Время сбросить маски - Лан Ань Ни

– Правда? Правда? Я смогу увидеть А-Цзы?! О, благодарю! – оживилась Лю Ин, но тут же сникла. – Ох, нет! Не желаю его видеть! Убью, уничтожу его, уничтожу! Он бросил меня! Он не верил в невиновность А-Фэна! Это ведь он… он оклеветал А-Фэна… Это из-за него А-Фэн всего лишился и пережил столько страданий!

– Она совсем запуталась! – покачала головой Ли Мэй.

Сян Юань-да устал слушать Лю Ин, он подхватил ее на руки, забросил на плечо и перенес на цветущий луг. Усадил на большой камень и сжал ладони несчастной женщины.

– Все это в прошлом, Ин’эр, все в прошлом. Взгляни на меня! Выслушай! Я более не гневаюсь на Ван Цзыляна, и ты не злись. Успокой сердце! Ты… любила Ван Цзыляна. Так ведь это называется… «любовь»? Я вспомнил… И он любил тебя.

– Любил… любил… Тогда почему, почему же он бросил меня? – вскричала госпожа Лю Ин. – Почему оставил здесь, почему не спас? Я винила его в том, что случилось с тобой, А-Фэн, я винила его и была права! Он лишил тебя всего, а когда мне потребовалась помощь, когда мой супруг умер, а меня заперли в его гробнице, Ван Цзылян не пришел. Мои слова разбили его сердце, так ведь? Он возненавидел меня и потому не пришел! Но я же была права… права…

– Повелитель, думается мне, Всевидящий решил, что дева Лю Ин любит не его, а моего… генерала Чжао Фэнлуна. Она так отчаянно его защищала, а Всевидящий видел в нем угрозу. Он разозлился и оставил ее, а после она была похоронена здесь заживо. И возродилась демоном.

– Боюсь, вы правы, госпожа Ли Мэй! Какая ужасная судьба! Одно ошибочное предсказание обернулось большой бедой!

Сердце Сун Жуланя было полно жалости. К брату, которого предал и обрек на смерть лучший друг. К деве Лю Ин, разочаровавшейся в возлюбленном. К Ван Цзыляну, считавшему, что делает доброе дело, но сотворившему большое зло и прослывшему предателем. Но ведь он… заплатил за свою ошибку не только столетиями отчаяния, но и вознесением на девятые небеса.

– Я попытаюсь призвать призрак Ван Цзыляна. Возможно, он сможет успокоить ее.

Сун Жулань поставил фонарь очищения на траву, закрыл глаза, сосредоточился. Юноша думал о Ван Цзыляне, вспоминал о том, как беседовал с ним в Пагоде Познания, как получил из его рук карту мест абсолютной инь, как Всевидящий просил спасти его друзей.

– Повелитель! – вскрикнула Ли Мэй. – Повелитель демонов!

Сун Жулань распахнул глаза и ахнул. Пространство внутри гробницы стремительно менялось. Исчезли зеленые холмы и цветущий луг, теперь повсюду был грубый камень. Сян Юань-да пошевелил пальцами, и на сырой земле распустились огненные камелии. Тело Лю Ин, до этого момента крепко сжимавшей ладонь демона в алых одеждах, распалось на множество белых цветов.

Раздался ее мелодичный смех, и у Сун Жуланя мурашки пробежали по спине.

– Так это была иллюзия… – прошептал обескураженный юноша.

Сян Юань-да поднялся на ноги, его брови гневно сошлись на переносице. Он призвал парные мечи.

– Чуете? – принюхалась Ли Мэй, на ее пальцах вновь выросли когти. – Благовония?

– Цветы дурмана! Так вот как она… Ин’эр! Лю Ин! Покажись! Мы пришли, чтобы помочь!

– Разве? О нет! Вы пришли, чтобы уничтожить мой дом! Долина забвения – все, что у меня осталось! Моя отрада! Если я покину его, мир, который я создала, исчезнет! И все души, нашедшие здесь приют, снова будут страдать!

– Госпожа Лю Ин! Это место абсолютной инь! – вскричал Сун Жулань. – Самое темное место в трех мирах! Равновесие нарушено, инь превышает ян. Тьма из Долины забвения вот-вот накроет земли смертных!

– И что с того? Я ненавижу смертных и их мир! Ненавижу всех! Их законы, их традиции – беспощадны! Люди жестоки, а бессмертные – коварны и лицемерны. Все отказались от меня. Тот, кого я любила, оказался мерзавцем! Я никому не сделала зла, но меня убили, убили…

– Госпожа Лю Ин, я понимаю вас! Я тоже злился, тоже ненавидел, но это путь к одержимости! А она не спасение! Вы должны бороться, сопротивляться!

– Владыка Востока, но я не хочу! – дала решительный ответ Лю Ин. – Если мой мир будет разрушен, как же тогда быть? Как быть?.. Не-е-ет! Я не позволю вам уничтожить Долину забвения! Зачем, зачем, если здесь вы сможете обрести покой? Зачем, если здесь вы сможете получить все, о чем мечтаете?

В воздухе закружились вихри белых цветов. Огромная, цветочная волна хлынула в сторону Сун Жуланя и Ли Мэй и сбила их с ног.

– Повелитель! – Ли Мэй вцепилась в Сун Жуланя. – Повелитель! А-Ни!

Но ей никто не ответил. Голос Лю Ин стих. Ли Мэй вскрикнула. Еще минуту назад она сжимала край рукава Сун Жуланя, а теперь ее руки были пусты. И Сян Юань-да исчез. Паника сдавила горло девушки. Умом она понимала, что глаза обманывают ее, что все, что она видит, лишь иллюзия. Но все равно ей было страшно… очень страшно! Когти Ли Мэй светились, а возникшие на голове лисьи уши прислушивались. Она по-звериному повела носом, но почуяла лишь сильный и терпкий запах благовоний.

Ли Мэй с трудом поднялась на ноги, стряхнула с себя лепестки, сделала один шаг, второй, но осознала, что так и не сдвинулась с места. Пространство вокруг менялось снова и снова, все смешалось: цвета, запахи и звуки. Девушку окружали разноцветные полотна. Легкий ветерок колыхал ткани, и причудливые узоры продолжали меняться… Приоткрыв от удивления рот, Ли Мэй наблюдала за кружившимися в танце девами. Их рукава волочились по земле, а лица… то были лица покойниц. Неужели это жены гуна Цинь, похороненные в одной гробнице?

Перед глазами Ли Мэй мелькали самые разные образы. Множество призраков и их истории… Лю Ин и правда создала счастливый мир иллюзий для всех мертвых, оставшихся в Долине забвения. Души тех, кто был похоронен в Долине забвения, призраки, столетиями прибывавшие в место абсолютной инь, все они кружились вокруг Ли Мэй, а их грезы стояли у нее перед глазами. Кто-то желал мира и покоя, тихой жизни в кругу семьи, кто-то власти, славы и богатства, кто-то хотел обрести утраченное, вернуть тех, кого потерял. И Лю Ин дала им все, о чем они мечтали… И было неважно, что все они умерли, это было неважно… Главное, что они получили то, что хотели. И не желали от этого отказываться.

Ли Мэй была потрясена, но страх был сильнее. Она неустанно искала глазами Сян Юань-да и Сун Жуланя.

* * *

Большие красные листья осыпали