Обсидиан - Людмила Евгеньевна Пельгасова

— Э-э… ну-у… — замялся Хаграр.

— Одну минуту, — девушка обернулась к руководителю. — Маграт, можно мы до ущелья и обратно. Отпустишь?

Третьекурсник смерил взглядом обоих. Однако… Чего это она вдруг? Линке обзавидовалась, что ли? А, ладно, девочка у нас большая, как-нибудь сама разберется.

— М-м… Ну ладно, давайте. Только недолго. Помощь какая-нибудь нужна?

Последний вопрос был задан Магратом чисто для приличия, ибо ответ был и без того известен заранее.

— Нет-нет, спасибо, — поспешно ответила Делька и отчего-то покраснела.

Линвэн фыркнула и спрятала лицо в воротник.

— Ну идите, раз такое дело… Эй, студент, ты место-то хоть помнишь?

— Естественно! — возмущенно фыркнул парень, запуская руки в карманы куртки. — Ниче, я думаю, вдвоем достанем.

Линвэн хмыкнула что-то вроде: «да вдвоем вообще достанете кого угодно» и набросила капюшон. Маграт повторил ее жест, поскольку стук противных холодных капель по макушке становился совершенно невыносим.

— Ладно, девочки-мальчики, я спать пошел! Чего и вам желаю, — объявил руководитель и пополз в палатку.

— Я тоже, — засобирался Борондир, снимая котелок с лаги. — Из-за некоторых я сегодня, между прочим, так и не смог полноценный отдых вкусить…

Намек был очевиден, и ночной гость с певчей утренней пташкой неспешным прогулочным шагом двинулись прочь от лагеря в сторону лесистого склона.

Все проводили их задумчивыми взглядами. Дольше всех смотрел вослед гондорец. Он все не мог забыть какого-то странного, нехорошего блеска в глазах физика.

— Чего это с ней? — ни к кому не обращаясь поинтересовался Борондир. Тон его был ледяным, однако, несмотря на все старания, в нем отчетливо звучали нотки ревности. Взгляд, что сверлил спины удаляющихся орка и эльфийки, был способен расплавить очки, даже странно, что этого не случилось.

— Да чего ты завелся? — Фарах по старой привычке цапнул друга за рукав штормовки. — Ну решила помочь в поисках, ну и что с того? — попытался он успокоить гондорца. — Ничего страшного не вижу, Делька же не полная дура, чтобы с каждым… — Тут харадрим смутился и умолк на мгновение, сделав вид, что закашлялся от дыма. — Нет, я в том смысле, что она тоненькая, в любую расселину пролезет, так что помощь от нее неоценимая. Расслабься…

Нимродэль и Хаграр шагали к лесу. Парень впереди, девушка — на расстоянии нескольких шагов. Путь протекал в полном молчании. Это было странно, но орк не издавал никаких звуков вообще, хотя в подобной ситуации ожидалось, что он станет периодически бормотать себе под нос, вслух рассуждая о месте приземления рюкзака, озираться, высчитывать угол падения или просто вполголоса ругать себя за неловкость.

— Блин, да где ты его выронил-то? — не выдержала Нимродэль. Парень резко остановился, точно увидел ядовитую змею.

— Да… где-то здесь вроде… — Он дико огляделся по сторонам, обозревая узкое ущелье, уходящее насколько хватало обзора, лиги на три вперед и сплошь поросшее можжевельником и кедровым стлаником.

— А… — У Дельки, что наблюдала эту картину, от возмущения даже дар речи пропал. Ни хрена себе координаты! Если под каждый куст заглядывать, тут до следующей недели дело найдется…

— В принципе, я, когда падал, вниз, конечно, не смотрел… — начал физик извиняющимся тоном. — Но вообще-то, похоже, что район поиска можно сузить во-он до той скальной стенки. Видишь, где склоны как котелок сходятся. Во… А вон с той полочки — когтистый палец указал на едва заметный уступ на высоте локтей четырнадцати-пятнадцати — я и сорвался, пхут-тха…

— Обалдеть… — Нимродэль встряхнула ушами, оценив продолжительность скоростного спуска. — Ну ладно, давай искать что ли?

— Давай… — убитым голосом согласился парень, и вслед за девушкой потащился к ближайшим зарослям.

Где-то около четверти часа окрест раздавалось деловитое шуршание кустов, приглушенная ругань, периодически из зарослей выныривали макушки: то черная — Хаграра, то светлая с сиреневой прядью — Нимродэли. Фронт работы продвигался на редкость медленно, результат был еще очень далек, если не недостижим. Дождь успел закончиться и начаться вновь, а парень и девушка все еще ничего не нашли.

— Ой, мама-а! — визг вылетевшей из кустов Нимродэль заставил бедного физика буквально подпрыгнуть на месте. — Хаграр! Там! Там…

Теплый визжащий комочек повис у парня на шее. Запах мокрых волос и можжевельника ударил в нос, девушка, дрожа, прижалась к его груди.

— Дэль, ты чего… — орк успокаивающе погладил эльфийку по спине. — Что там?

— Там… Там кости, — девушка уже взяла себя в руки и смогла говорить осмысленно и связно. — Скелет… и какие-то железки.

— Скелет? Быть не может! — вытаращил глаза Хаграр. — Слушай, так это ж здорово!

— Ага, очень… Тебя бы на это место.

— На какое именно? — подозрительно прищурился физик. — На твое или на место скелета?

Нимродэль истерически хихикнула. Горе-скалолаз нравился ей все больше. Даже в совершенно невеселой ситуации юмор у него бил ключом.

— Ну ладно… — кивнул Хаграр. — Фиг с ним, с моим местом в жизни. А кости — это просто кости, ничего страшного в них нет…

— Привлекательного тоже, — философски заметила эльфийка. Хаграр лукаво ухмыльнулся.

— Это как посмотреть. Помнишь, мы вчера про музейные экспонаты говорили? Ну так вот… ты только представь, какая слава нас ждет: двое альпинистов обнаружили останки одного из воинов «Обсидиана», а? И наши рожи где-нибудь на первой полосе «Кундузских ведомостей»… Не хило, а?

— Ну, не знаю… — замялась Нимродэль. О том, что двое орков вчера договорились разделить находку, она знать, разумеется, не могла. Поэтому задала последний вопрос:

— Слушай-ка, а откуда у тебя такая железная уверенность, что эти кости принадлежат… принадлежали кому-то из горных стрелков? Лично я на первый взгляд об этом даже не подумала, мало ли… Хотя может, просто испугалась…

— А давай вместе пойдем и как следует посмотрим! — предложил Хаграр.

Взявшись за руки, орк и эльфийка храбро нырнули под покров колючих ветвей можжевельника. Их взору предстала отвесная каменная стена, покрытая мхом. В небольшой естественной нише у ее подножия лежал хорошо сохранившийся скелет. Форма костей даже с такого расстояния говорила о принадлежности покойного к ночному народу. Череп с покатым лбом и выступающей вперед массивной нижней челюстью, фаланги пальцев, заканчивающиеся уцелевшими когтями, мощные ключицы. Кожаный доспех истлел, и на земле тускло поблескивали металлические вставки, некогда нашитые на грудь. Шейные позвонки опутывала толстая ржавая цепочка.

— Хм… смотри-ка, кажется, бляха сохранилась — видишь, цепочка? — девушка выглянула из-за широкого плеча студента физфака. — Слушай… а ведь если есть жетон, то скорее всего, можно установить личность…

Парень покосился на нее, и облизнул губы.

— Не уверен. Вряд ли с тех пор сохранились хоть какие-то архивы… Слишком много лет прошло. Да и потом, — он постарался непринужденно пожать плечами, но вышло плоховато — что с того, если