Юлиана Суренова - По ту сторону гор

— Как это случилось? — спросил Алиор. Его голос дрожал, как если бы искалечило его самого. — В легендах… В них ведь ничего не сказано..! — он бы знал, он бы запомнил, такое просто невозможно забыть!

— Этот меч всегда считался непобедимым, — медленно начал Аль-си, глядя на свой меч. Осторожно погладив его, словно тот был живым существом, он начал медленно заворачивать его в отрез золотой материи, которой он, судя по всему, был укрыт, пока не выскользнул то ли случайно, то ли по собственной воле. — Когда кочевники стали приближаться к столице, когда обнаружилось, что их так много, что ни одно, даже самое отважное войско не сможет им противостоять, отец взял его, в надежде, что меч сотворит чудо…

— Но его ведь можно починить? — проговорил юноша, хотя сам и сомневался. Разве пришить назад человеку отрезанную руку?

— Разве что перековать, — горько усмехнулся царевич. — Только где найдешь древних мастеров?

— Гномы живы до сих пор. Я, пока был маленький, даже встречал их.

— Тебе показалось. Гномов нет. Даже если они и были когда-то.

— Но легенды…

— Это только легенды.

— Как и меч царя-Объединителя?

Альнар тяжело вздохнул, затем чуть слышно проговорил:

— Ты же сам видишь: его больше нет… Брат, нам пора перестать мечтать. И начать жить. Только тогда мы сможем сделать что-то для других.

— Отказавшись от себя? — царевич упрямо мотнул головой. Нет. Он не хотел. Ведь стоит ему хотя бы на миг допустить, что гномы остались лишь в легендах, и он поверит, что и повелителей дня и ночи тоже нет, а тогда зачем все: дорога, вообще жизнь? — Нет, — твердо сказал он. — Мы найдем гномов. И они починят меч.

— С чего бы им? — начал наследник, но затем решительно качнул головой: — Хватит об этом. У нас и других забот полон рот, — он огляделся вокруг, недовольно поморщился. — Куда подевались эти бродяги?

— Они ведь не бросили нас? — неуверенно спросил Аль.

— Ты что! — возмущенно воскликнул наследник. — Как ты можешь не доверять им, после того, как они доверили тебе свои жизни, идя по дорогам, которые ты выбирал!

Юноша даже не смутился.

— Да, я не доверяю людям. Так же, как и ты. Или не поэтому ты не стал говорить Лоту о золоте?

— Я доверил ему нести золото. Тебе не кажется, что это — нечто большее?

Аль пожал плечами. Для него доверие было чем-то полным и безоговорочным. А доверять так можно только самому себе. И то не всегда.

Смерив брата осуждающим взглядом, наследник качнул головой:

— Так нельзя. Невозможно жить, когда все вокруг — враги.

— Я не сказал, что враги.

— Но не друзья!…Лот проиграл тот спор. И совсем не потому, что Рик погиб. Ты так ничего и не понял…

— В отличие от Рика, Лот жив. Почему же ты говоришь о нем так, словно он остался в прошлом? Это твое доверие?

— Дорога изменила его. Если ты не заметил этого.

— Ты хочешь сказать, что прежде он не знал, что такое дружба, а теперь понял? — не сдержавшись, рассмеялся Аль, такой забавной показалась ему эта мысль. Так можно было сказать о ком угодно, но только не о Лоте! Потому что бродяга просто не выживет, если будет один.

— Он выжил, потому что был один, — слова брата заставили его не только растерянно открыть рот, но и вздрогнуть, когда ему показалось, что тот прочел его мысли. — Помнишь, он рассказывал, что все, кто был с ним, попали под лавину.

— Ну и что? — юноша не видел никакой связи.

— Если бы он шел со всеми, то со всеми и умер.

— Может быть, он отстал. Или, наоборот, ушел вперед, — это было так наивно — по одному-единственному событию делать далеко идущие выходы, так не похоже на брата…

— Все может быть, — а тот и не пытался ничего объяснить, доказывая свою правоту. — Только тот, кто в центре внимания всех, обычно говорит мало, привыкший, что каждое его слово ценится на вес золота.

— Как ты, например.

— Мы с тобой — особый случай.

— Это еще почему?

— Из-за нашего происхождения, конечно. Царевича нельзя мерить мерками простых смертных.

— Потому что они особенные? Голубая кровь, белая кость?

— Потому что всегда найдутся тот, кто будет жадно ловить каждое слово будущих владык, набиваться им в друзья.

— Ладно, допустим, но к Лоту-то какое это имеет отношение?

— Вспомни: в начале пути он не замолкал ни на мгновение, словно стремясь выговорится за всю жизнь молчания.

— Конечно: после гибели своих друзей он очень долго был один…

Хмыкнув, Альнар развел руками, показывая, что, раз тот до сих пор ничего не понял, то не поймет и дальше, так что не стоит и пытаться убедить. "Считай, как хочешь", — словно говорил он. Да и не это было главным — не прошлое, а настоящее.

— Настоящее, — прошептал юноша, затем, приподняв брови, пожал плечами. — А что настоящее? Если ты и чему-то пытался научить его, так это ненавидеть тебя.

Брат тихо рассмеялся:

— Ничего ты не понял!

— Так объясни! — нахмурившись, бросил на него недобрый взгляд Аль.

— Нет. Понимай сам. Может быть, тогда поймешь и все остальное.

Алиор открыт было рот, чтобы сказать… Он еще и сам толком не знал, что именно, надеясь подобрать нужные слова по ходу дела, но тут в полумраке мелькнули две быстрые тени, заставив странников напрячься.

— Эй, вы там еще тут? — крикнул один из пришельцев, замахав руками. — А мы вернулись!

— Лот! — узнав голос бродяги, Аль облегченно вздохнув. Он-то испугался — а что если бы это были разбойники? Что бы они сделали вдвоем: обессиленный больной и наивный неумеха?

— Нет, это моя тень! — смеясь, воскликнул тот. Чувствовалось, что настроение у него — лучше и не нужно. — Ну-ка, — он быстро поднял сумки с золотом, одну закинул себе за плечо, вторую передал подошедшему следом Лиину, а затем присел на корточки рядом с наследником. — Тут рядом лесок, а в нем избушка дряхлой старушки. Она назвалась знахаркой…

— Очень кстати, — хмыкнул тот, бродяга же продолжал:

— Хотя, судя по виду, скорее уж ведьма.

— Ведьм не существует.

— Кто ее там знает, существует она или нет. Для нас главное, что она готова приютить нас на ночь.

— И за какую цену? — нахмурился царевич. В отличие от двух его спутников, он совсем не выглядел обрадованным. Может, потому что верил в ведьм и не ждал от них ничего хорошего.

— Рассказ, — ответил за бродягу сын воина. — О том, что случилось в Альмире, что произошло с нами, когда мы шли по горам.

— Это немало…

— А, — небрежно махнул рукой его брат, — подумаешь! У кого-то будет бессонная ночь — и все…Что? — скорее ощутив, чем увидев обращенные на него удивленные взгляды спутников, спросил он. — Мы ведь не собираемся делать из этого тайны! И вообще…