Денис Юрин - Новый стандарт

– Вот и хорошо, наконец-то беседа начинает налаживаться. Ты же знаешь, как я эти чопорные жеманства не люблю. На людях себя насиловать приходится, а ГАПС – наш дом родной, закрытая зона для ограниченного круга лиц, которые ко всему уже давно привыкли. Так зачем же из себя бюрократов да аристократов корчить?

– Ты бы еще тапочки домашние надел, с помпонами розовыми, – проворчал Мартин, осторожно поднося ко рту чашку с горячим кофе. – Так бы по коридорам власти и ходил: голый, с подносом и в шлепанцах.

– Это идея, надо попробовать! – радостно воскликнул Конт и тут же рассмеялся, видя, как вытянулось и исказилось лицо напуганного его реакцией Мартина. – Не боись, я грань знаю и никогда ее не перейду, тем более терпеть еще недолго осталось. Скоро нам с тобой, дружище, службу в агентстве придется оставить.

– Скорей бы, – поддакнул маг, которому тоже изрядно надоело прозябать на скучной государственной службе, да еще в отсталом, захолустном Полесье, где они прожили последние десять лет. – Ты вообще чего заявился-то?

– Как чего? По-братски трапезу с тобой разделить, – попытался разыграть из себя добродушного здоровячка-простачка Конт, но Гентара было сложно провести.

– Ага, так я тебе и поверил, – покачал головой маг. – Если бы дела важного не было, сам бы все сожрал, а потом еще и других объедать пошел бы!

– Ты хлипкий, тебе много харчей не надо, а мне мышцы кормить… – Конт заботливо погладил ладонью мускулистый живот. – Нет бы посочувствовал, а ты все подковырнуть да обидеть зря норовишь!

– Ладно, человек-гора, выкладывай, с чем пришел, не томи!

– Есть новости. – Лицо Конта мгновенно стало серьезным, а в глазах появился обычный для них ледяной блеск.

– И, как всегда, их две: одна плохая, а другая хорошая, – попытался пошутить Мартин, но Конт не поддержал его оптимизма.

– Скажем, так: одна меняет наши планы, а другая – нет. В детских же категориях «хорошо» – «плохо» мыслить не привык, извини!

Конт наконец-то встал со стола и подошел к камину. Раскидывая кочергой обгоревшие по краям поленья, моррон продолжал размышлять над непредвиденным развитием до этого протекавших без малейших осложнений событий.

– Я слушаю, слушаю! – прокричал Мартин, о присутствии которого в кабинете ушедший в себя Конт позабыл.

– Новость первая: интересующий нас самолет полчаса назад покинул аэробазу Мальфорна и скоро пересечет границу Полесья.

– Это точно?!

– Точнее не бывает, он сам связался со мной, хотя и не мог говорить открыто, пользовались твоим шифром.

– Неужели клюнули, неужели мы не напрасно…

– Новость вторая, – поспешил Конт расстроить обрадовавшегося было мага, – морг номер три сгорел.

– Как сгорел, когда сгорел?! – Мартин резко вскочил на ноги и опрокинул кресло. – Там же…

– Я знаю, там было тело Дарка, – перебил Конт, продолжая невозмутимо ворошить пепел кочергой. – Думаю, именно поэтому он и сгорел. Не верю я в совпадения. Только тело привезли, только в холодильник положили да бумаги оформили, а через час пожар. И что самое интересное, никто не выжил!

– Это еще ничего не значит…

Внезапно разболевшаяся голова не давала магу покоя. Мартин скинул на пол ставший в агентстве притчей во языцех клетчатый пиджак, почему-то вызывавший у подчиненных ассоциацию с одеянием печального клоуна, и, растирая пальцами виски, забегал по кабинету.

– Через два дня праздники, народец здесь сам знаешь какой. Нализались в стельку, охламоны!

– Не сходится, – отверг вполне логичное предположение Конт. – Никогда не поверю, что врачи, пусть даже они патологоанатомы, за один стол с санитарами, мусорщиками и охранниками сели… да еще где, в «разделочной»! Нет, Дарк не сгорел, его похитили.

– Кто… кому это надо? – задал сам себе вопрос Мартин. – Конечно, Дор знает и об Аламезе, и о Легионе, но верных ему людей в Полесье нет, пока нет, кроме…

– «Чокнутая» Марта отпадает, – меланхолично заметил Конт, привыкший понимать компаньона с полуслова и досконально изучивший за тридцать лет совместной работы ход его мыслей. – Она сама в опале и пытается спрятаться от бывших коллег. Нет, Мартин, это все Ситор балуется. – Конт тяжело вздохнул и, отойдя от камина, поспешил занять освободившееся кресло. – Ох, как не вовремя Дарк Карста убил! А ведь кровососы у нас на привязи были, пикнуть без нашего разрешения не смели!

– Смели не смели, убил не убил… какая теперь разница?! Ситору-то Дарк зачем нужен?

– Как зачем? Неужели не догадываешься? – Конт вскинул вверх белые, как и волосы, брови и удивленно уставился на завершившего круговой забег Мартина. – Положеньице у него не ахти: у нас на плохом счету всегда был, только по договоренности с Карстом ему грязные делишки и прощались, Дор выскочек всерьез не воспринимает, да и наша графинька, то бишь Самбина, клыки на него точит. Как-никак, а две приближенные к ней персоны бесследно исчезли на полесских просторах. Вот наш хитрец и решил собственную игру затеять, выхода-то у него другого нет. Устроит аукцион, кто ему больше гарантий предложит, тому он бездыханное тельце и продаст.

– Ты думаешь, он знает?!

– Нет, но он полагает, что мы надеемся, – уклончиво ответил Конт. – Дарк всегда был слишком приметной фигурой. Вампирам известно, что он несколько раз погибал, а потом воскресал, но они не догадываются, почему это происходило. Впрочем, Аламез и сам считает, что ему просто чертовски везет.

– Тогда у нас есть надежда, продолжим операцию, – облегченно вздохнул маг и направился к телефону. – Представляю напуганную рожу Ситора. Он-то думает, что у него есть как минимум год. Вот весело будет, когда Дарк через два дня воскреснет и в их логове шороху наведет!

– Мартин, отмени операцию, – неожиданно попросил Конт. – Ты всю жизнь называл меня кровожадным, лицемерным мерзавцем, готовым, не задумываясь, пожертвовать сотнями жизней ради достижения цели, а теперь сам отправляешь несмышленое дитя на убой!

Гентар побагровел в лице, недоумение и растерянность сменились злостью, лоб наморщился, а крепко сжатые губы растянулись в тонкую нить.

– Ты что, издеваешься?! Нашел время слюнтяйничать. Где твой пацифизм чертов два месяца назад гулял, когда мы только операцию планировали?!

– Дарк – закаленный боец, а Диана пока еще глупенькая девчонка, которая ничего не знает ни о жизни морронов, ни о Доре. У Аламеза был шанс выжить или хотя бы потом воскреснуть, он крепкий орешек, а она…

– Поздно, Конт, слишком поздно, чтобы что-то менять, – печально произнес Гентар, садясь на ковер. – Ставки слишком высоки, а второго шанса у нас не будет. К сожалению, Дианой придется пожертвовать.