Буря в Кловерфилде - Светлана Алимова

то стоило начинать уже сейчас. Вряд ли ей могло что-то угрожать: никто не ждал, что она там объявится. А если что, она сумеет отбиться.

Священная роща ведьм-друидок располагалась неподалеку от Кловерфилда, и в ней росли три огромных могучих дуба в окружении молодых деревьев поменьше. Перед ними стоял алтарь и располагалась большая утоптанная поляна. Вокруг было практически чистое поле, просматриваемое со всех сторон. Пламя бодро вела всю компанию к роще, Мгла отбегала по сторонам в поисках чего-то интересного, а Пуховка отказывалась слезать с рук Беаты и идти по снегу, который к началу марта и не думал таять.

Впереди ухнул филин.

Беата остановилась.

Филин сидел на плече темноволосой женщины, проводившей какой-то ритуал у алтаря. Та резала фрукты заточенным серпом и раскладывала их на нем, похоже, совершая подношение своей богине. Она заметила Беату, но даже не обернулась к ней. Та терпеливо подождала окончания обряда и лишь потом сказала:

— Здравствуй, Кхира. Уделишь мне немного времени?

Темноволосая ведьма теперь смотрела на нее в упор. Высокая, статная, сильная, она была по-своему красива: красотой заточенного лезвия или удавки, захлестывающей шею. От нее веяло угрозой. Сомнений быть не могло: это именно она напала на Беату и Александра. В ее темных, раскосых глазах светилась неприязнь.

— Что тебе нужно в нашей роще, чужачка?

— Хочу узнать, зачем ты похитила двенадцать девушек, включая дочь мэра. Вы приносите их в жертву Эйв? — прямо спросила Беата.

Помимо защитных оберегов, сегодня она прихватила с собой кое-что еще: кулон с магнезитом. Этот камень затруднял откровенную ложь, однако, действовал и на нее тоже. Калунна мимоходом предложила надеть его, и Беата тут же сделала это.

Если Кхира будет лгать, то магнезит заставит ее нервничать, и часть правды все же прорвется. Самой Беате тоже следовало следить за своими словами.

Каменное лицо Кхиры дрогнуло в недоумении.

— Я никого не похищала. А Эйв не питается людьми.

— Чем же тогда?

— Эйв — добрая богиня плодородия. Мы дарим ей фрукты, целебные травы и нашу страсть на шабашах. Только дурная лисица вроде тебя могла решить, что божественная Эйв причинит вред людям.

Беата прикусила губу.

Она ошиблась. Но что если у Кхиры мог быть какой-то защитный амулет, нейтрализующий действие магнезита? Нужно было продолжить расспросы.

— Тогда почему ты не нашла Эльзу Салливан? Вам заплатили за это. Неужели при твоих способностях это так сложно? Или вы просто берете деньги и ничего не делаете?

Кхира нахмурилась.

— Мавис звала ее с той стороны, но в мире мертвых ее нет. Ясное зрение затуманено, ничего не показывает. Девчонка использует какой-то амулет или сама ведьма и прячется от нас. Джейкоб Салливан заплатил за поиск, а не за то, чтобы ему вернули дочь. Поиск ничего не дал. Вот и все.

— Но в городе бесследно пропали целых двенадцать женщин. Они не были ведьмами. И их тоже нет в загробном мире.

Кхира поморщилась.

— Мне все равно, кто где пропадает. Мы колдовали за плату, но колдовством дочь мэра не найти. С чего я вообще должна отвечать тебе? Покинь нашу рощу, она не для чужачек.

Беата бросила взгляд на Мглу и Пуховку. Обе вели себя спокойно: значит, не чувствовали в роще темной магии или присутствия нечисти.

— Зачем ты пыталась меня убить?

— Глупый вопрос. Ты пришла захватить Кловерфилд, а нас обратить в рабство. Захватчикам нужно давать отпор. Я обещала защищать этот город, и я буду это делать, пока не умру или Мавис не прикажет иного.

— Я никому не наврежу. Я принесла веру в настоящую богиню. Она даст вам счастье, власть, бессмертие. Поклонитесь ей и живите мирно на ваших землях. Нам необязательно враждовать.

Кхира рассмеялась.

— Ты сильна, но глупа. Мы не предадим нашу богиню. Можешь дурить головы людям сколько хочешь, но после твоей смерти они вновь придут к нам. У них нет выбора.

— Уже есть. И, поверь мне, они предпочтут культ Калунны вашему высокомерному ковену. Люди всегда бегут туда, где проще и приятнее, — заметила Беата, — я хочу поговорить с Мавис как с главой вашего ковена.

Кхира бросила на нее презрительный взгляд.

— Говори, если найдешь. Я не буду передавать твои слова, какими бы они ни были.

— Ты собираешься сейчас напасть на меня?

— Нет. Ты в священной роще, а у меня нет настроения. Я убью тебя позже. Забирай своих кошек и уходи.

Беата огляделась и заметила сломанную ветку, валяющуюся на земле.

— Я возьму это?

— Это всего лишь ветка. Ты не сможешь через нее навредить нам.

— Буду считать это согласием. Знаешь, Кхира, я не желаю тебе смерти. Когда мы захватим эти земли, просто беги с них, и я не буду тебя преследовать.

— Ты — дура, раз собираешься пощадить сильного врага. Но мне будет проще убить тебя благодаря этому. Уходи.

Беата ушла.

Значит, не Кхира похитила девушек. Если и Мавис окажется не при чем, то искать преступника придется среди десяти рядовых ведьм ковена. Или признать, что никакого Похитителя принцесс не существует, а жертвы действительно растворились в воздухе, откуда их невозможно достать.

* * *

Ветка парила между ладонями Калунны, пока та колдовала над ней.

— Если Эйв и существовала когда-то, то сейчас ее там нет, — сказала она, — священная роща — всего лишь место силы. Если поклоняться и приносить подношения ему много лет, то можно получать определенные выгоды с этого. Но божественной защиты на Кловерфилде нет: я легко забираю оттуда все причитающееся мне.

— Эйв ведь могла быть духом или просто могущественной ведьмой, — предположила Беата, — если люди поклонялись Лавене, то любое доброе или полезное колдовство заставило бы их обожествить Эйв.

— Возможно. Но это неважно. Ковену Тринадцати доверяют еще многие, и хор голосов, зовущий меня, слишком слаб, чтобы я захватила эти земли. Беата, где мои жрицы?

Та вздрогнула.

— Будут, моя богиня. В мае я устрою твой праздник в Кловерфилде, и многие бросятся в твои объятия, насладившись вересковой магией. Осталось всего десять пар. Я успею до конца года.

— Постарайся. Нам нужно больше сильных и верных ведьм, чтобы ни один паршивый ковен не смел больше угрожать моим жрицам и охотникам.

— Я все сделаю.

Придя домой, Беата услышала там спор, ведущийся на повышенных тонах:

— Он — охотник Калунны и должен служить как все! — сердито говорил Джеральд.

— Сказал человек, три недели шлявшийся непонятно где, когда его жену тут чуть не убили! — возмущалась Голди. — Сам бы охотился после такого нападения! Я против, ясно?

— Это не тебе решать!

— И не тебе! Уж с