Оксана Демченко - NZ

Зу ловким движением утопил льдины и повздыхал, сочувствуя им. Затем он презрительно назвал пушинки покорными ветру. Обвинил бревна в инертности. И постепенно втолковал мне: каждый корабль-душа имеет свое наилучшее положение в море тумана. Он может пережить много штормов, сменить много обличий, которые я называю жизни. Но рано или поздно душа найдёт равновесие. Станет топляком на дне. Взлетит к небу. Или превратится в чудовище вроде «Летучего голландца», способное причинять вред, истерзанное жаждой невозвратности прежнего.

— Дюши, — улыбался Зу, и волновал море тумана. — Красиво. Надо меняться. Надо искать. Интересно. Не интересно лежать на дне и гнить.

Он еще много говорил. Даже о себе — существе, знакомом со многими обликами единой души Зу в разных мирах и пространствах… Я слушала, улыбалась, лепила из тумана свои кораблики — и думала про Дэя. Моя догадка больше не ослепляла, не вызывала страха. Зу и это понимал, но ни единым словом не намекнул на своё умение подслушивать несказанное вслух. Забрал мои кораблики, хихикая, радуясь игре. Попрощался и растворился. Я проснулась отдохнувшая, свежая. Блаженно поулыбалась занятному сну… и увидела на столике свежую упаковку зюя. Не вскрытую. Так жив ли Сплетник и есть ли он в нашем мире? «Немного да», — сказал он сам. Теперь я знаю, что это вполне точный ответ.

Кит шепнул — «там!».

Корабль снизился и медленно парил над кронами леса, выбирая поляну для посадки. Впереди двумя крыльями расходились предгорья, каменный склон горбился выше и выше, теряя подобный зелёному меху покров кустарника. Пещера пряталась так ловко, что вход я могла разобрать исключительно по красивой золотистой обводке на экранах — эту подсказку создал Кит.

— Туда не все доходят, — начал он свои пояснения. — Если пойду я, сам не знаю, чем это закончится. Может быть, я так давно отражение сознания капитана, что обрёл самостоятельность сполна и вернусь полноценным кэфом. Или шагну отсюда в иное измерение, туда, где сейчас моя раса… или, где я нужен. А может, я все же придаток корабля, и тогда я развеюсь в пещере эхом, сгину. Сима принадлежит к очень молодой расе, она войдёт в пещеру, немного там поблуждает и вернётся. Ей рано переходить в новое качество. Олер, не обижайтесь, но вы сейчас так сухи душой, что не найдёте входа. А Дэй… — Кит повёл покатыми плечами и прикрыл крупные умные глаза. — Нет ответа совсем. Дэй гибрид многих разумных с дополнением технологий. Это вне моего понимания.

Я кивнула и снова уставилась на Дэя. Кажется, часть моей идеи до него уже добрела — и не ослепила, и не напугала. Если он одушевлённый и настоящий — так я подумала — только здесь это и можно узнать по-настоящему.

Олер резко вскинул руку. Я подавилась первым словом своих с трудом выстраиваемых пояснений.

— Насколько я понимаю, после вашего эксперимента мы рискуем лишиться общества Дэя, между тем он все еще считается разумным и временно статусным. Для меня это важно. В связи со сказанным предлагаю изменить очерёдность в высказываниях. Дате мне слово.

— Бери, — надулась я, потеряв мысль.

Олер поправил одежду, придирчиво ощупал воротник. Добыл из подлокотника небольшую сферу и запустил её плавать в воздухе, затем развесил еще пять штук по рубке. Велел нам официально назваться: полное имя, статус, время по осредненному счёту, перечисление присутствующих и заверение в своей полной дееспособности. Затем Олер сам назвался и жестом переместил сферы так, чтобы они окружили его.

— Я, Олер Мэш Чафиаса, второй сын семьи, рождённый на планете Энго системы миров Роу, — внятно, чеканя каждое слово, выговорил он, — находясь в здравом уме и полной памяти хочу заявить о своём намерении покинуть место интмайра семьи Офраж и личного помощника Игиолфа Седьмого Офража. Все распоряжения относительно принадлежащего мне имущества и располагаемых средств находятся здесь и передаются для хранения кэф-кораблю Киту. Заверенная копия распоряжений имеется в сейфе моего личного корабля, пришвартованного на данный момент в габе Уги. Еще одна копия, подлежащая вскрытию и оглашению, оставлена габмургу Тьюитю, последнему официальному лицу надлежащего ранга, с которым я лично общался. Я разочарован в обществе и намерен впредь проживать уединённо, на что получил приватное разрешение габариуса Чаппы. Отныне и до конца своих дней я избрал местом обитания мир, именуемый Шлак, поскольку именно он дает наилучшие возможности избегать общества. Все документы, которые я желал бы передать в ведение габ-системы или иных структур, находятся у означенного ранее габариуса Чаппы или будут ему доставлены в ближайшие несколько долей суток. Официально подтверждаю, что каждое слово в них — правда, и составлены они мною лично после долгой осознанной подготовки к такому шагу. Поскольку, согласно завещанию, ни один из моих потомков не получит и пушинки из имущества, пользуюсь последним шансом сказать им: плывите сами или утопайте сами. Старый Олер больше не снабдит вас спасательной капсулой. Прощайте.

Все сферы одномоментно погасли и опустились на пол. Олер, жутко-старательно улыбаясь своим вполне милым и исключительно неприродным лицом, собрал сферы в подобие авоськи и отдал Киту. Кивнул нам и собрался отплыть на своём несравненном кресле по коридору — и далее к шлюзу.

— Эй, а проводить Дэя? — возмутилась я. — Тоже мне, учёный. Эксперимент не доведён до конца.

— Разве вам приятно моё общество?

— Боженька всех терпит, чем я хуже? Сидите уж, хватит выпендриваться.

— Полагаю, это верное предложение, — много мягче моего добавил Кит. — И еще, я вполне охотно построю вам жилье. Но чуть позже. Это будет для вас приемлемо?

— Да, благодарю, — согласился Олер, и вернул кресло на прежнее место.

Я снова уставилась на Дэя. Он страдальчески вздохнул и приготовился хлебать всем мозгом ту кашу, которая имеется у меня в мыслях и скоро выплеснется в слова.

— Дэй, вот все, что я скажу — это мой личный бред, — виновато начала я. — Но этот бред выслушал Кит. И еще Зу. Они не смеялись. И кое-что мне подсказали. В общем, как мы все вместе думаем, а вернее, как я говорю за всех, дело, наверное, началось так…

Я задохнулась и смолкла. Не умею писать рефераты, и тем более — делать доклады. Но я попробую хотя бы рассказать байку. Отступать-то некуда. Я сама все затеяла. Это очень похоже на Симу и изложено в куче анекдотов. Самый точный — про рыбный суп, когда говорят: «Вари суп. Ах, нет рыбы? Ты вари, а рыба будет…»

В общем, сейчас как раз время выяснить, есть ли рыба.

Давным-давно раса шен выросла из тесного нашего универсума и куда-то навострила лыжи. Тут как раз резвились молодые и энергичные новички. Дрюккели осваивали вторую звездную систему, пыры охотились на трипсов с пороховыми ружьями, еще не зная, что трипсы разумны и забавляются охотой на себя, а почему бы нет? Вреда-то никакого… В общем, шены уходили. И было им страшно оставлять детей энна без присмотра. И они понастроили всяких умных систем безопасности. Но опасаться за родню не прекратили.