Татьяна Лайка - Темный

Парень мигом оценил ситуацию, складывающуюся явно не в его пользу: ну конечно, единственное, что он сможет сделать, если за ксаркорнами придут профессиональные воры — тихо лечь в сторонке и притвориться мертвым. Рассудив таким образом, он быстро-быстро замотал головой. Видимо хотел объяснить, что он вовсе и не конюх, что он просто гулял, заблудился и случайно заснул и что ему уже пора. Последнее я понял потому, что парень включил задний ход и шаг за шагом постепенно отходил в сторону.

А я, никак не рассчитывая оставлять животных без какого-либо присмотра, быстро бросил молодчику серебрушку. Монета взмыла в воздух и, не успев раскрутиться как следует, скрылась в руке еще сонного парня. Только сейчас он понял, что отмазаться теперь не удастся…

Решив пошутить, я медленно провел большим пальцем по горлу, давая понять, какое наказание ждет неудачливого охранника.

Парень сглотнул, как таракан поменял цвет лица на бледно-бледно-желтый, сделав вид, что он живой мертвец. Видя, что я не поверил, взял обе узды и шагом направился к конюшне. Как бы мне не было его жалко, я надеялся, что он все-таки что-нибудь придумает.

Надо было идти в таверну, где уже, наверное, заждался Рив.

Внутри было довольно чисто, если не сказать «все вылизано». За стойкой стоял мужичок, мало напоминающий трактирщика — я, по крайней мере, в своей жизни видел только маленьких, лысеньких, пузатеньких трактирщиков, а этот был высок, почти строен и с впечатляющей шевелюрой. Однако на его груди висела тонкая небольшая дощечка, на которой было написано «Лысый Джек». Что ж, наверное, он когда-то был лысым. Хотя сейчас нам было абсолютно все равно. Мы пришли сюда за другим.

Усевшись за столик в самом углу помещения, мой друг позвал хозяина и заказал поесть. Я не слышал, что конкретно заказал Рив, потому что мое внимание обратилось в другую сторону. За соседним столиком, расположенным у стены, сидели двое. Один, что справа от меня, мужчина старше средних лет. Длинная седая борода, густые брови, светлые серые глаза в сочетании с другими добродушными чертами лица свидетельствовали о спокойном нраве, опыте и мудрости своего хозяина. Второй: темная шевелюра растрепанных волос, гладко выбритый подбородок, большой нос с горбинкой, буквально просверливающие насквозь орлиные глаза — создавали впечатление опасного человека. Причем если «серый» сидел спокойно, то его собеседник постоянно ерзал, делал резкие движения руками и всем телом.

Они о чем-то спорили. Не знаю, что такого я в них нашел: спорят — ну, и пусть спорят. Но что-то такое, пока еще непонятное, заставило внимательно прислушаться к разговору.

— Мей, что ты наплел торговцу? Размяться, как же…

— А что я еще должен был сказать? Что ты весь такой добрый и благородный? И что решил спасти его товары от чистого сердца? Рив, он бы в это не поверил. Ну представь себе такую ситуацию: он большую часть своей жизни был связан только с денежными операциями, он знает лишь то, что за все надо платить… ну, или в его случае получать денежки. Хотя здесь это не важно. И вот откуда ни возьмись сваливается спасение в виде честного и благородного вампира, который ничего не требует взамен за свои труды. Что он подумает? Что тебе надо что-то другое: если не деньги, то информация, какая-либо вещь, услуга, а может его жизнь… Начнет тебя подозревать в чем-нибудь. Тебе это надо? — во время беседы с Ривом, я краем уха слушал наших соседей: «Да, говорю тебе, это вещество опаснее, чем ты можешь себе представить!» — «Я с ним всю свою жизнь работаю и ничего!»…

— Да, ты, наверное, прав. Тогда спасибо, Мейрон.

— Да не за что… — «А если смешать его в пропорции 1/3, можно получить…» — «Дубиной по башке можно получить!» — «… можно получить яд, не сравнимый ни с одним известным!»…

— Мей!

— А… что?.. Ты что-то сказал?

— Что ты там услышал?

— Да, так, про яды…

— Это вон те? — вампир показал жестом на соседний столик. — Они о ядах говорят?

— Да, но я не все расслышал.

— И на кой сдались они тебе?

— Шрон говорил, что мою мать, возможно, отравили, — я отвел взгляд, направленный на беседовавших, так как один из них посмотрел в нашу сторону, а мне не хотелось привлекать ненужное внимание.

— А что, если спросить у них?

— О чем?

— О такой возможности…

— Отравления?

— Да. Может они смогут что-то дельное сказать? Вдруг они смогут даже предположить, каким ядом ее отравили?

— Не знаю, Рив… Мне кажется, что лучше не стоит…

Но мой друг уже встал из-за стола и направился к нашим соседям, по ходу сказав трактирщику, чтоб он нес заказ за другой столик. Ну вот кто его просил! Вечно он «поперед батьки» и сразу «у пекло»! Рив никогда не отличался скромностью.

Мне ничего не оставалось, как тоже встать. Ну, Рив, получишь ты от меня…

— Здравствуйте, почтенные господа. Простите меня, я ни в коем случае не хотел оторвать вас от вашего сугубо личного разговора, но вот случайно… совершенно случайно!.. услышал краем уха, что вы разбираетесь в алхимии. Я прав? — с такими словами мой друг остановился у их стола. Я в это время готов был сквозь землю провалиться.

— А что интересует юного сэра? — «серый» внимательно, с примесью недовольства (и я не удивляюсь) посмотрел на вампира. Я не понял, видел ли это Рив, но он, окончательно войдя в роль, продолжал:

— Значит я не ошибся. Видите ли, мне нужна одна ваша услуга… В общем, я ищу яд, — последнее слово он сказал тише, даже как-то заговорщически.

— Какой? — оживился «черный» (так я пока обозвал их для себя).

— Такой, чтоб… Спасибо, — принесли наш заказ и Рив на минуту замолчал. Со стороны собеседников не последовало возражения, что позволило мне сделать вывод: конспирация — важное и необходимое дело в такой ситуации. — Чтоб он не имел запаха, вкуса и действовал не сразу, а через несколько часов.

Рив примерно описал яд, которым по словам Шрона могли отравить Миссаву. Конечно, в том случае ядовитое вещество могло иметь и вкус, и запах, и даже цвет. Тогда его должны были не подмешать в пищу, а заставить выпить насильно. Мог ли это сделать эльф?..

От размышлений меня отвлек голос «серого»:

— Нет, такого не бывает и сделать его невозможно, — он сказал это быстрее, чем следовало бы, а значит соврал.

Поэтому Рив остался на своем месте, а я — на своем.

— Лодаллес, зачем ты пудришь господам головы? Они могут узнать это и без нас, — значит, «серого» зовут Лодаллес… а как зовут «черного»? Это интересовало меня куда больше, так как я всем телом ощущал опасность от этого человека.

— Да, такой яд есть. Но стоит он очень дорого, потому что изготавливается с помощью магии, — продолжал неизвестный.