И пришел Лесник! 24 - Василий Лазарев

— О, Богиня! Не гневайся, — от процессии отделился старик с седой длинной бородой и бухнулся мордой в песок. — Разреши нам захоронить нашего фараона. Не забирай нас в загробный мир вместе с ним! Достаточно того, что он нас и так заебал во время своего правления!

— Конечно, конечно, — Изя Кац с трудом вырвал из цепких пальцев фараона жезл. — В связи с последними распоряжениями с регалиями власти на тот свет нельзя! У нас там знаете сколько фараонов уже? Все палками меряются у кого длиннее! И монетки я приберу, у нас теперь бесплатный проезд для пенсионеров.

— И в тапках таких тоже не пускают! — ехидно объявила Соня, сдирая подковы с фараона. — Вот, держите, сменку. — Она кинула им пару белых тапок из отеля РА.

— Ариведерчи! — Лиана, не целясь выстрелила в лоб евнуху, и он молча свалился рядом с кнутом. — Бегите девки, трахайтесь пока есть время!

За пирамидой проспект приобрёл знакомые очертания, и через двести метров мы увидели вывеску «Мега». Особо не церемонясь, я вышиб стеклянные витрины и въехал внутрь. Испуганные покупатели и продавцы начали судорожно доставать какие-то прямоугольники и усиленно тыкать в них пальцами. Отовсюду доносились крики «Где сеть?», «112 не пашет», «Нам пиздец, я же предупреждал!», «Наконец-то они прилетели, теперь его уж точно выебут!». Тем временем парочка папаша Кац и Соня исполнили в своём репертуаре. Изя начал палить в воздух, а Соня разбила витрину с драгоценностями и брезгливо осмотрела самоварное золото с цирконием вместо брюликов.

— Что за отстой? Женя, поехали дальше, в соседнем квартале продуктовый, — дёрнула меня за рукав Лиана. Я медленно тронулся, давя витрины пятидесятидюймовыми колёсами. Папаша Кац и Соня как заправские гангстеры повисли на подножке двери. Ошарашенные люди звали охранника, но он почему-то замер у стенки и пускал слюни страшно вращая белками без зрачков, а потом набросился на спелую куртизанку с огромными губами. Стоило ему только прокусить их, как его плешивую морду забрызгало прозрачной жидкостью. Охранник взвыл от такой несправедливости и потерялся в меховом отделе.

— Ого! Перезагрузка-то уже как два часа назад прошла. Первые медляки появляются, — заметила Ракета.

— Жень, можно я попробую дар? — слёзно попросила Пенелопа. — Ну, пожалуйста. Им то уже всё равно?

— Хорошо, только в люк вылезай на крышу. Смотри за потолок головой не задень.

Пенелопа тут же полезла в образовавшееся отверстие. Ракета и Рейко подтолкнули её. Пенелопа в развевающемся красном платье стоя на крыше броневика уворачиваясь от рекламных щитов закричала.

— Люди «Меги»! Слушайте меня! Я ваша Богиня! — проходящие мимо встрепенулись и начали прислушиваться, открыв рты. Побросав свои коробочки, в которые они бесконечно пялились, неофиты подняли глаза, пожирая взглядами прекрасное божество в красном. — Я приказываю вам! Плодитесь и размножайтесь!

— Пени, — донёсся голос Ракеты из салона. — Рожать они уже не смогут. Только сношаться. — Тактично напомнила девушка, имевшая трёх любовников сразу.

— Забыла, — кивнула Пенелопа, и повысив голос продолжила. — Новые драйвера, просто трахайтесь до изнеможения! Пока жопа не задымится! Пока у вас из ушей не брызнет! Начали! — Она захлопала в ладоши подбадривая прохожих. Общей директивы им хватило и повсюду начался повальный разврат. Кто-то кого-то потащил в примерочную, один гражданин прямо на рядом стоящем диванчике загнул раком незнакомую гражданку задрав ей платье и начал с усердием исполнять волю Пенелопы. Гражданка, плотоядно облизываясь охотно включилась в процесс высунув кончик языка от напряжения. Пенелопа хохотала не в силах остановиться, упиваясь своей властью и помогала всем советами, имея громадный опыт и четырёх мужей на воле, по её собственному признанию. Несколько дородных дамочек зажали в углу спортивного вида юношу и бесцеремонно стаскивали с него штаны. Он немного сопротивлялся для виду, но вскоре отдался на милость победительниц и те подняв его на своих затёкших жиром руках с улюлюканьем потащили качка в укромное место.

Два представителя солнечного юга зажали, как им показалось девочку возле кадки с пальмой, но разоблачив её от размашистых одежд поняли, что в лапы к ним попался метросексуал. Впрочем… Впрочем, Улей вскоре взял своё и немногие успели насладиться бесплатной плотью и начали превращаться в медляков. Метросексуал, протянув худенькие ручонки повис на бородаче не силах с ним расстаться. Тот, дико вращая глазами пытался оторвать от себя липкие веточки мягко урчащего свежообращённого любовника. Тогда медляк урча вцепился ему в щёку и с удовольствием вырвал кусок кожи вместе с бородой. Южанин завыл как атомоход «Ленин» и бросился бежать, не разбирая дороги сшибая кадушки с пальмами. Его красиво обработанная борода лучшими брадобреями столицы теперь хлопала куском мяса по плечу. Из раны хлестала кровь, турист орал как мартовский кот, тем не менее замедлил шаг и наконец остановился, подозрительно заурчав. Лизнув удлинившимся языком своё окровавленное плечо, он заинтересованно посмотрел на ковылявшего позади юношу, переодетого в девушку. Ещё мгновение и они с упоением бросились к друг другу в объятия и слились в экстазе под пальмой.

Я включил сирену, чтобы хоть как-то распугать прыгающих под колёса броневика. Лиана перелезла на место стрелка и начала беспощадно уничтожать всех. Перерождённых и не очень. После нектара, предоставленного папашей Кацем, она почти ничего не соображала и только успевал ловить в перекрестье прицела очередную смешную фигуру. Помню, как я испил откат из пушки, реакция со мной случилась примерно такая же. Папаша Кац как заправский гангстер палил с одной руки из автомата, другой держась за поручень. Соне хватало одного удара, чтобы переправить клиента сразу через весь Стикс. Прохожие разлетались как кегли.

Впереди раздался устрашающий рык и медляки начали расползаться в стороны. На нас сметая ларьки с очками, бижутерией и прочими девайсами нёсся топтун! Уже? Когда успел прибежать. То, что он не из местных было понятно. Знатная зверюга, ощущающая себя королём, неслась, гордо задрав свою отвратительную башку щёлкая костяными пятками. Стоило ему только увидеть Пенелопу, как он поджал хвост или что там у него висело и с визгом пробив витрину с розовыми игрушками скрылся из виду.

— Видали? — крикнула раскрасневшаяся Пенелопа. — Я Богиня!

— Ох и натерпимся мы с ней. Хорошо хоть успел стерилизовать, — вздохнул папаша Кац.

— Изя, она на нас не бросится? — покосилась на Пенелопу Соня.

— И не один раз, но Изя Кац знает своё дело.