Кассандра Скай - Дорога домой

— Я еще раз повторяю — она сомневается в себе, в том, что достойна быть среди твоих, — перебил его Лорелин.

— Тогда тем более, — Лайнэ усмехнулся. — С чего она решила, что, став Волчицей, сделается более достойной?

— Ох-х… — Лорелин наградил его уничтожающим взглядом. — С тобой невозможно разговаривать. Уперся, как баран!

Лайнэ пожал плечами и едва не задохнулся от резкой боли в груди. Лорелин тоже как-то странно побледнел.

— Рыжая… — почти хором выдохнули они и, не сговариваясь, бросились из комнаты.

Лайнэ словно точно знал, куда бежать. Что его вело: интуиция, чутье Волка, провидение — Лорелин не мог бы сказать, но не отставал от племянника ни на шаг.

Лежащую ничком фигурку на берегу небольшого пруда они заметили одновременно.

— Сайрэсс, — Лайнэ успел раньше и осторожно перевернул девушку. И едва сдержался, чтобы не завопить. Только хриплое рычание прорвалось сквозь зубы.

Из глубокой раны легко выскользнул алтейн, и темная кровь хлынула с новой силы.

— Рэсс… — Лорелин смертельно побледнел, увидев ее. — Она…

— Жива, — процедил Лайнэ. — Но крови потеряла много… Помогай, чего встал?

Лорелин опустился на колени и осторожно свел края раны дрожащими пальцами, шепча заговоры.

— Не волнуйся, не умрет, — эхом его мыслей отозвался голос Лайнэ, и горячая — обжигающе-горячая — ладонь Волка легла сверху на его пальцы. — По крайней мере, до того, как я устрою ей взбучку.

Лорелин усмехнулся уголком рта и замер, ощутив, как через его руки проходит горячая волна Силы, чужой и близкой одновременно.

Девушка судорожно дернулась и зашлась в громком кашле. Кровь вязкой струйкой потекла по щеке. Веки дрогнули, разлепились, открывая мутные глаза, и Рэсс с трудом сфокусировала взгляд на них.

— Лайнэ… — бледный румянец пятнами покрыл еще более бледные щеки.

— Тсс, — тот решительно закрыл ей рот. — Молчи. Тебе не стоит сейчас напрягаться.

— Прости… Я… Я просто боялась… — Сайрэсс тоскливо смотрела ему в глаза. — Я так хотела быть…

— Знаю, — пробормотал он, сочувственно глядя на нее.

— Я уже ухожу, — Рэсс снова закашлялась. — Прошу тебя… Я хочу… Хочу уйти на руках Вожака… Моего Вожака…

— Лучше береги силы, — Лорелин осторожно убрал серебристый локон с бледного лица.

— Шут, — она слабо улыбнулась. — И ты… Знаешь, это… мой первый поцелуй…

— Знаю, — он улыбнулся в ответ. — Понял.

Сайрэсс попыталась фыркнуть, закашлялась и вновь обратила взгляд на Лайнэ:

— Пожалуйста…

Он кивнул и сжал ее пальцы:

— Кровь к крови, род к роду. Перед лицом богов и с согласия предков принимаю эту девушку в свой народ. Отныне и до конца Пути она становится Волчицей, и домом для нее будет Стая. Готова ли ты чтить Закон Стаи? Готова ли подчиняться своему Вожаку и уважать его? Готова ли идти за мной туда, куда я поведу тебя?

— Да… — выдохнула девушка и обессилено обвисла на их руках, провалившись в беспамятство.

— Отныне ты сестра мне по крови, Волчица Сайрэсс. Будь достойна этой чести, — почти шепотом закончил Лайнэ и снова сосредоточился на ее ране.

Альтамир, выслушав их рассказ, взглянул на тихо сопящую Сайрэсс и вздохнул:

— Да, Лайнэ… Я был неправ даже больше, чем думал… Пожалуй, для них братство — это действительно не то, что для нас. Совсем не то. Очень сомневаюсь, что кто-то из них решился бы на такой шаг после отречения.

— Братство — это братство, — Лайнэ осторожно держал чашу дрожащими пальцами. — А Стая — это Стая. Их даже сравнивать смешно. Прости меня, конечно, Мирэл, но несмотря на все пафосные речи о том, что братство — это семья, Странники все равно делят его на своих и чужих.

— Это ты о себе? — Мирэл приподнял бровь.

Лорелин кисло взглянул на друга и покачал головой:

— Альтамир, не строй из себя дурака, никто не поверит. Ты же прекрасно понял, о чем речь. Просто не хочешь этого признавать… Как будто не помнишь, как у нас общаются — эти из Альмэсэйе, эти с юга, эти — из Аумен-Хона… А ведь этого быть не должно. И Совет старейшин по кланам и родам… Какая это семья? Вот Стая действительно была семьей, даже для тех, кто туда приходил.

— Может, ты тоже хочешь присоединиться к племяннику? — с ехидцей поинтересовался Альтамир. — Вас послушать, так братство — это ничто.

— По сравнению с тем, каким оно было раньше… — Лорелин пожал плечами. — Я не хочу в Стаю… пока, — Лайнэ приподнял бровь, больше ничем не выдав своего изумления таким высказыванием. — Я не чувствую себя Волком. Наверное, я слишком привык быть Странником. Но и такого братства я тоже не хочу. Последние годы наглядно показали, как оно ухудшилось. И я очень хочу его изменить.

— Сейчас не время, — негромко отозвался Мирэл.

— Если не начать сейчас, время никогда не наступит, — так же негромко ответил Лорелин. — Нужно менять, пока есть те, кто способен что-то изменить. Кто хочет перемен. Когда молодежь привыкнет, начинать будет поздно.

— Может, ты и прав… — Альтамир отвел взгляд.

— Он прав, — Лайнэ поставил пустой кубок на стол. — Ты же сам недавно хотел перемен. Если вы возьметесь вдвоем и привлечете тех же Орегонда и Орфэльмера, все получится. Вас знают, вас ценят, за вами пойдут… Если оставить все, как есть, скоро братство будет зависеть от таких, как Ллаэ.

Альтамира передернуло. Он кисло взглянул на друзей и сумрачно кивнул:

— Что верно, то верно… — помолчав мгновение, Странник резко вскинул голову и вперил в друга загоревшийся взгляд. — Подожди! А ведь это мысль! Если мы сделаем это, тебе не придется уходить из братства…

— Увы, — Лайнэ усмехнулся и потрепал по загривку подошедшего Сэллифэра. — Уже поздно. Я уже ушел, когда решил, что Стая должна быть… Но вы всегда останетесь мне братьями.

— Даже более, чем ты думаешь, — пробормотал Альтамир и снова вздохнул.

— И еще… Если вам потребуется помощь Стаи, мы всегда готовы будем вам ее оказать. Стая придет, если будет нужно.

— Здорово! — искренне обрадовался Лорелин. — Можешь считать, что мы тебя уже позвали. Ты ведь многому сможешь научить. Уверен, что все вместе мы действительно возвратим прежнее братство Странников, каким оно было в пору своего расцвета.

— Мы все сошли с ума, — Мирэл покачал головой. — Что творится с этим миром?

— С — этим? — Лайнэ ухмыльнулся.

— Это я образно, — Альтамир потянулся за кувшином, но на полпути хитро взглянул на друга. — А что? Для тебя мир ограничивается Альтанатанэ?

— Нет, конечно, — Лайнэ хмыкнул, вспомнив разговор с Нэртэнэль. — Просто Альтанатанэ я воспринимаю как дом… Мой мир — это Путь, Мирэл. И ты это прекрасно знаешь.