Однажды я стала женой проклятого герцога - Вероника Десмонд

но все же. В нос ударил свежий запах травы и дождя. Сердце радостно подскочило.

В густых зарослях деревьев журчал небольшой фонтан, крупные капли дождя прорывались сквозь ветви и падали в воду, создавая причудливые круги. Я огляделась: чуть поодаль стояли каменные горгульи и небольшая деревянная лавочка. Наверное в теплый осенний день здесь будет здорово что-то почитать.

Я еще немного побродила по окрестностям, и сильно устав, собралась уже вернуться в дом, как вдруг уловила какое-то движение. По зеленому газону крался зверь. С облегчением вцепилась в ручку зонта, узнавая пушистый хвост. Это же…

Ко мне воровато крался гигантский черный пес.

— Привет? — пробормотала я, пытаясь припомнить имя собаки. — Рик? Это ведь ты?

Пес радостно гавкнул и завилял хвостом, усевшись прямо на мои ботинки. Карие глаза смотрели на меня с любопытством.

— Рик! — улыбнулась я, подставляя свою руку под мокрый шершавый нос.

Собака высунула длинный язык и принялась лизать мою ладонь.

— Хороший мальчик. У тебя тут будка?

Пес гавкнул еще раз, будто действительно отвечал на вопрос.

Оглянувшись, я увидела вдалеке небольшую деревянную постройку, которую не заметила ранее.

Собака жалостливо заскулила, привлекая к себе внимание. Я почесала Рика за ухом и нахмурилась:

— А тебе здесь не холодно? Ты голодный?

Пес шумно дышал, высунув язык.

— Подожди меня немного, — сказала я ему, — я принесу тебе чего-нибудь вкусненького.

И побежала в дом, напрочь забыв про то, что была отравлена всего несколько дней назад. В дверном проеме моя голова закружилась, поэтому пришлось немного постоять в коридоре, дожидаясь, когда рой мошек перестанет летать у меня перед глазами.

Время было обеденное, госпожа Луиз нашлась на кухне.

— Госпожа Луиз! — несколько возбужденно воскликнула я. — У вас не найдется немного мяса для собаки?

Капли с плаща стекали вниз, образовывая на коричневом деревянном полу лужу. Мне стало стыдно. Впопыхах я забыла раздеться.

— Собака? — несколько удивленно спросила женщина, помешивая картофель в чугунной кастрюльке. — С каких пор у нас есть собака?

— Как… — пробормотала я. — Черный пес на улице. Его зовут Рик, кажется.

— Рик? Ох, милочка, но Рик — это не…

Госпожу Луиз перебил ледяной голос:

— Вы что опять трогали его?

Я обернулась. Мужчина стоял в дверном проеме, сложив руки на груди. Выглядел он устало и недовольно, и похоже находился в прескверном настроении.

Ну да, вряд ли ты будешь счастлив и весел, если у тебя заберут часть души… Вздохнула. Теперь плохо стало мне.

— Но вы должны прибыть в субботу, — почему-то сказала я, не ожидая увидеть его тут.

Маг саркастично улыбнулся.

— Вы еще будете указывать, когда мне стоит появляться в собственном доме? Изумительная наглость.

Я стушевалась.

— Нет… Извините, просто госпожа Луиз…

— Вы не ответили на мой вопрос.

Когда я нервничаю, то иногда веду себя чрезвычайно заносчиво.

— На какой из?

Справедливости ради на последний вопрос я все же ответила, просто меня как и госпожу Луиз совершенно неприличным образом перебили.

— Ну, конечно же вы трогали его, — устало усмехнулся маг. — Ведь вы испытываете невероятную склонность к самоубийству!

— Пес сам ко мне прибежал, — я попыталась оправдаться, сжимая мокрую ткань желтого плаща. — И Рик там совсем один, на холоде и голодный!

— Сейчас во мне должна проснуться совесть, я полагаю?

— Как минимум вы должны разрешить мне накормить вашу собаку. Не понимаю, почему вы так категоричны…

— Не понимаете значит, — светло-серые глаза сверкнули, маг подошел ближе. От его близкого присутствия у меня закружилась голова. — Вам было ясно сказано: не прикасаться к нему. Но вы глупы и упрямы. — Он вскинул руку. — Прежде чем вы начнете очередную пустую полемику, поясняю: Рик — это не пес, а рихтан, созданный из темной материи для охоты. Питается он исключительно живой человеческой плотью. Теперь вы хотите его накормить? Может, мне стоит заботливо отрезать от вас кусочек?

Вот это да… А выглядит, как обыкновенная дворняга.

— Вы слишком жестоки в выражениях, — тихо сказала я, опуская взгляд в пол.

— А вы абсолютно не слышите других. Вы живете в моем доме. И в моем доме вам придется следовать моим правилам, иначе мне придется применять на вас одни из самых неприятных способов обучения непутевых детишек.

— А до этого был пряник? — хмыкнула я.

— Что?

— Забудьте.

Похоже про выражение “воспитывать кнутом и пряником” в этом мире ни слухом не духом.

— Почему вы не рассказали о Рике раньше?

Маг выгнул бровь.

— А что бы это изменило? Вы бы чувствовали себя спокойнее, зная, что рядом с вами находится опасная тварь? Когда вам говорят нет — это значит нет. Нет — полноценное предложение.

В его словах была истина. Однако тон, с которым он преподносил свои слова… был такой высокомерный!

Я вздохнула. И все же, я не вижу смысла спорить, когда знаю, что не права.

— Хорошо. Извините меня. В следующий раз я буду осмотрительнее.

— Не ожидал, что вы так быстро сдадитесь. Молодец. А теперь идите за мной.

Знатно удивившись, я последовала за высокой фигурой мага.

В его кабинете горели масляные лампы и позолоченные подсвечники, которые стояли на широком дубовом столе. Комната была довольно большой, а потолки высокими; по всем стенам расставлены книжные полки, и даже имелся второй этаж с небольшой резной перегородкой, чтобы не рухнуть вниз.

Маг подвернул рукава рубашки, сел за стол и жестом указал на кожаный коричневый диван. Сегодня его белые волосы были убраны в хвост, тем самым открывая изможденное усталое лицо.

Я часто просыпалась в холодном поту из-за повторяющихся кошмаров, где слышались крики русалки. Мужчина меня пугал. До дрожи пугал. И я была уверена, что он не самый хороший человек, однако мне было его жаль. А если взять в расчет, что все это случилось по моей вине…

Какая же я эгоистка. И почему я даже не размышляла об этом? Но наверно это нормально думать о себе? Когда ты знаешь, чем все может закончиться, если ты не сделаешь то, что должен?

Так ведь?..

— Выпейте до дна, — в приказном тоне произнес маг, достав из-за стола пузырек с прозрачной жидкостью.

— Мне будет больно? — спросила я, с осторожностью разглядывая напиток.

И равнодушное:

— Ну приятно не будет точно. Пейте, не заставляйте меня ждать.

Какой же у него поганый характер! С другой стороны, это он спасает мою жизнь, пусть и по своим корыстным мотивам.

Деревянная пробка вышла с хлопком. Я поднесла пузырек к губам и, зажмурившись, сделала глоток. Горло обожгло что-то острое, но более никаких неприятных ощущений я не испытывала.

— Головокружение? Тошнота? Озноб? — холодно спросил мужчина.

Я прислушалась к