Отступник. Вольник - Константин Георгиевич Калбазов

не обязательно пистолеты. Может быть и сабля, и простой бой. Выбор оружия или отсутствие оного, за оскорблённой стороной.

Оно конечно можно жить и тишком, никого не задевая. Только не в положении княжича. Слишком много завистников. И пусть он не наследник, это ничего не меняет. Он Демидов, и этим всё сказано. Поэтому его могут и спровоцировать, или подставиться. Так, что у него не будет иного выбора, либо позор, либо вызов. А выбор оружия за вызванной стороной. И не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что противник непременно будет использовать слабые стороны. Вот и приходится благородным тренироваться сызмальства.

Впрочем, даже если бы мне попалось нетренированное тело, я всё равно управился бы. У подселения сознания есть множество плюсов. К примеру, я могу купировать болевые рецепторы, либо уменьшив негативные ощущения, либо полностью их блокировав. Точно так же с усталостью.

Тут меня остановить сможет только реальное истощение организма. Что так же вполне возможно. Ну это как с забившимися мышцами. Когда характера хватает, чтобы терпеть боль, и ты готов продолжить подтягиваться, но руки просто не в состоянии работать.

Есть возможность отстраниться от тела, и управлять телом словно со стороны. В этом состоянии, которое я называю боевым трансом, я вижу гораздо больше, у меня лучше реакция, я быстрее, и в краткий миг успеваю подмечать малейшие изменения, и с большей долей вероятности прогнозировать действия противника. А как результат, и эффективно противодействовать ему.

А ещё у меня абсолютная память. Свою настоящую жизнь, я помню как вполне обычный человек. Тут помню, тут не помню, а тут… Погоди, погоди… Нет, не помню. Зато в том, что касается реципиентов… Я могу вспомнить каждую травинку, каждую росинку которую видел хотя бы мельком каждый из четырёх реципиентов. Хм. Уже из пяти. У меня сохранились все знания и навыки всех личностей.

Такая память позволяет учиться с невероятной быстротой. Помнится, я за каких-то полгода получить высшее образование, впитав в себя все знания моих преподавателей. Правда, вундеркиндом меня это не сделало. Ведь мало знать, нужно уметь и применять. А вот с этим имелись некоторые трудности.

Я мог ответить на любой вопрос по высшей математике в пределах изученной мною программы, просто извлекая всё необходимое из глубин моей памяти. Но при этом не способен сделать какое-либо открытие в этой области. Во всяком случае, пока. Хм. Да и в будущем, то же. Имелась у меня такая уверенность.

Зато я отличный художник. Ну-у как художник. Создать шедевры у меня не получится. В этом плане я скорее гиперреалист. Могу вспомнить облик того же Цезаря, который Юлий, и нарисовать его портрет с достоверной точностью, до каждой складки морщин, или прыща. Но только в черно-белом исполнении.

Вот не дружу я с красками и цветом. Про различные там техники широких мазков и тому подобное лучше помолчать. Художник это не краски и кисти, а состояние души. Как бы пафосно это ни звучало…

Часа три я бежал петляя как заяц, и сбивая со следа возможных преследователей. А искать меня будут, однозначно. Поэтому использовал всё, что только возможно. Ручьи с каменистым дном. Валуны, по которым прыгал, что твой стрекозёл. Проплыл по речке вверх по течению. Всего-то сажен сто, но намаялся, просто жуть. По пути собрал кое-каких травок и перетерев их с помощью камней, обработал полученной кашицей свою обувь.

Это у Григория навыков охотника, чуть да маленько. У меня за плечами ещё и разведывательно-диверсионная школа. Ну вот так у меня всё кучеряво. Не могу жить спокойно. Где только меня не мотало, и чем только не занимался. И ведь каждый раз давал себе зарок жить спокойно. Да к-ку-уда-а та-ам.

Через этот свой характер и на пожизненное загремел. А ведь в бытность свою был обычным таксистом. Тем самым водилой, который разбирается во всем, начиная от каменного топора, и заканчивая квантовой физикой, но при этом ни черта не знает.

Н-да. Ну теперь-то это точно не про меня. Я теперь многое умею. Причём далеко не только в военной области. Хотя повоевать мне и довелось изрядно. Скучно как-то сидеть на пятой точке ровно. Не выдерживаю долго. Кровь бурлить начинает, а в заднице шило свербеть. Возможно причина в том, что воспринимаю эти миры, как какой-то сторонний наблюдатель. А может из-за долгих десятков лет проведённых в безвременье, хочется прожить динамично и ярко…

Наконец убедился в том, что со следа врагов я сбил окончательно. И если они меня всё же выследят… Не, ну я тогда не знаю. Прежде чем грохнут, попрошу чтобы показали этого умельца, и он меня перед смертью научил как это у него получилось. Без дураков, я отличный следопыт, и одинаково хорошо как разбираю следы, так и прячу их.

Наконец выбрал тихий уголок, где можно было провести время до вечера. А там можно будет направиться в Большекаменск. Пока доберусь, как раз не просто стемнеет, а время будет уже к полуночи. Были у меня ещё дела в родовом гнезде Григория.

Нет, мстить дяде, помножившему на ноль семью старшего брата, я не собирался. Да, сволочь. И это если мягко сказать. Но с другой стороны, я Демидовым ничем не обязан. Чего не сказать об Александре Ивановиче, невольно выдернувшему меня из ненавистного мрака безвременья.

С чего я взял, что именно он? А некому больше. Конечно у Федора Ивановича были свои враги. Но чтобы провернуть подобное, нужно чтобы слишком многое сошлось в одной точке. Я конечно в реалиях этого мира пока разбираюсь мало. Но усвоил одно общее правило для всех слоёв. Хочешь узнать кто, ищи кому выгодно, и кто может. В деле завязаны начальник стражи и целитель рода. Две далеко не рядовые фигуры. Так что, без вариантов.

Да только дядя непременно постарается закончить начатое. Я ведь получаюсь законный наследник великого княжества Большекаменского. Вот нахрена я ему такой красивый сдался. Пришибить, и концы вводу. Нанести упреждающий удар? Можно. И самое смешное, что мне это по силам. Уж что, что, а главную усадьбу Демидовых, я знаю как свои пять пальцев. В смысле, теперь знаю. И добраться до Александра Ивановича, при моих навыках не составит труда.

Вот только больно многих дядюшка замазал в этом деле. А потому мне всё одно не жить. Инстинкт самосохранения заставит предателей покончить со мной. После чего они станут смиренно дожидаться нового великого князя, которого назначат на заседании великокняжеской думы. Н-да. Целого ряда заседаний. Ибо драчка за