Иван Охлобыстин - XIV принцип

В назначенный день Магнификуса разбудил Фунибар и лично препроводил к поджидавшей у гостиницы карете. Еще десять карет до­жидались их на площади перед муниципалитетом. Регистрировать брак взялся сам мэр Нульна — господин Эрих Лоц Старший.

Ко всеобщему удовольствию, господин Лоц оказался на редкость сообразительным человеком и, окинув взглядом присутствовавших на церемонии гостей, он не стал докучать речами, а лишь молча показал бракосочетающимся, где необходимо поставить подписи. Разве что по­сле этого он смущенно напомнил: — Поцеловаться бы надо. Молодожены не стали возражать.

Едва праздничный кортеж пересек границы Нульна, к нему присо­единились отряд «Кровавых драконов» во главе с Абхорашем, отряд «Белых львов» — преданной гвардии Короля Феникса, отряд «Боевых молотов» — постоянной охраны Торгрима Злопамятного. С небес кор­теж патрулировали рыцари Ракартха на своих боевых драконах. Дооф летел чуть поодаль, явно не решаясь вступать в контакт со своими по­родистыми собратьями.

К семи часам вечера колонну догнала карета Королевы Дручий, окруженная отрядом «Черной Стражи».

— По-моему, профессор Энлиль не поехал, хотя я приглашение лично передала, — выглянув из увешанной цветочными гирляндами ка­реты, сказала Наола.

— Моїу спорить, что он уже в усадьбе, — успокоил ее супруг и задум­чиво добавил: — Слишком хорошо все идет, чтобы хорошо закончиться.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась девушка, подозревая, что Магнификус намекает на свадьбу.

— Ситуацию в целом, — неопределенно ответил он.

— Не стоит беспокоиться, — взяла его за руку Наола. — Мы пе­редвигаемся через мирные территории и в таком сопровождении, что нам ничего не угрожает.

— Милая, поверь мне, — сказал ей Второй. — Я игрок со стажем. Именно когда ничего не угрожает, и нужно ждать удара.

Его слова оказались пророческими. Снаружи что-то оглушительно грохнуло, лошади испуганно заржали, и карету сильно качнуло.

Молодожены выглянули из окна. Их взору открылась, мягко гово­ря, неутешительная картина — две гигантские трещины, разверзшиеся в земле, отрезали их карету от остального кортежа. Из образовавших­ся трещин вырывались клубы раскаленного пара, рядом с каретой, сры­вая с земли крупные куски дерна вместе с растущими на них придорож­ными кустами, кружил смерч. Небо заволокло невесть откуда возник­шими грозовыми облаками.

— Любимый, ты умеешь предсказывать будущее! — восхищенно покосилась на супруга девушка, а потом еще и поцеловала его.

— Какая у тебя любопытная реакция на природные катаклизмы! — пытаясь открыть заклинившую дверь, заметил Магнификус.

Тут ему кто-то помог снаружи, и дверь наконец распахнулась. За ней стоял в своем обычном, «университетском», облике Тордион.

— Здравствуйте, господин профессор! — поприветствовала его из- за плеча супруга немного опешившая Наола.

— Добрый день, — ответил полупоклоном тот и попросил: — Мож­но мне позаимствовать вашего супруга на пару слов?

— Если только на пару, — неуверенно отозвалась девушка.

— Не волнуйся, я мигом, — пообещал Второй, спрыгнул на землю и подошел к профессору.

— Есть интересное предложение, — сообщил тот и показал на уз­кую полоску земли, тянущуюся посреди двух почвенных разломов.

— Верю, что по пустякам вы не стали бы отвлекаться, — кивнул Магнификус, но перед тем как ступить на указанный путь, поинтересо­вался: — Надеюсь, что за время нашего разговора я не овдовею?

— Можете не беспокоиться, в моем лице вы имеете живого гаран­та института семьи, — заверил его Тордион, заложил руки за спину и первым зашагал вдоль шипящих паром трещин.

Шли они недолго. Магнификус не успел сосчитать до ста, как па­ровая завеса перед ними расступилась, и они оказались в месте, до бо­ли знакомом молодожену — те же пустые улочки, те же скрипящие на ветру гнилые ставни.

— Это Прааг! Я был здесь! — воскликнул он.

— Совершенно верно, — подтвердил его догадку профессор. — Это Прааг — город с мрачной биографией, ставший могилой почти для мил­лиона разумных живых существ. Древние когда-то разыграли в Прааге увлекательную схватку сил Хаоса и Империи. Одну из самых драмати­ческих схваток. Империя победила 400:370. Я имею в виду «тысяч».

— Зачем мы здесь? — не понял Магнификус.

— Один мой старый знакомый посчитал возможным пригласить вас на похоронную церемонию своей матери, — ответил Тордион и добавил: — Заодно вы сможете с ним обговорить детали предстоящего вам подвига.

— Какого подвига?

— Разрушения Черного Портала.

— А что за старый знакомый?

— Тзинч.

— Демон Изменения?! Зачем нам Тзинч?

— Как зачем? — подталкивая молодого человека к одной из две­рей, напомнил профессор. — Вам же нужны недостающие принципы?

— Вы хотите сказать, что... — не поверил Магнификус.

— Да, я хочу сказать это, — кивнул Тордион.

На столе посреди комнаты лежала мертвая старуха, рядом с ней стоял мужчина плотного телосложения в парчовом френче, то и дело самопроизвольно изменяющем цвет. Казалось, что мужчина не заметил вошедших. Во всяком случае, он никак не отреагировал на их появле­ние. Мужчина не отрывал взгляда от лица покойницы.

— Примите мои соболезнования, — тихо произнес Второй.

— Зачем? — посмотрел на него мужчина.

Магнификус не нашелся, что ответить.

-Ты все ему объяснил? — повернулся к Тордиону мужчина.

— Пока нет, — сказал тот.

— Тогда объясни, — без какого-либо намека на эмоцию предложил мужчина.

— Друг мой, — профессор положил молодому человеку руку на плечо, — мистер Тзинч хочет предложить вам одну сделку. Ее суть та­кова — он готов отдать вам имеющиеся у него многогранники Моора, а за это вы должны вывести всех Древних той дверью, которую я вам по­казал.

— Как дверью?! — ужаснулся Магнификус. — Они же!..

-Он не согласен? — опять обратился к Тордиону мужчина.

— Он согласен, у него нет выхода, — заверил мужчину профессор и подтолкнул молодого человека наружу.

Оказавшись на улице, Магнификус переспросил:

— Я правильно понял — нужно провести Моора, Таала и Валайю через дверь над Караз-Оррудом?

— Правильно, — ответил Тордион. — Таала, Бога Смерти и мою мать.

— Но они просто исчезнут! Их нет на Земле! — напомнил Второй.

— Ваши предложения? — резко спросил его Тордион,

-Не знаю, — растерялся Магнификус. — У меня нет предложений.

— У меня тоже, — устало вздохнул профессор. — Это единственное.