Владимир Журавлев - Дорога на яйлу

– А что делать-то будем? – полюбопытствовал один из самовольщиков. – Их же считать сказали. А я вот, к примеру, скоро свою руку в темноте не увижу…

Третий планировщик с ужасом понял, что же им придется совершить. А придется им, как настоящим разведчикам, проникнуть в расположение противника – и пробыть там день, потому что ночью, как правильно указали, даже руки свои пересчитать нет возможности! Офицер оглядел самовольщиков, от которых теперь зависела его жизнь, и враз утратил и заносчивость офицерскую, и презрение к нижестоящим.

– Значит, так, робя! – хрипло признался он. – Не сносить нам головы! Стоять горой друг за друга и не щелкать клювом, как бакланы – вот таков первый приказ! Он же и последний. А сейчас сядем-ка, робя, да подумаем, как рейд провести и с головами вернуться! А то, если нас словят – кишки на копья намотают! Командиры, идиоты последние, зачем-то приказали всех степняков порезать. Совсем заветы позабыли, а нам ответ за них держать, ежели словят. Потому – действуем так, чтоб не словили! И…это, среди нас дураков, надеюсь, нет? А раз нет, то по гражданским не стрелять. Мирные – вне войны! А то найдут нас потом с саблей в горле. И так уже зряшно кровь пролили, как бы от нее отмыться…

Они очень хорошо подумали. И в целом, на взгляд третьего планировщика, придумали неплохо. Найти самые высокие холмы. Рассредоточиться по ним. Пользоваться гномьей оптикой и передавать семафором в условные часы друг другу знаки. И так навести экспедиционный корпус на цель.

– А степняки заметят и словят? – с дрожью в голосе спросил самовольщик.

– Да ты спрячься, баклан! – посоветовали ему хором.

– А как? Трава низенькая, кустов нет вовсе…

– В землю заройся, как жирик! – рявкнул третий планировщик. – И высовывайся лишь в условный час! Все заройтесь, мёрд-а-мэр! И желайте мне удачи небывалой, робя, каждую минутку… ничто иное мне не требуется так, как удача…

Самовольщики сочувственно повздыхали. В расположение мятежников за сведениями предстояло идти именно офицеру. Только у него было достаточно знаний, чтоб оценить вооружение, численность и боеспособность войск.

Встали, проверили, чтоб ничего не брякало – и пошли на огни, изредка оставляя во тьме попарно бойцов. Решили, что по одному – это чересчур страшно. А третьему планировщику предстояло идти как раз одному. Один оказался в их компании офицер…

И все же это оказались люди, живущие в степи! Проще говоря, степняки. Много степняков! Третий планировщик, уже совершенно не таясь, брел по стану и соображал, а где же ему мятежников найти. Хоть у местных дорогу спрашивай… В сомнении он поглядел на местных. Рожи у них были какие-то подозрительные. Пьяные были рожи. И глазки бегающие, трусливые. Такие точно не положат, как предыдущие, полсотни морпехов у безымянной речки. И он решился задать прямой вопрос. И скоро пожалел об этом. Собралось все племя, или как их там, – и все давали советы, как найти мятежников!

– Ай, Ит-Тырк! – наконец переорал всех какой-то увечный старец. – Ты не к мятежникам, ты от мятежников дорогу хорошо знаешь! И вой-вой-вой умеешь громко кричать, совсем как йоха в брачную ночь! Так что Ит-Тырка не слушай, меня слушай, шпион! Вдоль реки иди, там всех найдешь! И Туолам, и Гончары там же, а потом уж и мятежники!

– Почему так сразу и шпион? – пробормотал третий планировщик, чувствуя, как останавливается сердце от ужаса.

Все дружно заулыбались – шпион, мол, и не отказывайся! А толстый трусоватый степняк, вроде бы упомянутый Ит-Тырк, даже проводить вызвался. Так вот запросто сел на ишачка да и затрусил рядом. Как понял третий планировщик, чтобы не слушать нескончаемых насмешек.

– Почему сразу шпион? – осмелился спросить третий планировщик у провожатого.

Степняк задумчиво оглядел его заплывшими глазками. Особенное внимание уделил оружию. Третий планировщик как-то сразу осознал, что морской тесак в сапожных ножнах действительно не сочетается с малахаем. Но Ит-Тырк отметил иное.

– Степняки пешком не ходят. Большая она, степь. Разве пешком куда дойдешь?

– Разумно, – признал третий планировщик. – Э, робя… тебя Ит-Тырк зовут, верно? Это, Ит-Тырк, а продай ишачка? Я денег дам!

Степняк заинтересовался. В результате третий планировщик лишился всех денег, тесака вместе с ножнами и фляжки со спиртом. Зато поехал дальше один и на ишаке, как настоящий степняк. Ишак не возражал, степняк тоже.

– Все равно не мой ишак, джабека Бурша ишак-то! – сказал степняк. – Но ракчу я ему не отдам. Ишак-то Бурша, а ракча – моя! И в кочевье даже не пойду, здесь выпью…

Третий планировщик воодушевился. Воодушевился настолько, что когда из-за холма к нему внезапно выехал полицейский парный патруль, не умер от страха на месте, а даже сумел выдавить, что он степняк. Степняк Ит-Тырк. Полицейский задумчиво огладил вислые усы. Переглянулся с долговязым напарником.

– Ит-Тырк? А что трезвый? – спросил полицейский. – Асиа, что ли, вернулась?

Третий планировщик онемел. Проклятые полицейские! Уже и в степи всю пьянь по именам знают! Профессионалы! И офицер поклялся себе, что если выкрутится живым из этой авантюры, никогда не станет связываться с профессионалами! Ну, или пока сам не заделается профессионалом.

Он еще смог пролепетать, что да, вернулась Асиа. Полицейские снова переглянулись.

– Тебе куда надо-то, шпион? – беззлобно спросил вислоусый. – Если к мятежникам, так поехали с нами. Мы все равно с объезда возвращаемся, проводим. Э?

И что делать? Не соглашаться, что ли? Он еще жить хотел. Ну что ж, поехали вместе. Полицейские даже оружие отбирать не стали, так что вполне дружески поехали.

– А почему сразу шпион? – спросил он неловко.

Полицейские заулыбались и оглядели его. Он вдруг осознал, что не видел у степняков пружинных стрелометов за поясом. Но полицейские отметили иное.

– Когда Асиа в стойбище, Ит-Тырки по степи не бродят! – сказал полицейский. – Она для каждого работу найдет!

– Старейшины не работают! – припомнил долговязый.

– А старейшины от Асиа в шатре прячутся, вроде как думают о важном…

Около повозок, выстроенных огромным кругом, их остановили. Бойцы в форме полицейского спецназа критически оглядели якобы степняка.

– Совсем шпион обнаглел! – заметил старший патруля. – Средь бела дня прется! Да еще ишака у Ит-Тырков увел!

– Почему – у Ит-Тырков? – только и спросил несчастный шпион.

– Потому что Туолам тебе за ишака бошку бы сразу открутили, вот почему…

У следующего лагеря их снова остановили. Бойцы в странной коричнево-желтой униформе с веселым изумлением разглядывали лже-степняка.