Однажды я стала женой проклятого герцога - Вероника Десмонд

Атмосфера резко изменилась, температура упала на несколько градусов. И прежде чем я поняла, что произошло, маг оказался возле русалки и сжал ее горло, перекрывая той кислород.

— Что ты сказала? — процедил он разъяренно. — Повтори!

Она задыхалась, но улыбка не сходила с ее лица.

— Повтори! — приказал маг, усиливая нажим.

Я уже было вскочила с кресла, чтобы вцепиться ему в руку, сделать хоть что-нибудь; он ее убивает! Однако маг сковал меня магией, и я упала в кресло, лишившись возможности двигаться.

— Прекратите! — взмолилась я. — Ей больно!

Говорить я тоже больше не могла.

— Она… — засипела русалка, страшно кашляя, — она… ключ.

Маг ослабил хватку и холодно отозвался:

— Она лишь слабый, ни на что не годный человек, не более. Я уверен в этом. Как она может быть мне полезной?

— Русалки не могут лгать! — страстно воскликнула женщина. — И ты прекрасно знаешь об этом.

— Зачем тебе моя душа?

— Я тебя ненавижу! — тихим и страшным голосом ответила русалка, прожигая мага злым взглядом насквозь. — Я хочу, чтобы ты страдал в самых страшных муках.

Маг усмехнулся, убирая руку.

— И поэтому ты даришь то, что мне нужно? Как-то не складывается.

— О, надо лишь набраться терпения, Аспид, — холодно ответила она, растирая синюю шею. — Когда-нибудь ты ощутишь счастье, искреннее и теплое, и возможно даже убьешь меня, чтобы я не украла его у тебя… И когда оно достигнет апогея, ты поймешь, что проклят. И причиной этого будешь ты сам.

Секундная пауза… и безразличное:

— Я уже проклят.

Мужчина достал кинжал из кармана брюк, порезал себе ладонь и прошептал что-то на языке мне неизвестном:

— Blonfiris.

У русалки сделалось довольное лицо. Она приняла его ладонь и впилась острыми клыками ему в кожу. Через какое-то время маг начал бледнеть, но не пошатнулся, не сказал ни слова, лишь глубоко и размеренно дышал, лишаясь… частицы своей души.

Когда все наконец закончилось, я смогла сделать глубокий вздох и снова почувствовать контроль над своим телом.

Маг достал платок из кармана брюк, чтобы обмотать им ладонь, и прежде чем выйти из комнаты, напоследок холодно сказал:

— Если тебе каким-то образом удалось меня обмануть… я не убью тебя, Лиардон. Я убью всю твою семью. На твоих глазах. Весь клан. Одну русалку за другой… А тебя оставлю на пепелище наслаждаться зрелищем и упиваться последствием твоей ошибки. Помни об этом.

Я вздрогнула. Этот маг — совершенно точно безумный психопат!

Лучи утреннего солнца уже начали бить в окна.

— Принести вам воды? — тихо спросила я у сжавшейся в кресле русалки.

— Не стоит быть со мной доброй, — ответила она, подзывая пальцем к себе. — Я отдаю наивного ребенка в руки чудовищу.

Я послушно подошла ближе и нахмурилась.

— Я не ребенок, если вы меня имеете в виду. Мне почти восемнадцать. И я не собираюсь давать себя в обиду, не беспокойтесь.

На самом деле мне уже исполнилось двадцать два, но в этом мире я была еще несовершеннолетней.

Русалка рассмеялась, беря мою ладонь в свою руку.

— А мне сто пятьдесят три. И я знаю, о чем говорю.

Оправившись от шока, я неловко пошутила:

— Вы не выглядите на свой возраст. Может быть, всего на сто пятьдесят.

Женщина едва заметно улыбнулась.

— Да, какой же наивный ребенок… — А затем нахмурилась, рассматривая линии моей ладони. — В твоем теле есть не только яд шергана, ты ведь знаешь об этом?

Я сглотнула:

— Нет.

— Уже слишком поздно, чтобы повернуть время вспять. Однако тебе станет лучше через какое-то время… если ты сможешь выжить, — пауза, и русалка продолжила: — В случае успеха в течение одного лунного месяца придется жить здесь, в поместье Аспида. Маг будет присматривать за тобой и давать в строго отведенное время приготовленные мной зелья. Все ясно?

Я кивнула, ощутив сильный прилив паники. Представить не могу, каково это — жить в этом странном доме практически целый месяц.

Чувствую, будет непросто. Однако единственное, на чем мне стоит сконцентрироваться, — так это на выживании. Все остальное — несущественные мелочи.

— Сейчас будет больно. Терпи.

Укус до самой кости. И боль! Оглушительная боль…

Кажется, я потеряла сознание…

Глава 18. Поместье безумного мага

Кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем. И если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя.

Фридрих Ницше

Межлесье. Резиденция Аспида

Ария Тернер

Следующие несколько дней я безвылазно провела в поместье безумного мага. Меня часто лихорадило и бил озноб. До вечера я обычно лежала в своей комнате и ела принесенную стряпню неприветливой госпожи Луиз. Благо она дала мне книги, и даже унылое настроение и моросящий дождь за окном не омрачали моего состояния. Ближе к ужину, трясясь словно осиновый лист на ветру, я спускалась в гостиную, чтобы погреться возле камина.

Передо мной стояло несколько сложных вопросов. До Зимнего Бала оставались считанные месяцы, примет ли меня госпожа Орса? И как быть с семейством Тернеров? Я не могу пропасть бесследно на двадцать девять дней, в конце концов Анита и Энни будут жутко волноваться. Наверное, стоит передать им письмо и попросить одну их них притвориться мной в лечебнице. В конце концов, я могу слечь с какой-нибудь редкой лихорадкой на отведенное время. Посещать меня в больнице никто не будет — я уверена.

Не придумав ничего лучше, так я и поступила, попросив служанку дать мне писчее перо и бумагу.

Госпожа Луиз одарила меня простой, но комфортной одеждой: нижнее белье, сорочка, теплые чулки, коричневое шерстяное платье и в тон к нему сапоги. Все было бы замечательно, если бы я не знала, кому принадлежит этот дом. Впрочем хозяин появиться так и не соизволил, что меня неимоверно радовало.

— Господин маг редко бывает дома? — в какой-то из вечеров спросила я горничную.

Она ответила как всегда сухо:

— Да.

— Насколько редко?

— Довольно редко.

Я откусила кусок тыквенного пирога, заедая раздражение, и с надеждой уточнила:

— Ну скажем… раз в месяц?

— Раз в неделю. По субботам.

Я хмыкнула и чуть не подавилась ягодным пуншем. А сразу сказать было нельзя? На редкость странная женщина и странный дом!

Госпожа Луиз развернулась и ушла прочь, до завтрашнего дня я ее больше не увижу. Сначала это несколько пугало. Одиночество. Однако я быстро освоилась.

Так, дайте-ка подумать… Суббота.

Суббота же послезавтра!

* * *

Очередной день вновь выдался хмурый и облачный, пришлось надевать плащ. Это была моя первая прогулка, пусть и во внутренний дворик,