Лоуренс Уотт-Эванс - Смертельное солнце

– Хсинг, – повторила Ченг. – Ну, что ж, хорошо.

В ее голосе прозвучала нотка враждебности, но я по-прежнему не хотела, чтобы она называла меня как-то иначе.

Я улыбнулась.

– Я надеялась, Марико, что ты могла бы рассказать о компании “Уэстуолл Редивелопмент” все, что знаешь.

Девушка пристально посмотрела мне в глаза.

Я попыталась придать своему лицу искреннее и безобидное выражение. Надеюсь, что на самом деле я вовсе не такая, но иногда необходимо выглядеть именно так. Удовлетворившись результатами своего осмотра, Ченг обвела взглядом соседние столики.

Для нашей встречи я выбрала укромный уголок. Единственным свидетелем в пределах естественной слышимости был старик, у которого на шее висел древний видеоплейер, судя по наушникам и очкам, заменявшим ему экран. Слушать он собирался явно не нас. Старик сидел, откинувшись на спинку стула, и по выражению его лица было видно, что он смотрел какой-нибудь классический триллер о битвах с монстрами, представляя себя на месте главного героя. Видно было, как его руки иногда нервно подергивались. Конечно, он мог и притворяться, но, в таком случае, он – отличный актер. Сколько угодно машин, роботов и киборгов могут подслушивать разговор и в любом другом месте.

Ченг, очевидно, решила, что наше место вполне можно считать уединенным. Она повернулась и снова посмотрела на меня.

– Вы не знаете, кто они такие? – спросила она.

– Нет, – я пожала плечами, – они неплохо поработали, чтобы об их компании было известно как можно меньше.

Девушка задумчиво кивнула.

– Я и сама не так уж много знаю. Но я оформляла эту сделку для нашего банка, поэтому мне пришлось разговаривать с ними. Думаю, тебе никогда не доводилось покупать недвижимость?

Нет, не доводилось. Когда-то моей семье принадлежал участок земли к северу от Трэпа. Но за неуплату налогов город забрал его и выставил на продажу, однако покупателя не нашлось. Поэтому мой брат до сих пор живет там, когда не работает.

Я тоже могу иногда погостить там. Мне самой никогда не приходилось приобретать недвижимость, поэтому я отрицательно покачала головой.

– Так вот, по закону землю могут покупать только люди. Никаких машин или синтетических организмов. Если покупатель – корпорация, то от ее имени должен выступать служащий-человек. Ни компьютерная программа, ни машины, ни генетические роботы, ни высокоразвитая флора или фауна – только человек. Конечно, это может быть и киборг – нам все равно: рожден ли он женщиной естественным путем или смонтирован на кибернетическом уровне. Это должен быть человек в юридическом смысле.

Я кивнула. Мне все это было хорошо известно, но я не перебивала Ченг.

– Понимаешь, обычно это несложная работа. Мы готовим документы при помощи специальной компьютерной программы, а затем покупатель лично приходит к нам в офис, чтобы заверить их и взять копию себе, а мы заодно проверяем, человек ли это. Видишь, все предельно просто.

Девушка замолчала. Я снова кивнула, давая понять, что внимательно слушаю.

– Все предельно просто, – повторила она. – Все, кроме того, что именно с этим предприятием все было совсем иначе. Их компьютеры вели переговоры и подготовили все документы, но это не проблема, у нас такое случалось и раньше. Мы сообщили им, что для принятия окончательной договоренности им необходимо прислать к нам своего представителя – человека. Вот тут-то все и началось. У меня было такое чувство, как будто мы потребовали, как минимум, долевого участия в прибыли, а не исполнения простой формальности. “Мы представляем человека, – прибавил их компьютер, – почему мы не можем прислать флоутэра?” Мне пришлось заявить, что таковы условия банка. Если компания желает приобрести участок, необходимо прислать нам человека для заключения сделки, в противном случае сделка не состоится. Не подумай, это не повлияло бы на доходы и платежеспособность нашего банка – сделка была далеко не самой крупной.

При воспоминании об этом Ченг покачала головой.

– Так что же случилось дальше? Появился их человек?

– Ну, ты же видела документы? Да, конечно, появился человек с гладко причесанными блестящими волосами и усыпанным проводками лицом. Городской компьютер идентифицировал его как Пола Орчида. Как мне кажется, он высокого мнения о себе, но если у него и были деньги, чтобы купить эту свалку мусора на Уэст Денге, то выиграл он их в каком-нибудь третьесортном казино (в приличное заведение его бы даже не впустили), а заработать столько он точно не смог бы. Я тогда решила, что он лишь посредник настоящего покупателя. Так или иначе, это не мое дело, главное для меня то, что он – человек и служит в “Уэстуолл Редивелопмент”.

– Это подтвердилось?

– Забавно, что ты спрашиваешь об этом, но мы тоже решили его проверить. Обычно мы не интересуемся подобными вещами. Мы берем с покупателя слово, что он именно тот, за кого себя выдает. Но на этот раз я затребовала полную информацию о его прошлом: ведь у нас возник такой бурный спор с их компьютером, и я решила проверить.

Она замолчала и пристально посмотрела мне в глаза, а я попыталась изобразить на лице невинную заинтересованность.

– Хсинг, говорю тебе, этот Орчид – настоящий мерзавец и жулик. Начну с того, что он появился на Эпиметее нелегально: сбежал с Прометея после того, как был выпущен на поруки из зала суда. Странно это потому, что обвинение было пустяшное: что-то вроде “словесного оскорбления и угрозы физической расправой”. Высылать за это его бы не стали. В течение трех лет власти держали его в черном списке, а затем он исчез, как будто стал невидимкой, информация о нем из банка данных о населении тоже исчезла. Около полутора лет о нем не было известий, пока месяц назад он вновь не появился, но уже в качестве вицепрезидента “Уэстуолл Редивелопмент”. Черт возьми, вот это и самое неслыханное во всей этой истории – он, действительно, является вице-президентом. Никаких сомнений, все подтверждено документально: этот кусок дерьма – третий управляющий “Уэстуолл Редивелопмент”.

Девушка передернула плечами от отвращения.

– Ты можешь это объяснить?

– Нет, – честно призналась я. – А ты можешь? Ты интересовалась этим делом дальше?

– Черт возьми, ну конечно, нет!

Ченг выпрямилась на стуле. В ее волосах заиграли отблески зеленого света.

– Это не мое дело. Я отдала ему документы и помахала на прощание ручкой, а потом внесла в компьютер информацию о том, что имела личный контакт с “Уэстуолл Редивелопмент” и не хочу обслуживать их, если они снова решат воспользоваться услугами нашего банка. Я хочу сказать, что где-то в компьютерной программе сидит вирус, но это не моя программа, да и я – не детектив.