Адмирал Империи – 56 - Дмитрий Николаевич Коровников

— Теперь понимаете, почему я изменил план? — Шереметьев обвел их взглядом. — Если мы двинемся немедленно, то можем захватить Вал до того, как они реализуют свой план. Разделение фортов, перепрограммирование — все это требует времени.

— Которого мы им не дадим, — понял Суровцев. — Блестяще, господин адмирал!

— Не торопитесь с выводами, — предостерег Шереметьев. — Это всего лишь план. А любой план хорош только до первого столкновения с противником. Но да, шансы у нас есть.

— Откуда информация? — деловито спросил Усташи. — Насколько достоверна?

— Из нескольких источников. Подробности — потом. Сейчас важно другое. Нужно перестроить весь план операции.

— Я готов, — кивнул Усташи. — Кстати, а что там с командованием у мятежников? Кто у них главный?

— Формально — никто, — ответил Шереметьев. — Император не назначил главнокомандующего. Есть Хромцова со своей дивизией, есть остатки балтийцев под командованием Зиминой, Пегова и Гревса. И есть этот Васильков при императоре.

— Васильков? — Усташи повернулся к Суровцеву, вспоминая недавнюю сводку. — Это тот самый, который вас обставил?

— Ему повезло, — процедил сквозь зубы Суровцев.

— Везучий противник опаснее умного, — философски заметил осман. — Против ума есть приемы, а против везения — только грубая сила. Хорошо, что силы у нас достаточно.

— Более чем, — согласился Шереметьев. — Но недооценивать противника не стоит. Хромцова — опытный командир. Балтийцы будут драться как загнанные звери — им отступать некуда. А этот Васильков…

Он не договорил. Скоро узнаем, подумал Шереметьев. В бою все тайное становится явным. Там не помогут ни связи, ни репутация, ни журналистские восторги. Только холодный расчет, железная воля и удача. Посмотрим, на чьей стороне она окажется на этот раз. Ухмыльнувшись, он повернулся к своим адмиралам:

— Господа, давайте пройдем в зал для совещаний и подумаем, как нам действовать дальше…

Глава 10

Место действия: столичная звездная система HD 30909, созвездие «Ориона».

Национальное название: «Сураж» — сектор Российской Империи.

Нынешний статус: контролируется силами императора.

Точка пространства: 690 миллионов километров от Суража-4.

Борт линкора «Петропавловск»

Дата: 12 августа 2215 года.

— Господа, прошу за мной, — Шереметьев жестом пригласил своих адмиралов следовать в смежный отсек. — И постарайтесь не передраться по дороге.

Последняя фраза относилась к Усташи, который уже успел «случайно» наступить на ногу Суровцеву, когда они выходили с мостика. Молодой контр-адмирал вспыхнул было, но сдержался — все-таки в присутствии командующего флотом приходилось соблюдать приличия.

Малый зал для совещаний встретил их прохладой кондиционированного воздуха и запахом полироли — кто-то из денщиков явно постарался навести лоск перед важной встречей. В центре помещения стоял массивный дубовый стол, который выглядел так, словно его стащили из какого-нибудь земного музея.

— Красота! — Усташи плюхнулся в ближайшее кресло с таким энтузиазмом, что кожаная обивка жалобно скрипнула. — Настоящее дерево, настоящая кожа… Эх, не то что у нас на «Силистрии». У меня в кают-компании один пластик да синтетика. Зато практично — пролил кофе, протер тряпкой, и как новенькое!

— Это потому, что вы, вице-адмирал, не умеете ценить прекрасное, — Шереметьев выбрал кресло напротив от османа и уселся с преувеличенной прямотой спины. — На моем флагмане каждая деталь интерьера продумана до мелочей. Эстетика — это тоже часть боевого духа.

— Ага, особенно когда эту эстетику размазывает по переборкам после первого же попадания, — хмыкнул Усташи. — Красиво, спору нет. Но в бою мне милее старый добрый линкор с метровой броней, чем все ваши дизайнерские изыски.

— У меня на «Петропавловске» броня в полтора метра, — парировал, усмехнувшись, адмирал и активировал голографический проектор. — Но, мы здесь не для обсуждения интерьеров.

Система «Сураж» расцвела над столом во всей красе. Планеты медленно вращались по своим орбитам, астероидные поля мерцали тысячами точек, а известные позиции императорских сил отмечались красными маркерами.

— Господа, в свете изменившейся ситуации с этими чертовыми фортами нам надо решить, чьи эскадра куда направится, — Глеб Александрович ткнул пальцем в изображение столичной планеты, и оно послушно увеличилось. — Триста тринадцать кораблей против примерно ста десяти-ста пятнадцати у противника. Казалось бы, победа предрешена.

Он сделал паузу, разглядывая мерцающие огоньки вражеских кораблей. Каждый огонек — это сотни, а то и тысячи жизней. Люди, которые будут драться не на жизнь, а на смерть. И многие из них не увидят завтрашний день.

— Но император Иван и его адмиралы показали себя непредсказуемым противником. Они действуют нестандартно. Черт возьми, кто вообще додумался использовать форты как мобильные платформы? Это же надо было так вывернуть мозги!

— Глеб Александрович, при таком численном превосходстве любые хитрости противника обречены на провал! — отмахнулся вице-адмирал Усташи. — Нужно просто взять и врезать им всей армадой! Бах — и нету проблемы! Триста кораблей, это не шутки!

— Если бы все было так просто, — граф Шереметьев встал и начал ходить вокруг стола — старая привычка, помогавшая думать. — Валид, ты же понимаешь, что изначальный план был хитрее. Мы с