Сара Хагерзак - Самба

Резко повернувшись спиной к лабораторному столу, он решительно пересек комнату, достал из шкафа бутылку скотча и дрожащими пальцами потянул за пробку. Только это ему и остается…

Но после первого же глотка стекло выскользнуло из непослушных рук; бутылка, ударившись о каменный пол, разлетелась вдребезги, и запах спиртного смешался с резким горьковатым запахом нарезанных луковиц.

Снейп обреченно застонал и осел на пол, тяжело привалившись к стене и неподвижно застыв среди осколков стекла и разлитого виски. Его с головой накрыло ощущение безысходности и собственного бессилия, и он тонул в этом чувстве, физически ощущая, что задыхается.

Он уже потерял счет времени, которое провел, скорчившись у холодной стены подземелья, когда раздался настойчивый стук в дверь. Снейп даже не думал открывать, но через пару минут по полу потянуло сквозняком, и он понял, что кто‑то всё же вошел.

— Профессор?.. — раздался от двери неуверенный голос мисс Уизли, и он вспомнил, что сам, ещё будучи в больнице, дал ей пароль и с тех пор не удосужился поменять его.

Джинни подошла к профессору и одним движением палочки убрала разлитое по полу виски. Восстановленная при помощи Reparo бутылка оказалась на столе, и непрошеная гостья, не говоря ни слова, села на пол около него. Какое‑то время они просто молча сидели рядом. Потом, заметив у Снейпа на пальце порез, Джинни произнесла заживляющее заклинание. Профессор ждал, что она начнет выговаривать ему за бардак в лаборатории и злоупотребление алкоголем, но вместо этого Джинни ловкими пальцами пробежалась по его руке от кисти до плеча, а потом мягкими движениями начала растирать затекшие мышцы.

— Вы слишком напрягаетесь, — сказала наконец она. — Чем больше усилий вы будете прилагать, пытаясь бороться с собой, тем хуже будет получаться. Не бойтесь ошибок, профессор; научитесь расслабляться. Только так вы сможете вернуть себе своё мастерство.

— Благодарю за совет, — холодно сказал Снейп — но, по–видимому, это искусство мне недоступно…

Джинни пожала плечами.

— Как знаете… Это ваша жизнь, и только вы можете ей распоряжаться. Хотя профессор МакГонагалл, например, надеется, что к сентябрю вы приведете себя в порядок хотя бы до такой степени, чтобы продолжить преподавать. Но, конечно, если вам больше нравится жалеть себя в обнимку с бутылкой, надежды директора вряд ли сбудутся…

Профессор предпочел проигнорировать её слова.

— А как вы вообще сюда попали? — запоздало поинтересовался он, надеясь, что сарказм в его голосе не будет воспринят мисс Уизли как попытка реабилитироваться в её глазах.

— Эльфы сказали, что вы у себя, и я рискнула применить известный мне пароль, — беспечно ответила Джинни, словно подобная бесцеремонность её совершенно не смущала.

— И что же вам здесь понадобилось?

— Мадам Помфри просила присмотреть за вами, пока её не будет. Надеюсь, вы не возражаете?

— Думаю, мои возражения значат не слишком много, — усмехнулся Снейп, поднялся наконец с пола и протянул руку Джинни, помогая ей встать, — если уж вам не помешала закрытая дверь чужой лаборатории…

Джинни рассмеялась, и её смех наполнил мрачное помещение живыми, яркими звуками, которые было странно слышать здесь. Джинни распространяла вокруг себя чистую энергию жизни, и Снейп подозревал, что это было частью её профессионального мастерства: умение делиться своим огнём с теми, кто в этом нуждается. Он снова неприязненно подумал про Поттера, по счастливому стечению обстоятельств получившего этот живительный родник в своё полное распоряжение.

— На самом деле, от меня очень сложно спрятаться, — с улыбкой заметила Джинни, сев на стул, стоявший рядом с лабораторным столом. — Колдомедикам известны некоторые универсальные отпирающие заклинания, которым очень трудно противостоять. Ну, понимаете, чтобы они могли попасть в закрытое помещение, если пострадавшие, находящиеся внутри, будут не в состоянии открыть им… Как вы справляетесь? — мгновенно став серьёзной, спросила она.

— У вас что, нет других тем для разговора? — огрызнулся Снейп. Он уже отряхнул с мантии пыль и теперь, прислонившись к стене и скрестив руки на груди, хмуро смотрел на Джинни.

— Отчего же, как раз есть, — пожала плечами она. — В общем‑то, я зашла, чтобы сказать вам, что на некоторое время избавлю вас от своего общества. Мы с Гарри едем отдыхать в Болгарию — нас пригласил Виктор Крам. Помните, он был чемпионом от Дурмштанга на Турнире Трех Волшебников?

— Угрюмый молодой человек, который постоянно загребал ногами и предпринял неудачную попытку трансфигурировать себя в акулу? — наморщив лоб, припомнил Снейп.

— Ну, по сравнению с вами он просто весельчак и душа компании, — заметила Джинни.

— Я не навязывал вам своё общество, мисс Уизли, — язвительно заметил Снейп. — Так что вы — жертва собственного альтруизма.

Джинни, в своей обычной манере, пропустила обидное замечание мимо ушей и заинтересованно спросила:

— Профессор, вы случайно не помните, как называются те черные блестящие ягоды, которые растут на опушке Запретного Леса?

Снейп недоуменно посмотрел на неё.

— Вы имеете в виду Змеиный Глаз? Зачем они вам? Насколько мне известно, в лекарственных зельях они не используются.

— Хагрид делает из них замечательный чай, — пояснила Джинни. — Он вообще мастер готовить всякие отвары из лесных ягод и трав, в этом деле с ним никто не может сравниться. Но этим летом он уехал навестить мадам Максим, вот я и подумала, что могла бы попросить вас собрать и высушить для меня немного этих ягод.

Она вопросительно смотрела на Снейпа. Тот поднял бровь и хотел было возразить, что он не собирается становиться для неё мальчиком на посылках, но передумал. В конце концов, ему всё равно совершенно нечего делать, так почему бы не прогуляться в лес?

— Пожалуй, это не слишком большая плата за отсутствие вашей опеки, — ответил он, решив, что это сойдет за выражение согласия.

— Мы вернемся к концу августа. Я уже давно не была на море, так хочется уехать… Остаться наконец вдвоём с Гарри, — Джинни мечтательно вздохнула. — А то у него всё время тренировки, журналисты, поклонники…

— Думаю, мистер Поттер в восторге от такой популярности, — процедил Снейп. — Он всегда обожал быть в центре внимания.

— Зря вы так, — укоризненно покачала головой Джинни. — Гарри не слишком любит всё это, просто так уж сложилась его жизнь… Вы же знаете, он хотел быть аврором, но потом понял, что его настоящее призвание всё же квиддич и полёты. И он правильно сделал, что не пошел работать в Министерство. Хотя там ему сулили головокружительную карьеру, — доверительно сказала она. — Всё‑таки его стихия — воздух; он гениальный ловец! А какой бы из него вышел аврор — ещё неизвестно…