Претендент. Память рода - Павел Вяч

class="p1">— Громовы все ставки испортили, — поморщился Крух. — Ещё ни одно состязание как положено не завершились!

— А как положено? — на всякий случай уточнил я.

— Ну без подарков всяких, — уверено заявил Крух и почесал спутанную бороду. — Своими силами!

— Четырнадцатилетние школьники с голыми руками на демонов Пустыни? — перевел на человеческий я.

— Зато честно! — бескомпромиссно заявил торгаш.

— Мы, получается, тоже нечестно сыграли?

— Вы честно, — немного подумав, пришел к выводу Крух. — Я сам серебрушку вам послал на зелье.

— Ну, без зрителей бы не вышло, — кивнул я. — Пришлось бы сначала попотеть у солдат, денег как-то заработать, снарягу купить…

— Оно так раньше и было, — вздохнул Крух. — Знаешь, как здорово было смотреть как мелкие с одними копьями на паучка пёрли!

После этих слов торгаш мне тут же разонравился, и я задумчиво прищурился, решая — стоит ему дать в нос или пропустить мимо ушей.

— Мы ещё ставки делали кто из горящих факелов дольше продержится! — пьяно захохотал Крух, и это разрешило мои сомнения.

Ударил без изысков — боковым в челюсть, но так, что торгаш упал там, где стоял.

Бурдюк упал следом — и на песок полилась тонкая струйка разбавленного водой вина.

— Ты чего творишь, малой? — крикнул сосед Круха, поднимаясь со своего складного стульчика.

— Совсем эти малолетние негодяи страх потеряли! — согласно кивнул ещё один торговец, не спеша направляясь к нам.

— Сам пришел…

— Ещё и руки распускает!

— На уважаемого человека руку поднял!

— Надо бы проучить…

Я молча смотрел на стягивающееся вокруг меня кольцо торгашей и прикидывал про себя — доставать пистоль или удастся разрулить конфликт на словах.

Эх, жаль, что диск с запасниками Черепах я спрятал в мастерской под верстак…

Но как только глаз заметил отблеск вытащенного из кармана ножа, как вопрос разрешился сам собой.

Пуф!

С головы торгаша, доставшего нож, слетел смешной тюрбан, а я, пользуясь заминкой мужиков спокойно произнес:

— Три шага назад.

— Да ты…

Пуф!

Голова открывшего рот торговца была обмотана платком, поэтому я выстрелил рядом с его ногой.

Никакого фонтанчика из песка, как в фильмах, не было, но мужик тут же заткнулся и сдал назад.

Торгаши зашумели, но приближаться перестали.

Я же с интересом ждал продолжения. Ну не верилось, что Крух реально настолько тупой, чтобы рассказывать тринадцатилетнему подростку о жуткой гибели других детей.

Скорей всего какая-то проверка…

— Ещё раз шмальнешь из своей пукалки, живым отсюда не выйдешь, — негромко произнес торгаш, на которого мне показал Иван.

— Если посчитаю нужным пальнуть, уважаемый Кабул, то ничьего разрешения спрашивать не стану, — спокойно ответил я.

— Вот как, — непонятно усмехнулся лысый торгаш, чья голова походил на загоревшее куриное яйцо. — Тогда, будь добр, объяснись.

— В моем мире, — невозмутимо ответил я. — Когда взрослый человек с упоением пересказывает про ставки, которые делаются на сгорающих заживо детей, ему или бьют морду, или увозят в психушку.

Толпа тут же зашумела и торговцы, один за другим, не спеша потянулись на свои места.

А владелец ножа и смешного тюрбана проходя мимо Круха, наградил последнего пинком в живот.

— Иди за мной, — бросил Кабул и, посмотрев на Круха, неодобрительно покачал головой.

Я убрал пистоль в кобуру и зашагал за грузным торгашом.

Кабул до чертиков напоминал кого-то между турецким торговцем и афганским талибом. Эдакий подпольный торговец оружием.

Хотя, учитывая, где я нахожусь, вполне возможно так оно и есть.

— Не держи зла на Круха, — неохотно проворчал Кабул, усаживаясь в широкое кресло. — У него, скажем так, с головой не все в порядке. Обычно он ведет себя нормально, но иногда срывается.

— Не любит гимназистов? — уточнил я.

— А чего ему вас любить? — удивился Кабул. — Такие как ты сожгли его дом со всей семьей.

— Не стоит обобщать, — поморщился я. — Наверняка это были какие-нибудь дворяне-студенты, и уж точно не четырнадцатилетние пацаны.

— Наверняка, — не стал спорить Кабул. — Но со временем возраст стирается, забываются свои поступки, приведшие к этому печальному событию, а обида остается.

— Бесконечны две вещи — Вселенная и человеческая глупость, — сумничал я.

— Причем здесь глупость? — лениво удивился Кабул.

— Только глупый человек будет тащить за собой обиды, — выкрутился я.

— В тебе дремлет мудрость Пустыни, — подумав, изрёк Кабул. — духи говорят, что с тобой можно иметь дело.

— Толстой сказал то же самое про вас, — осторожно протянул я.

— Ты хочешь что-то купить или продать?

— Для начала продать, а потом, быть может и купить.

— Лучше бы наоборот, — флегматично заметил Кабул, смотря куда-то вдаль. — И что бы ты хотел продать?

— Что насчет Наплечной ракетной установки или Стальных пневмо-усилителей ног?

— Возьму, — Кабул лениво перевёл на меня взгляд, но на эмоциональном плане я прекрасно считал всплеск любопытства. — Нашел место битвы Черепах?

— Что-то типа того, — осторожно согласился я, прикидывая, стоит ли мне опасаться слежки. — Но ребята из гильдии, которые хотели проследить за мной… потерялись в пустыне.

— Даже так? — Кабул остановил на мне свой немигающий взгляд.

— Пустыня — опасное место, — я развел руки в стороны, показывая степень своего сожаления.

— Опасное, — подтвердил Кабул. — Если принесешь рунный двуручник, возьму по двойной цене.

— На рунный двуручник уже есть покупатель, — я показал глазами наверх. — Тут без вариантов.

— Жаль, — протянул торговец, а в его эмоциях я прочитал огорчение вперемешку с жадностью — я бы дал тройную цену.

— Я подумаю, что можно сделать для такого уважаемого человека, как вы.

— Подумай, — попросил Кабул. — Хорошо подумай. Достанешь мне двуручник, я достану тебе любой товар.

— Даже зелье Укрепления тела? — я сделал вид, что не поверил.

— Легко, — подтвердил торговец. — Любые специи, зелья, артефакты и свитки. Всё, что пожелаешь.

— УГи? — мой взгляд упал на стоящий у стены корпус боевого голема.

— Зачем тебе? — удивился торговец. — Вам и так шесть штук привезли.

Мне бы следовало удивиться его поразительной осведомленности, но я лишь усмехнулся.

— Ну так что насчет УГов?

— Можно, — поморщился Кабул. — Но это будет очень дорого.

На самом деле УГи мне не были нужны. Решил проверить границы возможностей торговца, да и стало интересно — корпус УГа стоит для красоты или нет.

Вообще, у Кабула в лавке было колоритно.

Во-первых, прямо на песке были постелены ковры, а на них не просто валялся всякий хлам, но стояли аккуратные столики.

За столиками находились книжные шкафы с книгами и свитками, какие-то статуи, корпус от УГ-пять и даже рояль.

Может быть местные называли этот музыкальный инструмент по-другому. Но на мой неискушённый взгляд это был он.

Причем расположился он между двух мраморных статуй.

Слева стояла полуобнаженная девушка, которая, казалось, держит что-то на вытянутой вперёд руке.

Не знаю почему, но я сразу