноты городских улиц и в это жаркое утро невозмутимо поднимался на старый расплывшийся холм — именно на вершине того и возвышался над городом и окрестностями построенный ещё прадедами замок барона Шарто.

— Мастер Ридд, — негромким и не очень-то убедительным голосом представился прибывший. — Его милость назначали мне встречу…

Насчёт голоса солдат ещё стерпел бы — его сержант тоже не очень-то громыхал словесными залпами после одного случая, когда едва не оглушил не вовремя подошедшую старую баронессу своим громоподобным рыком. Но вот таковое отношение… притащился тут прогулочным шагом, а теперь и прётся в ворота, словно просто шёл мимо, да и вдруг решил заглянуть. Впрочем, парень крепкий, жилистый — да и двигался как недавно виданный на ярмарке дикий кот.

Из-за отворота портупеи рука солдата вытащила клочок пергамента, а хозяин принялся с некоторым трудом разбирать нацарапанный там список. Хоть поначалу и блажью почитался заведенный ещё старым бароном порядок, чтобы все слуги и солдаты умели разбирать эти не иначе как демонами придуманные в мученье добрым людям буквицы, имя Ридда солдат среди прочих нашёл.

— Точно, есть такой. Ступай во двор к колодцу, там спросишь, где их милость, — уже чуть более благодушно прогудел едва ли не вдвое широкоплечий солдат и стукнул тупым концом копья о настил.

Лёгкий перестук, пробежавший по сторонам, подтвердил — остальные часовые засвидетельствовали появление в пределах замка чужака-одиночки. И в случае чего… но Ридд не собирался ничего такого умышлять. Всё тем же неспешным шагом он прошествовал через вымощенный каменными плитами небольшой двор к колодцу, откуда набиравший воду рябой малый направил гостя в оранжереи.

Ещё одна новомодная блажь, между прочим! Ну на кой… извините! — в здешних тёплых краях эта придурь, называемая по старинке зимним садом? Тут не зима, а так, одно название — за пять лет и снега-то настоящего ни разу не было. Но сам Ридд слыхал пару раз, что моду эту завезли из столицы. А мода, то дело такое — хоть и не нравится порою, однако соответствуй, и не пикай. Но прятать молодые саженцы от заморозков весьма удобно…

— Доброго здоровья вашей милости, — он чуть поклонился в сторону сидевшего под вьющимся зелёным пологом у столика барона, и после кивка того приблизился.

Опять, как и вчера, Ридд неуютно чувствовал себя под пристальным, изучающим и непонятным взглядом барона Шарто. Впрочем, что это он? Перед законом и свей совестью чист, долгов и неисполненных клятв нет — он смелее расправил плечи и принялся терпеливо ждать, когда же знатный хозяин замка соизволит первым начать беседу.

— Ладно, встреча у нас неофициальная, да и пыль у тебя на сапогах очень уж густая — небось, с утра хороший конец отмахал? Так что, садись, — Удивительно, но барон лично выставил на крохотный столик в беседке запечатанный кувшин и пару серебряных чарок.

Ридд полюбопытствовал своими и вправду не по-утреннему пыльными сапогами и подумал, что наставления насчёт чистить обувь всё же не ерунда, а вполне разумная мера предосторожности. Сам же он приценился к закрывавшей горлышко белой сургучной печати со слабыми следами магии. Ого! Белое божоле, обостряющее чувства и соображение — видать, их милость барон и в самом деле уделяет большое внимание результатам переговоров? И парень кончиком кинжала сорвал пробку.

Сам налил, сам первым пожелал здоровья и долгих лет хозяину и его матушке — и лишь после мягко прокатившегося по языку и нёбу благословенного нектара из графства Божоле он вздохнул и решительно поставил запотелую чарку на стол.

— Что ж, ваша милость… не стану скрывать, видал я несколько раз гномье оружие, хоть и издали. А пару мест даже доподлинно помню — частенько прохожу мимо, они у меня вроде ориентира, — Ридд задумался, почёсывая подбородок перенятым у Питта жестом. Да он сейчас и был им, словно надел на себя манеру вести себя этого выглядящего недалёким увальнем десятника. — Но вот взять их и при том не отдать демонам душу? Хм-м…