Владимир Журавлев - Дорога на яйлу

– Тебе хорошо, ты еще маленький, – пробормотал Серый упрямо. – Посмотрю я на тебя через пару лет, когда тестостерон через уши закапает…

– Да у меня и сейчас гарем есть, в чем проблема-то? – рассеянно отмахнулся он – и поразился наступившей тишине.

Он растерянно огляделся – все смотрели на него с огромным недоверием.

Ну… – неуверенно сказал он. – Если кто-то не знает, что в гареме, это ж не значит, что гарема нет?

– Ух ты, здорово! А можно поподробней – насчет не знает, но состоит? – вставила страшно заинтересованная Мила.

– Да я могу и формализовать! – пожал Володя плечами.

И развернулся к Олесе.

– Йоха! – серьезно сказал он. – Вот что бы ты хотела от мужа? И сразу отбросим защищенность – это тебе обеспечиваем все мы… да, и насчет на руках носить – тоже! Для этого дела Марусюк существует, вон, синяки на бедрах не сошли…

Видимо, и на девушку ночь оказала серьезное влияние – потому что она подумала и постаралась ответить действительно честно.

– Хочу, чтоб это был только мой и преданный мне мужчина, – уверенно сказала она.

– Не понял, чем тогда я не подхожу? – удивился Сергей и снова положил руку ей на талию.

– Э… я еще подумаю! – поспешно сказала она.

Она действительно еще подумала. И обескураженно пожала плечами.

– Хочу, чтоб он был самым близким мне человеком, – пробормотала она. – Чтоб могла вешаться ему на шею, кривляться и капризничать, чтоб он меня понимал, ругал, дразнил, утешал… чтоб я чувствовала себя рядом с ним полной дурой, восхищалась и боготворила…

И она растерянно уставилась на Володю.

– Чтоб не пытался залезть под юбку, – шепотом закончила она.

– Да кто бы лазил! – возмутился Сергей. – Зачем лазить, она у тебя на одной пуговке держится, вот тут, сбоку, раз – и нету…

– Не трогай пуговку!

– А ты не сверкай бедрами! Специально дразнишь, да?

– Олеся, ты признаешь, что это я и есть? – строго спросил Володя.

– Ну… да, – растерянно сказала она.

– Ты согласна, что жена мне – в рамках своих ожиданий?

– Получается, что да! – хихикнула она. – Нет, я не против, но вот еще бы…

– Ты сама сказала, какой муж тебе нужен! – безжалостно напомнил он – и повернулся к Нинель Сергеевне.

Нина, а какой муж нужен тебе? – строго вопросил он.

Юный бандит на диване поперхнулся очередной подковыркой и в изумлении уставился на учительницу. И даже руку убрал от юбки Олеси. Мила перестала дышать…

– Я семнадцать лет работаю в школе, – спокойно напомнила женщина. – Привыкла, что меня называют по имени и отчеству. Ко мне даже мама так обращается. Она тоже привыкла. Так что лучше будет, если…

– То на людях! – отмахнулся он. – А здесь все свои! Так какой же муж…

– Володя, а ты недогадливый, – отметила женщина.

Она задумчиво покачала стакан с шампанским, отхлебнула, как чай, и скептически скривилась.

– Я уже говорила, что согласна, – напомнила она. – Я для кого юбку приподнимала, приседала низко и кланялась? Но могу и повторить: да, мой повелитель, я согласна!

– Угу. Так. Ну, а с Сашкой я давно договорился…

– Я, наверно, пойду, – пробормотала Мила.– Что-то подсказывает мне, что следующая буду я…

– А тебе это надо? – тут же заинтересовался Володя.

– Я маленькая еще! – открестилась она поспешно.

– Да ну?! А вот видел я тебя в скверике с одним…

– Это не считается! – сказала девочка, покраснев. – Ошибка юности!

Акробатка поерзала, устраиваясь поудобнее – и внезапно хихикнула.

– Я тут подумала! – сообщила она жизнерадостно. – Получается, мне тоже муж нужен – и опять не в том качестве, как Серый! У меня, чтоб вы знали, папахен с мамахен шкафы пилят, полный дурдом, а не жизнь! И вроде как мамахен к родителям вернется и меня увезет. А не хотелось бы! У меня же здесь реальное будущее нарисовалось, заработок, если по сегодняшнему судить, очень даже устраивает… не подскажете, нигде случайно муж не завалялся с квартирой? Чтоб было где пожить до конца школы? Мне бы пожить, остальное нафиг не требуется, я же еще маленькая…

– Можно бы у меня, – неуверенно предложила Нинель Сергеевна. – Но…

– Что, свидетель мешает? – невинно спросила девочка. – Вдруг увидит, что Володя у тебя бывает?

– А у тебя разве не бывает? – спросила Нинель Сергеевна невозмутимо. – Только – честно? Здесь все свои!

Девочка открыла рот – и закрыла. Сказать, что не бывает? Ребенком обзовет и посоветует не лезть во взрослые дела. Сказать, что да, бывает, и даже очень? Еще хуже… До нее вдруг дошло, что не ей состязаться в язвительности со взрослой женщиной.

– Нет, я что-то не понял! – подал голос забытый всеми Сергей. – Ну и какой толк от твоего гарема?

– А какой тебе еще толк нужен? – недоуменно спросил Володя. – Они мои жены. И они все согласны, что жены, ты же слышал. Ну и… вот.

Юный бандит уставился на женщин. Нинель Сергеевна непроницаемо улыбалась, Олеся наивно хлопала глазами.

– Потешаетесь, да? – обиделся он.

– Знаешь что? – деловито сказала Мила. – Пиши и меня туда же! Я тут подумала: если Нинель Сергеевна жена, а я у нее буду жить, так заодно и я бы… а?

– Да ну его, действительно, этот секс! – вздохнул Серый. – Весь мир – девачки… так какое будущее нас ждет? Ты что-то начал говорить, да на женские глупости отвлеклись…

Информационное, – мрачно сказал Володя. – А это, я тебе скажу… Сначала-то, понятно, мы ничего не заметим. А потом – раз! – случится что-то, и останутся люди один на один со всем миром. Вот тут и выплывут в хозяева жизни всякие мелкие типусы, бандитики да воры, да жулики… потому что они-то и окажутся самыми готовыми к переделам и беспределам. Да еще вот мы с вами. Если удержим театр на плаву, такие зубы нарастим – бандиты и рядом не стояли! Мда. Потом выяснится, что существуют законы мироздания, и лучше бы их не нарушать… и всякие типусы сойдут на нет. Но жить хочется красиво все равно! И полезут всякие во власть! И чтоб больше от шушеры не зависеть, как поначалу, станут окружать себя полицией и заборами. Больше полиции! Еще больше! Полмира в охрану! Мы-то живем в многообразном мире. Но это пока что. Скоро он контрастным станет. С одной стороны – власть, господари, окруженные стеной полиции. С другой – белхалаш, рабочие… скорее даже, не рабочие, а, скажем так, производственники. Две силы, третьей не дано. Расслоение будет страшное. Господари, у которых все. И белхало, вкалывающие иногда и за еду… Тут еще некстати выяснится, что активное использование контракцептивов уничтожает материнский инстинкт уже в третьем-пятом поколении. И не усмехайтесь недоверчиво, мои милые женщины, а вспомните фабричных несушек, которые цыплят высиживать, как известно, не могут. Не хочется им уже! Инкубатор подавай… а люди посложней цыплят! Человека мама должна воспитывать! И будет вынуждена власть принять политику бесконтрольной рождаемости, а это, я вам скажу, надо увидеть, чтоб понять… Люди, люди везде! Готовы работать за любую зарплату! Готовы жить по десятеро в комнате! Лишь бы жить! А на улицах полиция стреляет без стеснения. И войны тут и там. Народу много, не жалко! Ты вот, мой друг Серый, опять прикидываешь, а как там насчет секса. Ты лучше подумай, как там насчет преступности! Информационное общество! Везде камеры, датчики, спутники с орбиты смотрят! Тебе есть нечего, ты кого-то поставил на нож – и вот уже бежишь в ужасе, а в спину стреляет полиция, и засада впереди, потому что тебя видят! Видят все! В каждой машине – блок контроля! Схватился за кредитку – начеку генный сканер! Пнул дверь – и охрана морду сняла тут же! И правосудие простое и понятное. Все же видно! Темных углов нет! Сквозь стены – просвечивают! Сделал не то движение – и вот уже сидишь в цеху на принудительных работах, производишь очень дешевую продукцию и тем, кстати, вынуждаешь наемных рабочих вкалывать за социальный минимум!