Сабатон. Системный приручитель 4 - Алексей Пислегин
Так вот, если уйти в осколок с уровнем силы ниже — бонусы будут уменьшены.
Выполнение задания «Выжить любой ценой» навсегда сохранит для нас дополнительные системные плюшки — даже если мы будем повышать уровень в осколке с первым уровнем силы.
Риск, на который мы пошли, не поднимая уровень выше третьего, окупится полностью. Мы ограничили себя в усилении здесь и сейчас, но зато в дальнейшем сильно выиграем на дистанции. Всё, жизнь изменилась навсегда, впереди годы и годы прокачки.
Главное — заложить для неё правильный фундамент уже сейчас.
Что особенно хорошо, бонусы от осколков уровнем выше мы при этом не потеряем, просто получим неизменную планку, ниже которой уровень наград никогда не упадёт.
Одна проблема: как бы ни прошёл завтрашний бой, заходить в осколок Доброслава нам нельзя. Даже на пол стопы, мать его.
Без фанатизма, конечно. Идти на смерть ради задания точно не стоит.
Наше преимущество: мийю и мои питомцы могут без последствий пересекать границу. Марина тоже, она свой квест провалила — только вот толку на той стороне не будет.
У некроманта, в свою очередь, есть зомби. И зомби у него много.
Плюсом к тому — он точно знает место встречи и, если хотел подготовиться — уже сделал для этого всё, что мог. Тут я даже не сомневаюсь.
До места от терминала мы добрались только минут через сорок, в первом часу ночи. Могли бы быстрее, но Буран прихрамывал. Сам я тоже его не гнал, понимая, что псу нужно восстановиться. Возможно, стоило и снарягу просто сгрузить в домен, чтобы не таскать с собой лишний вес — но я не знал, как пройдёт разведка, и побоялся уводить в откат призыв портала.
Мало ли — вдруг на засаду нарвёмся.
Нужное место заметил заранее — оно реально приметное, сложно с чем-то спутать. Слева от вертикально разрезанной надвое высоченной сосны — крутой склон поросшей лесом гривы и торчащая из него замшелая скала в пару моих ростов высотой. Сразу подумалось, что Мэй сможет без труда на неё запрыгнуть, позиция неплохая. Добраться до девушки по склону зомби смогут, но на это им понадобится время.
Справа, метрах в двадцати — склон другой гривы, в этот раз пологий и тоже густо поросший соснами. Вокруг разрезанной сосны — курумник. То есть — россыпи камней, явно когда-то бывших частью соседней скалы.
Место я это знал, проходил мимо не раз и не два, а скала и старая сосна с необхватным узловатым стволом хорошо запоминаются.
Системная стена по неведомой случайности рассекла сосну аккурат по центру. Дерево было прямым, как корабельная мачта — поэтому разделилось на две примерно одинаковых половинки. Разве что, уже ближе к самому верху пошло искривление, и верхушка полностью оказалась на нашей стороне.
Половинки раздались в стороны, но не упали: корни прочно цеплялись за каменистую почву. Даже с ночным зрением — практически чёрно-белым, слегка уходящим в синий спектр — я видел, как потемнел срез от выступившей смолы.
Почему-то стало интересно, пожелтела уже хвоя или нет. Сейчас я не различал толком цвета. Даже если разорву связь с Бураном — всё равно не разгляжу ничего в темноте.
Дерево, походя уничтоженное приходом Системы, всё ещё борется за жизнь — как и мы, оказавшиеся запертыми тут, вдали от цивилизации.
Как ни странно, это меня ободрило.
Когда до разрезанной сосны осталась всего метра три, Система вдруг выдала сообщение. Белые буквы на фоне темноты показались мне особенно яркими:
[Внимание, игрок!
Вы рядом с границей осколков. Пересечение границы станет провалом задания «Выжить любой ценой». Выбор за вами
Удачи, игрок!]
Я соскочил с Бурана, и мы остановились, настороженно прислушиваясь к тишине.
А это была нихрена не привычная тишина ночного леса — живая и постоянно наполненная какими-то звуками. Стрекотом кузнечиков. Уханьем сов, щебетом ночных птиц, хлопаньем крыльев. Шорохами — то полёвка где-то пробежит, то ёж зашуршит в лесной подстилке. Ночная тайга всегда, ВСЕГДА наполнена жизнью.
Здесь лес молчал.
Дул ветер. Что паршиво — прямо нам в спину. Я сегодня убедился, что зомби лучше всего ориентируются по запаху, в таких условиях преимущество за ними. Тихо шелестели трава и хвоя, поскрипывали деревья — и всё.
Никакой живности, будто округа вымерла. А когда имеешь дело с некромантом, слово «вымерла» может оказаться не привычной речевой красивостью, а констатацией факта.
Не говоря о том, что именно мёртвое нам сейчас и несёт угрозу.
Единение с Бураном я не расцеплял всю дорогу, чтобы лучше ориентироваться в темноте. Что сказать? Острый собачий нюх характерный запах зомби уловил сильно заранее. Да здесь им вся округа пропахла так плотно, что мертвечина перебила большинство других запахов.
По сути — тварями может быть наполнен весь окрестный лес. Я никого не вижу, конечно — но это ещё ничего не значит.
Может, они в подстилку закопались. Может — прямо в курумник у нас под ногами. Мертвецам не нужно дышать, они не проголодаются и не уснут. У них не затекут конечности — они, мать их, до самой атаки не выдадут себя НИЧЕМ.
Честно — стало не по себе, и по спине пробежали мурашки, с сырой прохладой ночного леса не имеющие ничего общего. Прямой бой всегда проще, чем ожидание нападения — неизвестно, когда. Неизвестно, с какой стороны.
Буран, будто почувствовав что-то, притёрся ко мне тёплым косматым боком. Я против воли усмехнулся и потрепал его по могучей шее. Пёс выглядел спокойным, но мышцы его были напряжены, уши беспокойно двигались.
Чует что-то.
И я чую — угроза будто разлита в воздухе.
Паранойя прям кричит: камни под ногами едва незаметно пружинят, будто где-то в глубине россыпи есть что-то упругое. Например — плоть засевшего в засаде мертвеца, мать его.
Ощущение практически неуловимое, но… Срань! Я привык доверять себе в таких вопросах. Если что-то ходит, как утка, и крякает, как утка — это утка и есть.
Раз на нас до сих пор не напали — значит, это всё заготовки на завтра, лезть в бой сегодня у зомби приказа нет.
При том, и не скажешь, что Доброслав нас позвал на смерть. Это ведь может быть и перестраховка. По крайней мере, оправдаться именно таким образом очень легко.
Впрочем — это мелочи.
Какие бы
