Право на месть - Ирина Омельченко

Иду на голос. Кажется, я все-таки вовремя.

Девчонку и Дока нашел в дальней комнате. Док с поднятыми руками говорил медленно, растягивая слова, как умеет только он.

— Успокойся. Мы во всем разберемся. Не надо резких движений.

Малышка стояла ко мне спиной, полностью обнаженная и уязвимая сейчас как никогда. В руках у нее было что-то, чем она пыталась угрожать лысому мужчине. Скальпель? Но замахивалась хаотично, скорее заставляя окружающих держать дистанцию, чем представляя реальную угрозу. Один удар — и оружие полетит на пол. Думаю, это понимали все. Малышка отчаянно пятилась к двери. То есть ко мне.

— Нет! — Еще один взмах и тут она увидела меня. В глазах отразилась вся глубина отчаяния. Мужчины. Двое на одну. Пистолет в моей руке.

— Послушай, мы решим эту проблему… — голос Дока змеей вползал в уши.

Девчонка дернулась и плавно, как в замедленной съемке, приставила скальпель к собственной шее.

«Помоги!» — прошептали ее губы, или мне показалось? А я смотрел на ее болезненно-худое тело. На желтые, уже отцветающие синяки на запястьях и лодыжках. На засохшие пятна и понимал, что и без всякого транса Ненависть вот-вот захватит мое сознание.

Дыши, Ван.

Навел пистолет на Дока и выстрелил три раза. С такого расстояния не мог промахнутся. Мир замер в ее удивленных глазах. В брызгах крови на белоснежных стенах. В воздухе, выходящем со свистом из легких. Замер, а затем понесся вперед семимильными скачками.

Раз. Отвести руку с пистолетом в сторону: «Я не опасен».

Два. Забрать скальпель из пальцев, бросить на пол и отпихнуть ногой.

Три. Шаг к шкафу. Док хранил здесь одежду для носителей памяти. Дверца шкафа оторвалась с мясом, и я отбросил ее в сторону.

Четыре. Схватил какую-то случайную тряпку с вешалки и натянул девушке на голову. Она послушно подняла руки вверх, позволяя одеть себя, словно манекен.

Пять. Кинуть быстрый взгляд на окровавленное тело Дока. Что, Ван, мечты сбываются?

Шесть. Пистолет в сумку, чтобы не мешался.

Семь. Подхватить малышку на руки и быстро покинуть это место.

Соседи наверняка слышали стрельбу. Патрули на Окраине, надо отдать им должное, приезжают быстро. Если у них есть уверенность в том, что происшествие никак не связано с Рэйдзё.

Вот так, с босой девчонкой на руках я и рванул прочь. На площадке перед дверью никого не оказалось. Но, признаться, в тот момент я и не вспомнил о ее беспомощном слепом брате.

Гензель

Так сложно опираться на что-то. Люди, вещи, — все ломается и исчезает. В моей темноте не было ничего, и в то же время она дарила привычные звуки и запахи. Темнота почти приятна, когда все знакомо.

Я знал, что мужчина привел меня домой. Знал и уже ждал привычных пустых стен, холода, одиночества, когда что-то изменилось: пахнущий потом и табаком он оставил меня одного, а сам пошел вперед. Звук шагов изменился, стал осторожным, едва слышным.

Я дышал темнотой и пытался слушать. Где-то там сестра, но с ней не все в порядке. Не то, чтобы мы чувствовали друг друга, но в последнее время мысль о ней не давала покоя. Прорывалась даже сквозь чужие, наполненные светом и красками воспоминания. Я перестал ощущать ее присутствие. Словно кто-то чужой и темный встал между нами. Заслонил свет.

А затем раздались выстрелы. Один, второй, третий.

— Сестр…мф! — Чья-то массивная ладонь накрыла лицо, не давая кричать. Не давая вздохнуть. Затягивая назад, еще глубже в темноту.

Ван Хэвен

Тогда мной руководило лишь слепое желание защитить, утащить подальше. Но, по мере того, как мы двигались к границе Окраины, девушка в моих руках беспокойно ерзала и крутила головой, оглядываясь по сторонам, я начинал думать. Шевелить извилинами. Иногда полезно.

— Есть хочешь? — Замедлил шаг, ранее больше похожий на бег. Бегство с трофеем в руках. Самым ценным из возможных.

Мы уже были на V-территории. Как раз проходили мимо необычной столовой — оформленной в духе салуна времен дикого запада. Фасад, украшенный псевдо-деревянными панелями был сдобрен щедрой фантазией оформителя и декорирован кнутом и огромной шляпой с человеческий рост. Из глубин «салуна» доносилась веселая мелодия и разухабистые крики «Йе-ха». Настоящий рай для двух измученных ковбоев.

— Хочу. — Так странно смотреть и слушать. Ее лицо. Ее голос. И совершенно другой человек. — Кто ты?

— Не помнишь? Ван. Детектив. Помогал До… не важно. Мы встречались раньше. — А ведь не вру. Почти. — Я — друг.

Заметил, как прищурилась девушка. В ее глазах я, должно быть, выгляжу простачком: рыцарь в белых доспехах спас принцессу и жаждет награду.

— Ван, мне нужно в одно место… — Знаю я это место. И этих людей. И зачем тебе туда надо. Поэтому и утащил подальше от Окраины, пока не поговорим и не обсудим условия дальнейшего взаимодействия.

— Давай позже, а? Спрячемся, отдохнем, перекусим. Выпить хочешь? — Я определенно нацелен затащить принцессу в «салун» и накачать выпивкой. Думаю, она и сама не против.

Рассмеялась. Заливистым и совершенно безумным смехом. Никогда бы не подумал, что буду одновременно любоваться и цепенеть от ужаса. Внутри девушки, для которой я был готов на все, сидел злобный хитрый монстр. И мне предстояло с ним полюбовно договориться.

Акутора

Не поехал кукухой. Не двинул кони. А-ХА-ХА, копыта при мне, живой и снова на свободе.

А я-то все ломал голову, скованный посреди белой комнаты, как вела себя легкая ласточка до того, как лысый крот поджарил ей мозги, и я оказался в этом теле. Как он мухой всекает, что я — не она? Значит не заигрывает. Не злится. Не лыбится.

В конце концов я вкурил тему — кукла просто тупит в стену всю дорогу и раздвигает ноги, пока лысый папик крутит ее на чем хотел. И я равнодушно уставился в пустоту.

Комками подкатывал страх: стоит поддаться, стоит замереть и амба, потеряешь себя, пропадешь. Но время шло. Я все еще здесь. И мое ожидание, мазафака, окупилось! В очередной раз маклак пришел проверить, жив ли я еще. И я его обманул! Обманул! Как конфету у ребенка!

Стоило отстегнуть скобы, как он принялся лапать меня жадными клешнями. Мерзкое чувство! Вырвался, рванул к столу и схватил первое, что попалось в руки. О-па, заточка медицинская, теперь побазарим, мастернем. А-а-а, в этом чертовом теле меня еще не раз рискнут опустить, но ничего, я им яйца на лысину натяну за всю мазуту! Они у меня еще попляшут!

Громила-детектив вовремя подвернулся, шлепнул супчика, да только он такой же извращенец. Смотрит пристально, в глазах собачья верность. Хотя он-то мне нужен.