Отступник. Вольник - Константин Георгиевич Калбазов

приватиров, ну или пиратов, если по простому. Благодаря чему сумели едва ли не разорвать Испанские колонии в клочья.

После этого пожиратели лягушек сцепились с любителями овсянки. Но проиграли в этой борьбе, и английская империя разрослась настолько, что над ней реально не заходило солнце.

Русское царство представляет собой союз великих княжеств, возглавляемых многочисленным родом Рюриковичей. Которые с течением времени, уже давно выделились в отдельные и полностью самостоятельные роды. Царь удерживает единство государства посредством интриг, политики сдержек и противовесов. А так же самыми могучими флотом и армией. Количество вымпелов эскадр, и дружин великих князей ограничено законодательно. Ну и отдельный корпус жандармов. Куда же без него…

Но самое неожиданное случилось в тысяча шестьсот семьдесят первом году. То есть, ровно двести лет назад. Одному ювелиру совершенно случайно удалось создать огранку бриллианта в форме овала. Не то, чтобы их раньше так не огранивали. Но тут важен чёткий рисунок. Приобретший его граф через пару лет отправился на войну. И так уж вышло, что пуля, которая должна была сразить его наповал, беспомощно упала на землю. Потом и вторая.

Ясное дело он не стал об этом молчать. Военные вообще любят бахвалиться. А уж когда и впрямь есть чем, так и подавно. Он забавлялся, в особенности под действием горячительного, предлагая собутыльникам стрелять в него из пистолетов. Камень у него был крупный. Хватило его надолго. Но всему есть свой предел. В один прекрасный вечер, во время очередной попойки пуля сразила-таки бахвала.

Перстень перешёл по наследству его сыну. А вскоре спас жизнь и ему. О чем он так же не стал отмалчиваться. Хотя от экспериментов отца всё же воздержался. А тут появился ещё один счастливчик, но на этот раз с рубином. Потом было нападение разбойников на карету, во время которого рубиновый кулон спас жизнь одной даме, сдержав выстрел из мушкета в упор. Её только пороховой гарью обдало.

Стоит ли говорить, что феноменом заинтересовались. Изучив работу ювелира, другие мастера начали повторять рисунок его огранки. Даже если при этом терялась не привычная треть драгоценного камня, а гораздо больше. Зато и результат получался на загляденье.

Вскоре выяснилось, что рубины зачастую остаются инертными и только в редких случаях напитываются Силой. Чего не сказать о бриллиантах. Правда и они проявляли своенравие. То накапливали Силу быстро, то процесс этот растягивался на год и более.

В тысяча семьсот одиннадцатом году византийский учёный-естествоиспытатель обнаружил первое место Силы, где камни напитывались ею с необычайной быстротой. Стоит ли говорить, что во всех странах начались поиски подобных мест. Оказалось их не так много, как хотелось бы, и за обладание ими начала разворачиваться борьба, переросшая в множество локальных столкновений.

Как показали опыты, алмазы способны впитывать Силу где угодно, прямо из окружающего пространства. И чем ближе к месту силы, тем быстрее процесс. Рубины вбирают её только в местах Силы. После чего хранят её сколь угодно долго, если не случится расхода.

Опыты производились с различными кристаллами. И вскоре выяснилось, что подобными свойствами обладает и топаз. Насыщался он как и рубин. Но в отличии от него со временем всё же терял полученную энергию. Средние потери составляли карат Силы в год, вне зависимости от веса.

Работа с камнями привела к тому, что был обнаружен александрит. Правда, в отличии от известной мне истории имя он получил не в честь императора, да и империи на Руси нет. Обнаруживший новый камень естествоиспытатель назвал его в честь своего сына, родившегося именно в этот день.

Так вот, александрит не вбирал в себя Силу. Зато он менял окраску в зависимости от её концентрации. Благодаря чему теперь можно было определять уровень заряда амулетов. Однако главное, было в том, что этот камень являлся идеальным детектором для поиска новых мест Силы. Причём он даже не нуждался в огранке…

Чтобы осознать всё это, мне понадобилось не так уж и много времени. Благо опыт в этом деле уже имелся. Не больше минуты на осмысление общей информации по этому слою. Хотя удивительного для меня тут было и много.

Потом наскоро прошёлся по личности реципиента и обстоятельствах получения им травмы, не совместимой с жизнью. Моё сознание могло подселиться только в случае клинической смерти и никак иначе. А значит и обстоятельства получения ранения знать жизненно необходимо.

— Вот значит как, княжич. Получается заговор, в котором участвует самое близкое окружение. Кисло. Но с другой стороны, не на глазах заговорщиков очнулся, уже хорошо. А то как-то не хочется отправляться в эту клятую тьму на целую сотню лет.

Я разговаривал сам с собой, чтобы просто слышать свой голос. Меня сейчас вообще радовало всё. И тряска, и грохот подвески, и пыль забивающая нос, и впившийся в спину болт, крепящий доску борта к стойке. Пятьдесят лет в безвременье…

Бр-р-р. Этого конечно не миновать, но и приближать этот момент категорически не хочется. А потому, пора отсюда убираться. Вот даже разбираться не буду, не обчистили ли меня стражники. К бениной маме. Валить! Срочно!

Я снял с ушей «Разговорники». По вполне возможно определить направление на вторые половинки. А в мои планы не входило помогать моим потенциальным убийцам. Подошёл к заднему борту. Грузовик как раз делал поворот налево, я оттолкнулся и прыгнул вправо, на обочину. Княжич оказался тренированным молодым человеком, и несмотря на то, что я ещё не в полной мере владел телом, оно сработало на одних рефлексах. Ноги легко спружинили от земли, и я перекатом ушёл под откос, выходя из зоны видимости зеркала заднего вида водителя.

Глава 3

Замерев в кювете, я дождался пока грузовик исчезнет из поля зрения. После чего взял ноги в руки, и побежал в сторону леса, так быстро, как только мог. Благо «Лекарь» полностью восстановил моё здоровье, а прыжок обошёлся мне всего лишь в пару ссадин. Даже ушибов не случилось.

Единственное неудобство, это новое тело, к которому необходимо было приноровиться. Но и с этим прогресс шёл семимильными шагами. С каждым шагом контролировать тело становилось проще, а движения становились всё уверенней. Когда достиг опушки, уже полностью освоился с телом.

Григорий молодец, следил за своей физической формой. Впрочем, у него не было выбора. Благородные, даже дворяне, не то что знать, обязаны были быть настоящими бойцами. И как-то плевать, что он собирался быть лётчиком, а не десантником, или ещё кем. Он дворянин, а значит может быть вызван на поединок. А это совсем