Кефир, Гаврош и Рикошет. Дело о пропавшей бабушке - Евгений Фронтикович Гаглоев
– А зачем вам такие странные глаза? – не сдержалась Илона.
– Чтобы лучше видеть тебя, деточка! – сказал робот и затрясся от смеха.
Из нутра Железной Башки выдвинулись кресло и пульт управления. Доктор Финдершлотц живенько уселся в это кресло и поместил метеорит в открывшийся перед ним люк.
– Ну теперь мы поглядим, кто кого! – восторженно взревел он.
Его вместе с креслом накрыл защитный стеклянный колпак.
А Железная Башка стал вдвое больше и трансформировался в некое подобие танка на четырёх суставчатых ногах. Спереди выдвинулся широкий локатор. Перебирая лапами, словно настоящий паук, робот угрожающе двинулся на Илону и её друзей.
– Крушить и ломать! – визжал от восторга доктор Финдершлотц. – Я сотру этот городишко с лица земли!
– Но зачем? – удивилась Илона.
– Зачем? – Доктор осёкся и задумался, подперев подбородок рукой. – Чтобы громко заявить о себе. Безумным гениям положено всё ломать и взрывать, чтобы их боялись и уважали!
Он потянул какой-то рычаг. Железная Башка затрясся, как желе, и в следующее мгновение с локатора сорвалась мощная вибрационная волна.
Илону и енотов сбило с ног. В зале разлетелись все стёкла, картины попадали со стен. Следующей ударной волной в здании вынесло окна и двери.
– Вот так-то! – хохотал доктор Финдершлотц. – Моё гениальное изобретение работает. Все мои изобретения работают, только этого никто не ценит. Ну ничего, теперь я заставлю вас уважать мои дьявольские устройства.
– Да вы настоящий псих, доктор, – сказал Кефир.
– Я не псих! – оскорбился Финдершлотц. – Ну разве что чуть-чуть.
– Чуть-чуть? Да если бы существовал город шизиков, вас избрали бы его мэром!
Железная Башка снова затрясся, но не от того, что доктор нажал очередную кнопку, а от смеха.
– Вот умора! – проскрежетало где-то внутри танка. – Так и помереть от смеха недолго.
– Хватит хохотать, – скомандовал доктор. – Пли!
И танк-локатор принялся стрелять направо и налево, круша всё на своём пути. Илона, Рикошет, Гаврош и Кефир попрятались кто куда.
Девочка укрылась за мраморной статуей, но Финдершлотц разнёс её вдребезги. Рикошет бросился за колонну, но доктор снёс её и снова расхохотался.
Кефир и Гаврош кинулись бежать, но врезались друг в друга и шлёпнулись на пол.
– Ха-ха-ха!!! – ещё сильнее затрясся Железная Башка. – Какие смешные зверюшки!
– Ну мне пора, – заявил доктор, взглянув на наручные часы. – Ещё нужно ограбить все банки этого города. Разнесу их в клочья, а денежки возьму себе. Уа-ха-ха!
Железная Башка, содрогаясь от хохота, зашагал к разбитому окну, чтобы через него выбраться наружу.
Но уже завыли сирены, и на площадь перед музеем вылетело сразу несколько полицейских машин.
– А вот и зрители пожаловали! – обрадовался доктор Финдершлотц.
Он дёрнул за рычаг, и мощная ударная волна перевернула все машины вверх колёсами. Озадаченные полицейские выбирались наружу.
– Его нужно остановить! – крикнула Илона. – Он сейчас натворит бед!
– Но как? – воскликнул Гаврош.
– Я его отвлеку, – сказал Рикошет и недолго думая выстрелил в робота из зонтика.
Железная Башка мигом обернулся и затрясся уже от злости.
Новая ударная волна разбросала девочку и енотов по залу. Кефир перекувыркнулся через голову, и из его рюкзака на пол высыпалось всё, что он насобирал по помойкам. Баночки, бутылочки от духов, шпильки, книжки, блестящие пробки от бутылок, инструменты и ещё много чего. Последней выпала поварёшка бабушки Марины. Видимо, он прихватил её на кухне, перед тем как спуститься в подвал.
– Ай! – всплеснул лапами енот. – Какая неприятность! Всё, что нажито непосильным трудом!
– Зачем поварёшку украл? – удивилась Илона. – Попросил бы, я тебе и так подарила бы.
– Таскать потихоньку интереснее, – обиженно признался Кефир.
Он бросился собирать своё многочисленное имущество, поскользнулся на мраморном полу и растянулся носом вниз. Вскочил, снова поскользнулся и снова свалился.
Глядя на него, Железная Башка опять задрожал от смеха.
– Вот умора! – прогрохотал он. – Настоящий цирк!
– Я тебе покажу цирк! – разозлился Кефир.
Он размахнулся, чтобы метнуть поварёшку в робота, но вдруг снова брякнулся.
– Ха-ха-ха! – закатывался Железная Башка.
– Не отвлекайся! – злобно заорал доктор Финдершлотц. – Нам ещё столько банков надо ограбить, а времени в обрез. Стреляй по енотам! Проклятые грызуны не уйдут от моего справедливого возмездия!
Но робот хохотал и никак не мог сосредоточиться.
Гаврош и Рикошет взлетели к потолку и сорвали с карниза ещё одну штору. Изловчившись, они накинули её на стеклянную кабину, полностью закрыв обзор безумному доктору.
– Проклятые меховые твари! – завопил доктор Финдершлотц. – Ну сейчас я вам устрою!
Выскочив из-под стеклянного колпака, он принялся стягивать с робота штору. Тут Гаврош и Рикошет схватили её за один конец, а Илона взялась за другой. Резко взмахнув полосой ткани, они скинули доктора с Железной Башки.
Финдершлотц тяжело брякнулся рядом с Кефиром, который тут же огрел доктора поварёшкой по гениальному лбу.
– Ха-ха-ха! Ой, не могу! – всё сильнее трясся Железная Башка.
В его железном нутре что-то закоротило, раздался хлопок, и повалил вонючий дым. Стеклянные глаза выпали из корпуса и покатились по полу, словно бильярдные шары.
– Ну вот! – расстроенно зарокотал робот. – Микросхема всё-таки сгорела…
И он рухнул на пол. От удара корпус раскрылся, и наружу выкатился метеорит.
Едва он коснулся пола, здание завибрировало, да так сильно, что колонны, поддерживающие потолок, начали падать, а стены трескаться.
– Караул! – завопил Кефир. – Музей сейчас рухнет!
А затем раздался оглушительный треск, звон и грохот. Музей содрогнулся, и всё вокруг накрыло огромным облаком пыли…
…Музей не рухнул. Но от сильных толчков, вызванных инвибрациумом, здание провалилось под землю! Снаружи осталась лишь крыша и верхняя часть второго этажа.
Но Илона и еноты успели пробраться в подземный ход и скрыться, а вскоре через выбитые окна второго этажа в здание просочились полицейские.
Стражи порядка тут же арестовали мадам Мурену и двух её сынков, перепуганных до полусмерти. Гербицида, закутанного в портьеру, обнаружили в отделе редких ископаемых. Его зашвырнуло туда, когда музей сотрясался от воздействия метеорита. А Марьяжа, который вырвался из объятий ковровой дорожки, обнаружили и арестовали в женском туалете.
– Нашёл где спрятаться! – покатывались от смеха полицейские.
– Я не прятался! – протестовал Марьяж, красный и потный от стыда и сильного волнения. – Я… приводил себя в порядок!
Всю бандитскую семейку засунули в полицейский фургон и увезли в тюрьму.
А вот коварный доктор Финдершлотц в момент крушения успел сбежать – выскочил сквозь выбитое окно и рванул прочь по тёмному переулку. На его брючине болталась болонка Джозефина, успевшая уцепиться за беглеца зубами.
– Мы… ещё… встретимся, – тяжело дыша, но не переставая потрясать кулаками, шептал Финдершлотц. – Гадкие еноты! Испортить такой
