Виктор Исьемини - Под знаменем Воробья

Словом, я оказался предоставлен сам себе и со скуки впрямь взялся за расследование обстоятельств покушения на принца. Ничего интересного мне найти не удалось, поскольку было очевидно, что террористы тщательно замели следы. Я обнаружил кое-какие обстоятельства пребывания таинственного «мастера Койла» в Гонзоре, ускользнувшие от гвардейцев — но и только. Самого заговорщика уже давно след простыл. После этого я занялся налаживанием службы безопасности в герцогской резиденции. Особо командовать мне бы не позволили, но у меня было прикрытие — я ведь обеспечивал безопасность Коклоса. Ну и заодно разрабатывал кое-какие меры по охране принца. Его, конечно, и так после попытки покушения стерегли тщательно — то есть назойливо, истово и бестолково. Я изготовил специальные амулеты, при помощи которых можно было бы обнаружить яд, я проверил стены и подвалы замка, при этом обнаружил несколько тайных галерей и комнат, удивив старожилов, которые не подозревали о тайнах замка, в котором провели всю жизнь. Ко мне стали относиться с привычной уже для меня смесью страха и уважения. Сэр Коклос на мою деятельность смотрел с большим одобрением и очень серьезно — насколько он вообще был способен что-то делать серьезно — учился пользоваться амулетами. Кстати с отъездом принца он стал тише воды, как говорится, и ниже травы. Очевидно, в отсутствие своего «братца» он не пользовался настоящим влиянием при дворе. Оно и не удивительно — я вновь и вновь убеждался, что этим двором твердо и властно управляет герцогиня. Это на первый взгляд не бросалось в глаза — маленькая пухленькая Санелана ходила медленно, говорила тихо… Но когда она говорила — все замолкали… Очевидно, все морально-волевые качества в их семье достались сестре — ибо Кадор-Манонг, напротив, постоянно скакал, орал, визжал, дрался, но его-то как раз никто не воспринимал всерьез. Во всяком случае, его не слушали так, как Санелану.

Что еще удивительно — эта властная самодержица, похоже, искренне любила своего мужа. И все, что она делала — было направлено к его благу. Алекиану повезло. Если ему суждено когда-нибудь стать императором, то его супруга вполне способна обуздать Ванетский двор…

Что касается моих солдат — то они были совершенно довольны жизнью. Охрана Коклоса была не слишком уж утомительным, но зато веселым, заданием. Частенько я слышал, как мои парни помирали со смеху, пересказывая друг другу шутки нашего «клиента». Я предоставил руководство Никлису — и тот вполне справлялся.

Шортиль ходил за мной по пятам — у него возникли новые идеи. Маленький колдун обратил внимание на то, что при Гонзорском дворе вакантно место придворного мага. Последним эту должность занимал Гельда, но после Альдийской войны его никто так и не заменил. Мадам Санелана, видите ли, неодобрительно относилась к бродячим магам и считала, что на столь ответственную работу следует подобрать человека всемерно преданного и проверенного — а такого сыскать, согласитесь, было трудно. Не дожидаясь просьб Шортиля, я сам поговорил с мадам Санеланой и намекнул, что, дескать, мой отрядный колдун — вполне достойная личность. Она задумалась… Что ни говори, двор без придворного мага многое теряет… Ведь маги умеют устраивать всяческие штучки, весьма потешающие дорогих гостей на празднествах и приемах, которые герцогиня обожала. Поскольку я знал, что она — дама самостоятельная и привыкла все решать сама, я подкинул ей идейку насчет Шортиля, но торопить события не стал. Пусть она дойдет до этого решения сама… А мне ведь спешить некуда — я жду Ннаонну… Сказать откровенно, я слегка волновался за нее… А если совсем откровенно — то и не слегка. Алекиану я, естественно, доверял, но его родственничек Кадор-Манонг — та еще штучка… Да к тому же вампиресса и сама могла выкинуть все, что угодно — вопреки всем обещаниям, что она дала мне перед дорогой…

Хоть бы все у нее прошло благополучно…

«Здравствуй, И. Наш друг, принц А., попросил меня написать тебе письмо, потому что ты иначе будешь очень волноваться. Вот я и пишу тебе письмо, чтобы ты не волновался. Потому что все хорошо. А еще принц А. просил меня не называть в письме имен, потому что имена могут ему повредить, если письмо попадет в чужие руки. Вот я и не называю имен, это очень романтично, хотя если письмо все же попадет в чужие руки — то чужие руки все равно все поймут.

Ладно, раз уж А. меня попросил, то я пишу так. И теперь расскажу все по порядку. Ничейные Поля мы пересекли совершенно без приключений. Все люди из свиты А. боялись орков, которых якобы здесь в последнее время видимо-невидимо. А нам их было совсем невидимо. Но все равно каждый вечер еще засветло мы останавливались в каком-нибудь подходящем месте и выставляли дозоры, а еще разжигали множество костров — гораздо больше, чем было нужно. Я не поняла, зачем это нужно — ведь орки всегда нападают перед рассветом, а к тому времени все лишние костры прогорают… Но орки так и не появились и в Альду мы добрались спокойно.

Я думала, что А. поведет меня прямо в замок (ты сам понимаешь, какой замок) — но он сперва решил наведаться в столицу к своему родственнику. Меня принц десять тысяч раз просил сохранять тайну и не объявляться никому, поэтому я въехала в город закутанная в плащ и под надвинутым капюшоном. Это, конечно, было очень интересно и таинственно — только слишком уж жарко. Я думаю, что на меня смотрели все-все, потому что другого такого закутанного человека в разгар лета нигде не встретишь. Но я все терпела, потому что обещала тебе слушаться принца А. и вести себя хорошо. В Альхеллу меня принц с собой не взял и наверное правильно сделал, потому что я могла бы и не удержаться и пристукнуть кого-то… Но я опять была послушной и никуда не ходила, сидела в том доме, что нам выделили. Да, принц А. со свитой — это почетные гости и К. — М., которого я ни за что не назову королем, выделил целый дом на улице Железных Шагов для нас. А. был в Альхелле меньше часа, а вернулся злой и покрасневший. Я его потом обязательно расспрошу, а сейчас — не стала. Потому что принц А. пришел из дворца очень сердитый.

А еще я узнала, что в Альде повсюду война и беспорядки. На юге какой-то из дворян, кажется толстый усатый сэр Токс, объявил себя «графом доброго короля Ингви», но только это все чепуха, потому что это он — только для вида. А на самом деле он разбойничает и грабит всех, и в городе говорят, что этот рыцарь только позорит имя доброго короля. А еще здесь говорят, что в Давней Чащобе завелись снова эльфы, но только я не знаю, правда это или нет. Да и в замке (ты сам знаешь, каком замке) засели сэр В. из Г. и сэр М. сам знаешь откуда.