Татьяна Турве - Испытание на прочность

— Тебя слушает, — сокрушенно вздохнул Ярик. — А я что-то скажу, так ноль на массу!

Уже ближе к десяти, когда Янка с горем пополам привела себя в порядок и, понукаемая Ярославом, собиралась уже отчалить в направлении сельского клуба культуры, усердно запиликал в сумочке мобильник. (Желая, по-видимому, наверстать упущенное за время своего заточения в кабинете директора.) Не успев еще толком поздороваться, Галя оглушила с первых же слов трескучим тарахтением:

— Мы сейчас в кино идем, хочешь с нами?

— "Мы" — это кто? — почти автоматически уточнила Янка. (Эта фраза у них у лицее считается культовой, с необходимыми вариациями: "Вы — это кто?", "С ним — это с кем?")

— С Андреем, конечно! С кем же еще? — провозгласила с гордостью подруга.

"Помирились, ну слава Богу! — Яна вздохнула облегченно, пытаясь свободной рукой натянуть на ногу полусапожек. — Хоть у них все хорошо…"

— Если хочешь, приезжай в Центр, — без передышки трещала в трубке Галина. — После кино как раз встретимся, протусуемся. Мы уже триста лет не собирались, безобразие! Приедешь?

— Я же в Измайлово, как же я приеду? — остудила ее пыл Яна, отводя трубку от уха, чтоб не оглохнуть ненароком. — Да и поздно уже, пока я допиляю…

— Опять со своим Измайлово! Ты когда в Город думаешь перебираться? А то скоро всё пропустишь в своем селе!

— И вообще я занята. Мы сейчас на дискотеку идем, — несколько обидевшись, возразила Янка, чтоб поставить Галину батьковну на место. (Пускай не думает, что она в какой-то нецивилизованной глуши обитает, где бурые медведи водятся!)

— Ну, это, конечно, причина, — неохотно признала Галька. — А то один человек про тебя спрашивал… — и отключилась без предупреждения, вот же вредина! И трубку больше не брала, сколько Яна ни пыталась ей дозвониться, чтобы выяснить все по порядку: кто спрашивал, для чего спрашивал? Неужели Богдан?.. Может, он сейчас с ними, опять собрались своей неразлучной троицей, как в прежние времена? И что же ей теперь делать: сломя голову лететь в Город, как дурочка, на первый Галькин зов? А потом окажется, что Галина батьковна вкупе с хитроумным Андрюшей изволили пошутить.

"Может, они в кинозал зашли, поэтому мобилка отключена? — принялась гадать Яна. В голове царила сплошная неразбериха. — Да и куда же я поеду на ночь глядя, автобусы давно не ходят, — немного отрезвила вполне здравая мысль. — А подбросить на машине никто и в жизни не согласится, куда там! Если даже в диско-клуб на соседней улице без конвоя не пускают, то что уж говорить…"

Но дискотечное настроение было испоганено дальше некуда. Янка уже подумывала никуда не идти, остаться дома и завалиться пораньше спать, но сжалилась над Яриком: он-то ведь тут не при чем… К Галине батьковне все претензии, с ней Яна в лицее поговорит по существу!

Под клубом — выбеленным известью двухэтажным зданием, невзрачным на вид — толпилась весьма скромная кучка молодежи человек в десять.

— Это что, все? — с подчеркнутым разочарованием протянула Янка, тайком надеясь, что удастся сподвигнуть Ярослава повернуть обратно домой — дескать, что мы здесь забыли?..

— Вы что, новенькие? — отделившись от томящейся у входа компании, окликнула их невысокая щупленькая девчонка. Подошла поближе и, мельком скользнув по Яне рассеянным взглядом, уставилась на Ярика во все глаза из-под свисающей низкой челки. (Видать, слишком он ее поразил.) — В первый раз?

— Ну да, — нейтрально подтвердил брателло, прежде чем Яна успела рот раскрыть. "Все-таки народ здесь дружелюбный, — волей-неволей заметила про себя. — В Городе бы такой экстрим никому и в голову не пришел: взять и заговорить с незнакомыми прямо на улице, просто так от нечего делать… Ну да, здесь ведь каждый приезжий наперечет, городок-то маленький."

— Правила знаете? — не отставала щуплая девчонка, то и дело оглядываясь на топчущихся у двери приятелей. (Яна про себя окрестила ее Мышкой.)

— Какие правила? — сочла нужным вмешаться в разговор. Мышка неохотно скосила на нее один глаз, смешно сдувая челку со лба:

— Что бы ни случилось, нельзя смеяться. Особенно в самом начале.

— Почему? — вырвалось у них с Яриком почти одновременно.

— А то побьют, — торжественно возвестила Мышка и, махнув им напоследок рукой, торопливо прошмыгнула к своей компании, что, видимо, уже докурила и собиралась заходить внутрь.

— Круто, однако, — Янка не удержалась от нервного смешка. Все произошедшее казалось слишком уж нереальным: да за кого они себя здесь принимают?.. — И подтолкнула Ярика локтем: — Что ты там говорил про "морду набьют"? А я ему про позитивное мышление…

— Ну что, остаемся? — с удручающе серьезным лицом поинтересовался брат, только в глазах скакали вовсю веселые черти.

— Само собой, — уж теперь-то и речи быть не может, чтоб она вернулась домой, не разузнав хорошенько, что здесь происходит!

К ее вящему удивлению, дискотека оказалась вполне модерновой: с просторным холодным залом, множеством прожекторов под потолком и небольшой барной стойкой в углу. Да и публика подобралась довольно удачная, вызывающая симпатию: смеются, друг с другом переговариваются, окликая кого-нибудь из знакомых через весь зал. Словом, обстановка царит более чем непринужденная, никаких церемоний. Одеты, правда, без изысков, чуток попроще, чем в Городе в каком-нибудь крутом диско-баре с толпой охранников на входе. (Кроме парочки ультра-модных девчонок, страдающих от избытка макияжа, словно бы сошедших со страниц второсортного модного журнала. Вид у обеих девиц был достаточно жеманный.) В этом есть свои преимущества: теперь Янка не слишком выделяется из толпы в своем обычном белом свитере и лицейских синих джинсах. Если бы разрядилась в пух и прах, то на нее б, наверное, косились с насмешкой, а так в самый раз… Все-таки ее главное украшение — это волосы, их ни за какие деньги не купишь.

"Не зря же папа подколол про "столичных гусей" — получается, знак?.." — успела подумать напоследок. Ярко освещенный лучом прожектора диджей не первой молодости что-то неразборчиво сказал в микрофон и театрально вздернул руку к потолку. В зале воцарилась тишина, болтавшие до того без умолку парни с девчонками замерли, взирая на диджея с истовым вниманием.

— Что это будет?.. — спросила было у Ярика Яна, и в ответ грянула оглушительная музыка. Из динамиков полилось нечто разухабистое с элементами фольклора, залихватским свистом и прихлопами, что перемежались речитативом бритоголового диджея. Половина зала — то бишь мужская его часть — разом присела на полусогнутых ногах, напоминая сцену из американских рэпперских клипов, и принялась старательно отплясывать с серьезными насупленными физиономиями. Девчата смирно потеснились, встали в рядок у стены, освобождая место для танцоров. В самом центре импровизированного дэнс-пола выделывал ногами невообразимые кренделя Цыган, давешний знакомый, выделяясь своей разлохмаченной черноволосой головой среди бритых черепов измайловской молодежи.