Призрак Гренделя - Эльхан Аскеров
Дождавшись, когда с перевязкой и переодеванием покончено, Морган приказал распределить поклажу бойца между остальными, и снова встав в авангард, приоткрыл дверь кладовой. Убедившись, что коридор пуст, он вышел первым, прикрывая остальных, и дождавшись, когда группа выстроится в колонну, бесшумным шагом двинулся к спуску в тоннели.
* * *
Возвращения вездеходов от соседей пришлось ждать долго. Почти всю ночь. За это время, грендели дважды пытались проникнуть в зимовье, но обе атаки были успешно отбиты, благодаря наличию серьёзного оружия и собранных силовиками приборов. После второй атаки, когда подчинённые Кости на пару минут включили сразу оба прибора на полную мощность, звери заметно сбавили напор. Наблюдавший за ними в тепловизор Миша, несколько раз удивлённо хмыкнул, и на вопрос профессора, что там происходит, не отрываясь от окуляров, тихо ответил:
— Большой совет в Филях. Столпились на границе посёлка, встали в круг, и словно чего-то обсуждают.
— Вполне возможно, — подумав, кивнул Васенков. — Не стоит забывать, что это прародители современных китов, касаток и дельфинов. А их умение охотиться стаей давно уже стало эталоном среди всех водных животных.
— Хотите сказать, что эти зверюги всё-таки морские?- с интересом спросил Руслан.
— Да, — решительно кивнул профессор. — Большая часть их жизни проходит в море.
— Но при этом, на суше, они чувствуют себя прекрасно, — проворчал Миша, продолжая наблюдать за гренделями.
— Они кислорододышащие, и при этом дышат лёгкими, как всё те же киты. Но их конечности, позволяют им легко перемещаться по суше, а значит, они способны охотиться как на земле, так и в воде, — менторским тоном произнёс Васенков.
— И к чему была это лекция?- не понял Руслан.
— Я пытаюсь объяснить вам, что, не смотря на всю свою силу, эти животные не могут долго преследовать добычу по земле. Им ближе вода. При их габаритах, силе и гибкости, они лучше чувствуют себя именно там. В воде им легче перемещаться.
— Не могу с вами согласиться, — покачал головой Руслан. — Никогда не забуду, как они неслись по нашим следам, когда мы к соседям ездили.
— Ваша средняя скорость была около, сорока километров в час. И, тем не менее, грендели отставали. Ты сам это говорил, — решительно возразил профессор.
— Ну, да, — подумав, кивнул парень.
— Вот тебе и ответ. На короткие расстояния, они способны развивать большую скорость, но при долгом преследовании, начинают выдыхаться. Они спринтеры, а не стайеры, выражаясь спортивным языком. Как те же львы. Короткий, стремительный рывок, бросок, схватка с жертвой, а потом, несколько часов восстановления. Здесь, почти, то же самое. С поправкой на их силу и выносливость. Не стоит забывать, что регулярное пребывание в воде сделало их очень сильными.
— Извините, Егор Михайлович. Но вы сами себе противоречите. То вы говорите, что они не способны на долгое преследование, а то заявляете, что их сила делает их опасными для нас, — проворчал Миша, опуская тепловизор.
— Они не способны на долгое быстро преследование. А вот бежать по следу с постоянной скоростью, они могут очень долго, — вздохнув, пояснил Васенков.
— Погодите. По какому следу?- насторожился Руслан.
— Ну, в принципе, им будет всё равно, чей это будет след, — пожал плечами профессор.
— Очень интересно. Получается, что они запросто могут пойти за нами до самого побережья?
— Возможно, — снова вздохнул профессор. — Вся беда в том, что я могу только теоретизировать. Точных знаний об этих животных почти нет. Ведь это, — тут он ткнул пальцем в сторону, где собралась стая, — давно уже вымершие животные. Я исхожу из общих знаний о подобных животных. Скажем так, знакомлю вас с выжимками.
— Понятно. Придётся, выяснять всё о них методом научного тыка, — махнув рукой, вздохнул Руслан.
— Именно ещё и поэтому я хочу поехать с вами, — быстро ответил профессор. — Наблюдать этих животных в их естественной среде, во время охоты, это же просто мечта любого специалиста.
— Ну, вы нашли время, — растеряно протянул Миша, снова поднимая тепловизор.
— Миша, другого случая у меня может и не быть, — вздохнул Васенков.
— Не учите меня жить, лучше помогите материально, — насмешливо фыркнул Руслан.
— Да уж, от помощи я бы не отказался, — неожиданно кивнул Васенков.
— От какой именно?- насторожился Миша.
— Мне бы камеру хорошую, цифровую, чтобы заснять их.
— Зачем?
— Что значит, зачем? Для изучения. И для доказательства, что эвакуация была объявлена не с пьяных глаз, — развёл руками профессор.
— Доказательство, это хорошо, — задумчиво протянул Миша. — Такие доказательства и нам бы не помешали. Костя, — окликнул он смежника. — Колись, у тебя в закромах что-нибудь такое имеется?
— Имеется, — нехотя кивнул Костя. — Но если мы её прое…в смысле, потеряем, расплачиваться до гробовой доски будем. Причём, все вместе.
— Не боись. Мы её профессору на шею повесим. Пусть снимает. Нам потом эта запись может сильно жизнь облегчить, — быстро, словно наткнувшись на какую-то мысль, ответил Михаил.
— Ладно, — сдаваясь, проворчал Костя. — Но учтите, потеряете прибор, лично всех перестреляю. Всё равно меня начальство за неё живьём под асфальт закатает.
Принеся фирменную камеру, он принялся обучать Васенкова правилам пользования этим электронным чудом. Между тем, Руслан, осознав, что происходит, подошёл к профессору и, тронув его за плечо, спросил:
— Егор Михайлович. А вы не забыли, зачем мы вообще собираемся эти гонки устраивать? Наша задача, зверей от каравана отвлечь и подальше в сторону увести. А вы кино снимать собрались.
— Руслан. Я всё помню, — быстро ответил Васенков. — К тому же, вы сами говорили, что стрелять по ним на убой вы не собираетесь. Вам нужно раздразнить их и увести за собой. Так что, я могу спокойно вести беспокоящий огонь, а потом снимать их попытки догнать нас.
— Главное, не забывайте держаться покрепче. Виражи у нас ещё те будут, — вздохнул Руслан, мысленно проклиная профессорское упрямство.
— Не беспокойтесь за меня, Руслан. Я умею держаться и становиться кормом даже для этих животных, совсем не хочу, — улыбнулся Васенков.
— Свежо питание, да серится с трудом, — буркнул Руслан, отходя в сторону.
Услышавшие его последнюю фразу бойцы, не удержались, и столовая огласилась громким хохотом четырёх лужёных
