Системный разведчик. Адаптация. Том 3 - Валерий Юрич
Пилот. Тот безымянный пилот. Пусть он и был врагом, но этот враг дал мне шанс. Его больше нет. Глупая смерть. А мог бы просто улететь. А так — вполне закономерный конец, если принимать во внимание опыт группы Призрака.
Я заставил себя отвернуться от двери. Не время думать о мертвых. Пора позаботиться о живых.
— Майя. Экстрактор. Инструкции.
— Кабинет три-Вэ — это здесь. Экстрактор на верхней полке, я его идентифицировала. Лазерный хирургический комплекс Штейнмарк-7, модифицированный для работы с кристаллическими имплантами Омеги. Коды доступа, полученные от Шелби, подтверждены, система активна.
Я снял экстрактор с полки. Тяжелый — килограммов пять. На боковой панели мигнул зеленый индикатор, когда Майя дистанционно ввела код. Прибор ожил, по корпусу побежали голубоватые огоньки диагностики.
— Инструкция по извлечению черного кристалла. Слушай внимательно, два раза повторять не буду, — хмыкнула Майя, но затем, поняв, что слегка перегнула палку, виновато улыбнулась и добавила: — Шучу. Если что непонятно — спрашивай. Только быстро.
Даже в такой момент Майя продолжала оставаться собой: сложной и непредсказуемой.
— Итак, — деловито продолжила она. — Кристалл расположен в основании черепа, между первым и вторым шейными позвонками. Он крепится к нервам двенадцатью микрокорнями. Стандартное извлечение предполагает рассечение корней скальпелем с последующим удалением — это убивает носителя в ста процентах случаев из-за повреждения продолговатого мозга. Но у нас извлечение нестандартное. Так что особых причин для беспокойства нет. Пока.
— Говори, что делать, — поморщился я.
— Экстрактор Штейнмарк-7 оснащен нейролазером с переменной длиной волны. Он способен рассечь корни кристалла, не повредив нервную ткань, при условии абсолютно точной калибровки. Я возьму управление лазером на себя. Твоя задача — держать прибор неподвижно. Погрешность — не более одной десятой миллиметра. Любое дрожание — и я пережгу ему ствол мозга. — Можно было бы установить экстрактор на стандартный штатив или присоединить к электроманипулятору, но здесь, — Майя скептически развела руками, — нет ни того, ни другого. Так что придется все делать вручную.
Я посмотрел на свои ладони. Левая — обожженная, пальцы распухли, кожа на тыльной стороне лопнула и сочилась сукровицей. Правая — получше, но мелкая дрожь после энергетического истощения никуда не делась.
— Одна десятая миллиметра. — Я невольно выругался сквозь зубы.
— Да, Аид. И здесь только твои руки. Альтернатив нет. Фиксирующих манипуляторов стола недостаточно для этой процедуры — крепления слишком маленькие, не подойдут.
Я сделал несколько глубоких вдохов, сжал и разжал пальцы. Дрожь не прошла.
— Сколько зэн понадобится на мышечную стабилизацию рук?
— Триста пятьдесят, — тут же одобрительно откликнулась Майя. — Эффект временный — до двадцати минут. Этого вполне хватит.
— Делай, — коротко бросил я.
Тепло прокатилось по предплечьям, как будто кто-то погрузил их в горячую ванну. Дрожь утихла. Не исчезла совсем, но ушла глубже, под мышцы, затаилась. Пальцы стали послушнее.
— Готово. — Голос Майи звучал сухо и сосредоточенно. — Теперь сними броню и переверни его на живот. Зафиксируй голову креплениями. Обрей затылок — бритва с ножницами в нижнем ящике стола.
Я быстро разобрался с броней — Майя оперативно подсвечивала скрытые пневмозащелки. После этого осторожно перевернул Саньку на живот и закрепил ему голову. Он застонал — глухо, не приходя в сознание. Его тело было горячим, словно в лихорадке, кожа покрыта испариной.
Я нашел бритву — одноразовый армейский станок — и, не церемонясь, для начала состриг густые космы ножницами, а затем сбрил оставшиеся волосы с затылка, обнажив бледную кожу с проступающими синеватыми венами.
— Приложи экстрактор к основанию черепа, — продолжила инструктаж Майя. — Сканирующим модулем вперед, к шее. Вот так. Теперь замри. Не двигайся.
На маленьком экране прибора проявилось изображение. Черно-белое, зернистое, но различимое. Позвонки. Нервные пучки — светлые нити на темном фоне. И — кристалл. Черная угловатая масса, окруженная паутиной тончайших отростков, вросших в живую ткань.
Я смотрел на эту штуку и думал: из-за такой мелочи Санька потерял свободу выбора. Из-за этого куска черного камня размером с небольшую виноградину его превратили в боевую марионетку.
— Начинаю калибровку лазера. Теперь даже не дыши, — вернула меня к действительности Майя.
Снаружи ударили в дверь. Гулкий металлический звон, от которого загудели стены. Потом — еще раз.
— Пневматический таран, — равнодушно прошелестела Майя, словно сообщая о прибытии курьера с заказом. — У нас есть еще минут семь-восемь, прежде чем они пробьются внутрь. Может, десять, если повезет. По идее, должно хватить.
А через какое-то время она сосредоточенно добавила:
— Калибровка завершена. Лазер на позиции. Корень номер один — начинаю.
Тонкий зеленый луч — невидимый глазу, но отображаемый на экране — коснулся первого отростка кристалла. По экрану побежала рябь. Экстрактор едва заметно завибрировал в моих руках.
— Майя?
— Корень сопротивляется. Он не просто врос — он активно цепляется за нервную ткань. Увеличиваю мощность. Держи крепче.
И я держал. До боли в висках и испарины на лбу.
Луч впился в отросток, и тот начал медленно отделяться от ткани. На экране это выглядело так, словно кто-то осторожно вытягивал корни засохшего растения из влажной земли — медленно, с сопротивлением, с натягом.
Санька дернулся. Всем телом, резко, как от удара током. Майя тут же прервала манипуляции.
— Проклятье. Держи его, Аид. Придется начинать сначала, — прошипела Майя.
Я навалился на Саньку коленом и прижал его к кушетке. Потом вновь вернул экстрактор в исходное положение. Красный индикатор на экране перестал мигать и через секунду исчез.
— Стабилизирую. Прибор вернулся в допуск. Не шевели его больше.
— Тебе легко говорить, — пробурчал я в ответ.
Санька снова дернулся — на этот раз слабее. Его спина попыталась выгнуться дугой, а из горла вырвался хриплый, нечленораздельный стон. Не крик боли — скорее звук, который издает человек, охваченный кошмаром.
Я прижал его крепче, вдавливая коленом в кушетку. Экстрактор — неподвижен. Руки — неподвижны. Все остальное — неважно.
— Корень номер один — отсечен. Перехожу ко второму.
Удар в дверь. Еще один. Еще. Они посыпались друг за другом. Тяжелые, ритмичные, как у метронома. Между ударами — приглушенные голоса. Кто-то отдавал команды. Кто-то матерился.
— Корень номер два. Этот глубже. Мощность — на пределе допуска.
Зеленый луч сместился на экране, впился в следующий отросток. Санька захрипел,
