Обсидиан - Людмила Евгеньевна Пельгасова

и нарвался в горах на засаду. В общем, отбивался сколько мог, а когда кончились боеприпасы, то решил красиво уйти из жизни и раздавил в зубах склянку с хагтхаром…

— С чем? — переспросила Нимродэль.

— Яд, который стрелки носили при себе — мрачно пояснил физик. — Видишь мелкие осколки возле затылка? А вон, по-моему, еще между челюстями… гляди-ка, даже зубы все на месте, хм… Да, так и есть… Остатки лука, конечно, ничтожные, но и так ясно, что он у него был… Никаких сомнений, это кто-то из «Тагхаш».

— Ну да… лук-то деревянный был наверно… — покивала Нимродэль. — Сгнил давным-давно…

Мелкий, не по-летнему холодный дождь нескончаемым потоком сыпался из серых туч, точно мука — из дырявого мешка. Блестели мокрые камни, капельки усыпали ветви колючие можжевельника, волосы, ресницы, пух воротника, светлые ручейки стекали по округлостям черепа неизвестного воина, так и оставшегося навеки лежать в этих скалах. И казалось, в мире больше не осталось ни единой живой души, кроме двух промокших студентов и стрелка, погибшего много лет назад. Прошлое и настоящее… Перекрестье времен в серебристых нитях дождя… Дождь смоет все следы… Как бы, наверное, удивился безвестный мордорский воин, если бы узнал, что спустя три века, его прах обнаружат двое: девушка-йерри и парень его народа. Как молча склонят головы непримиримые враги прошлых эпох, как, обнявшись, будут долго стоять возле скальной стены, а потом, все так же молча повернутся и уйдут, чтобы никогда более не тревожить покой спящего последним сном солдата Мордора.

— Ну че, нашли рюкзак? — ехидно поинтересовался Маграт, завидев бредущую по лагерю насквозь промокшую и промерзшую парочку.

— Сомневаюсь… — донесся из палатки голос Линвэн. — Восторга на лицах не видать…

— Да нет, отчего же… — возразил Борондир, яростно протирая стекла очков — Есть множество других, более радостных вещей, чем какой-то там потерянный рюкзак…

Линвэн смерила тепловика изучающим взглядом.

— Ревнуем? — хихикнула она, но вышло это не обидно, а по-доброму. Перегнувшись через свернутый спальник, она наклонилась поближе к уху гондорца и доверительно шепнула: — Поверь мне, оно того не стоит, парень. Дохлый номер…

— А? — Борондир закашлялся и спешно водрузил очки на прежнее место. — С чего ты взяла?

— Да трудно сказать… — уклончиво отмахнулась ухом эльфийка. — Считай, что это моя фантазия. Продолжаем фантазировать дальше: нашел к кому ревновать! Да этот найденыш несчастный с нами пробудет ну еще два дня от силы, и это с учетом сегодняшнего. До перевала проводим, чайку на посошок плеснем — и поминай как звали. Так что брось…

Тем временем мокрую молодежь затащили в палатку, и, заставив скинуть под тентом промокшие куртки и сапоги, переодели в сухое. Маграт для порядку поворчал на них, и, накинув непромокаемую куртку, пошел разводить костер. Его не было довольно долго, и Линвэн уже начала беспокойно выглядывать в щель полога. Вернувшись, Маграт мгновенно стащил ветровлагозащитную куртку, в скомканном виде бросил ее под полог палатки, и как-то, как показалось ребятам, очень странно посмотрел на найденыша-скалолаза и свернувшуюся калачиком Нимродэль. Но ничего не сказал.

— Эй, народ! — на харадрима дождь своего успокаивающе-сонливого действия, похоже, не оказывал. — А давайте поспорим: найдем мы что-нибудь на перевале или нет?

— Найдем — спокойно кивнул Маграт. — Тут и спорить нечего.

Дождь кончился. Ясное горное солнце вновь раскинуло в нестерпимо-лазурной выси свои яркие лучи, ласковым теплом осушая заплаканные щеки серых скал. В мокрой противомоскитной сетке окошек палатки тотчас заиграла радуга, и нутро палатки стало похожим на украшенные цветными витражами покои королей древности. Не успели все насладиться хорошей погодой, как разгорелся спор.

— Ну, и чего мы сидим? — кипятился уроженец солнечного Харада. — Нет, ты же сам говорил: «надо спешить, заявка пропадет»… Маграт!

— Ага! — немедленно включилась в обсуждение Линвэн. — По сырой стенке да в кедах… Это ты хорошо придумал, родной!

Маграт упорно молчал, косясь то на спорщиков, то на Дэльку, то на альпиниста-найденыша.

— Стены-то подсохнут, это как раз фигня… — негромко проворчал он себе под нос. — Меня больше смущает то, что времени до ночи может и не хватить, а подниматься в темноте рискнуть можем только мы четверо — он поочередно указал на себя, Хаграра и двух эльфиек. — Да и то, знаете, как-то не очень хочется…

Услышав его бормотание, Линвэн на секунду задумалась. Зато торопыга Харадрим аж глаза округлил от восторга.

— Слу-ушай, так это же отличный вариант! — воскликнул он, по привычке хватая за рукав руководителя группы. — Смотри: вы четверо, ну, или там, двое, поднимаетесь, оставляете веревки, а наутро мы с Борондиром — за вами. Что скажешь?

— Н-не пойдет… — скривился Маграт.

— Маршрут горит… — тихо напомнила ему Линвэн.

— Да знаю я! Знаю… — третьекурсник обреченно вздохнул, теребя пряжку пресс-мешка. — Две дневки, почитай что задаром убили. Дожди еще эти хронические… Чего-то прямо и не верится, что раньше в Мордоре пустыня была… а из водоемов — одни кудуки.

— А Нурнен?! — взвыл от праведного возмущения Хаграр. — А речки: Гузугай, Удулхэ…

— Да при чем тут Нурнен? — отмахнулся Маграт. — Я, вообще-то, Горгорот имею в виду.

— Ха! Горгорот ему! — торжествующе начал физик. — Забыл, что тогда Ородруин полыхал как бешеный, так тут не только воды — вообще не продохнуть было… наверное… — заключил он, изобразив наивно-растерянное выражение физиономии, чем вызвал бурю умиления у Нимродэли. Гондорца перекосило.

— Итак, мы уклонились от темы, — с нажимом произнес руководитель, не обращая внимания ни на вулкан ревности Борондира, ни на геологические гипотезы физика, ни на заскоки неформалки-эльфийки. — Что делать с подъемом? Пока что я принимаю предложения и рассматриваю все варианты, поэтому просьба высказываться по кругу…

Первым высказался Фарах:

— Идти, чего тут думать еще? Я вообще считаю, что мы все успеем до темноты. Глядишь, еще и чайку на перевале засветло хлебнем…

— Линвэн? — взгляд Маграта обратился к девушке.

— Идти. Нам. Вдвоем — четко отделяя слова друг от друга, произнесла она.

— Да, точно — встрял вдруг Борондир. Мы трое… — Тут он выразительно посмотрел на Хаграра из-под очков, — ах, да, простите! — четверо — остаемся здесь, вы поднимаетесь в связке и оставляете страховку закрепленной. Хорошо, мне нравится…

Взгляд, брошенный им на физика, был настолько похож на вызов, что, казалось, еще немного — и в палатке запахнет горелым.

— Дэль? — вопросительно вздохнул Маграт. Ситуация на личном фронте членов его группы успела надоесть несчастному третьекурснику хуже горькой редьки.

— Я? А… э-э… ну… — девушка нещадно теребила пирсинг в левом ухе. Маграт заметил, что она изо всех сил пытается уловить выражение лица Хаграра. Однако… Видя, что ничего вразумительного она не ответит, Маграт напрямую спросил у физика:

— Ладно… Ну