Майк Мак-Кай - Хьюстон, 2015: Мисс Неопределённость (ЛП)

Отсоединив звонок, я поднял руку, прервав поток критики ещё одной неудачной идеи неудавшегося мозгового штурма: «Давайте прервёмся на минутку, дамы и господа! По «CNN» передают важную новость.»

Один из менеджеров дотянулся до пульта и переключил проектор в режим спутникового телевидения. И как раз вовремя: корреспондент «CNN» на экране орал в микрофон, а на заднем плане виднелся чёрный столб дыма, и по шоссе проносились пожарные машины.

«Предполагается, весь завод сгорел к чёртовой бабушке, — сказал Директор продаж, — Если так, для НХЭЛ новостей две: плохая и хорошая.»

«Начните с хорошей», — сказал я

«Европа потребляет пятьдесят восемь миллиардов кубических футов в сутки [1,64 млрд м3]. Завод в Омане поставлял миллиард триста миллионов, два процента объёма рынка. В ближайшие два-три дня, цена природного газа в Европе пробьёт крышу. Нефть обычно реагирует с недельной задержкой.»

Бизнес-аналитик захлопала в ладоши: «Давненько мы не видели «Брент» по сто баксов!»

«Новость хорошая, но аплодисменты неуместны. На заводе наверняка люди погибли, — напомнил я, — А плохая новость?»

«Поставки в Японию, — Директор продаж переключил проектор обратно на слайды, — Мы обсуждали, как залить несколько танкеров в Австралии и перепродать по контрактам НХЭЛ, пока буровики не дадут дополнительный газ. Но после взрыва в Омане – австралийцы накрутят цены. В любом случае, новость «CNN» делает сегодняшнюю презентацию бесполезной. Идём анализировать дальше.»

«Успеете до среды сделать новую оценку?» — спросил я.

«Успеем, — сказала аналитик, — Я полагаю, на газовых контрактах мы проиграем, зато на нефти – выиграем. Главное, чтобы «Альбатрос» увеличил добычу на шестьдесят процентов, как обещала доктор Клейн. У её Директората – новая сверхсекретная технология…»

Я поморщился, вспомнив, что забыл уволить Маркони: «На увеличение добычи с «Альбатроса» пока не рассчитывайте. Эта сверхсекретная технология – не более чем эксперимент.»

В четверг, я вернулся домой после полудня, рассерженный и грустный, — Рэнди, собираем чемодан! Лечу в Хьюстон. Японский чартер в шесть.

— Вот прямо сегодня, что ли?

— Ну да!

Рэнди насупилась, — Девочки прилетают во вторник! Ты обещал им неделю на сноубордах!

— Обещал-обещал. Тут такая хрень! Ой, прости, вырвалось! Я хочу сказать: у нас небольшие проблемы. Придётся остановить одну линию на заводе СПГ. Прежде чем я такой ужас сделаю, хочется обосновать решение перед начальством, а то будет скандал.

— А по телеконференции – нельзя?

— Нельзя. Сокращение добычи на сто девяносто миллионов футов в сутки!

— Это много или мало?

— Как потребление небольшой европейской страны, навроде Финляндии. Ты представляешь себе пять миллионов человек без тепла и света?

…В Международном Аэропорту имени Джорджа Буша, водитель представительского автомобиля держал «ай-пад» с моей фамилией на экране. Прямиком в отель, в душ, – и заснуть! Чартер раз в неделю – для кого-то неудобно, но есть и плюсы. В пятницу поработаю из отеля, нормальный восьмичасовой рабочий день заместо безумного трудового марафона в Ново-Холмске. На обед и ужин – что-нибудь лёгкое, вегетарианское. В субботу и воскресенье надо хоть чуть-чуть привести себя в порядок, сходить в тренажёрный зал, поплавать в бассейне. И с ежедневными «Кровавыми Мэри» надо прекращать!

За окном «Линкольна» проскочила заправка «Шелл», и моя сонливость вдруг прошла. «Экологический 91 с этанолом»: пять долларов за галлон [3,785 л]! Я вытащил «айфон» и проверил цены. «Брент – $96. WTI – $88.»

Утром в понедельник, когда тот же «Линкольн» вёз меня в штаб-квартиру холдинга, ценники на заправках показывали уже пять-пятьдесят. Строгое гранитно-мраморное фойе – непривычно пустынно.

— Почему людей не видно – внеочередной выходной? — спросил я скучающую женщину на ресепшн.

Она взяла мой бэдж НХЭЛ и принялась проверять имя в компьютере, — Ага, выходной! Выходное пособие в качестве рождественского подарка! Всех поувольняли.

— Правда? Я слыхал про сокращения, но не думал, всё так плохо.

Секретарша протянула мне карточку посетителя: — Знаете, на какой вам этаж, мистер Смайлс?

— Знаю. Комнаты для совещаний. Тридцатый.

— А! Тогда не промахнётесь. Этажи с шестого по двадцать седьмой – пустые. Намереваются в аренду сдавать. Представляете, сколько уволено?

Над кнопками в лифте объявление: «В связи с реконструкцией систем безопасности, кафетерий временно не работает. Приносим извинения.» Около некоторых кнопок – приклеены бумажки с новыми этажами сокращённых отделов. Даже в 2008, в разгар GFC, до таких увольнений дело не дошло.

Несмотря на радостную новость: индекс «Брент» пробил психологическую отметку $100, – атмосфера на совещании стояла угрюмая. Каждая презентация включала слово «сокращение», да не по одному разу. «Сокращение доходов от продаж.» «Сокращение капитальных вложений.» «Сокращение штатов.» В презентации руководителя геологоразведки и перспективных проектов проскользнуло и жёстче. «Прекратить разведочное бурение.» «Остановить морскую сейсмику.» «Отменить.» «Распродать.» Нефть-то подорожала, а объёмы добычи – падают. Проскочила мысль: а если нефть подорожала именно оттого, что никто не может удержать добычу?

Я думал, моя презентация, о сокращении запасов Пинежского и остановке одной линии СПГ, – произведёт эффект разорвавшейся бомбы. А на деле, Президент холдинга задал единственный вопрос: — Ваши запасы, Эндрю. Никак нельзя увеличить?

— Мать-природа, суровая хозяйка, — сказал я, прокрутив слайды назад к таблице запасов.

Президент махнул рукой и отправился подлить себе кофе.

Ленч подали в комнату для совещаний. Кризис ударил и тут. Никакого тебе эксклюзивного меню с морепродуктами; сандвич «Сабвей» с пакетиком картофельных чипсов, да стандартный, крепкий, но невкусный, офисный кофе. Когда я развернул мой «Итальянский Острый», ко мне подошёл Джеймс Томсон, технический директор из холдинга.

— Мне понравилось, как вы сказали сегодня: «Мать-природа, суровая хозяйка.»

— Это не я сказал. Один мой коллега. Давно.

— Ваше мнение о Пике Нефти?

— Честно? Пик неизбежен. Но не скоро. Думаю, лет через тридцать-сорок.

— Что если я скажу вам, Пик уже прошёл?

— Я не поверю. Есть отчёт «BP», есть правительственная статистика EIA. В две тысячи восьмом и девятом было сокращение добычи, но GFC кончился, и ситуация выправилась.

— Есть подозрение, «Бритиш Петролеум» подделывает не только разведанные запасы, но и данные добычи и потребления. Мировой пик по сырой нефти прошёл в 2005 году, и с тех пор добыча потихоньку снижается. Однако, «BP» и EIA рисуют незначительное увеличение.

— Зачем бы «BP» нас обманывать?

— Им-то ни к чему. Но вот прикиньте: «BP» собирает данные у правительств и добывающих компаний. В странах бедных, навроде Чада или Бангладеш, – статистики вообще нет. Они берут прикидку по численности населения, умножают на прошлогоднее потребление из отчёта EIA! Большие международные компании – врут с оглядкой, зато мелкие, все эти американские «сланцевые», навроде «Чесапик Энержи» – показывают несуществующие объёмы по полной программе. А ежели речь о национальных компаниях навроде «Сауди Арамко» или русского «Газпрома»? Думаете, у них в отчёте – чистая правда?

— Пик Нефти теперь заменяет в Хьюстоне светские разговоры за едой?

Он надорвал пакетик с чипсами, заглянул внутрь, потом проверил надпись на обёртке, — Написано, натуральные, — достал двумя пальцами кружочек картофеля и отправил в рот. На среднем пальце правой руки отсутствует ноготь: типичная травма старого буровика.

— Разговоры не светские, а деловые. Мы проходим Пик Газа. В США, газ пока дешёвый, но в Европе цена уже попёрла, а скоро будет раз в двадцать выше. За колебания на бирже говорить не буду, но общий тренд на ближайшие десять лет – однозначно положительный. Я вот глядел на ваши слайды и думал: нельзя оставлять в России столько газа. Что если переоборудовать завод СПГ на меньшую производительность? Думали?

— Думали. Технически можно, экономически невыгодно. Если частично разобрать оборудование первой линии и смонтировать новый турбодетандер меньшей производительности, отсечка 750 миллионов станет не страшна. Однако, стоимость нового оборудования – за миллиард долларов. Мои финансисты подсказывают, мы прогорим.

— Покажите-ка ещё раз вашу кривую спада добычи.

Я открыл «Мак» и прощёлкал презентацию на нужный слайд.

— Полная остановка завода СПГ в 2020, так? — Томсон качнул седой шевелюрой, слегка растрёпанной, как у безумного профессора в голливудских фильмах.

— Да, – подтвердил я.

— Вот и чудненько, — потёр руки Джеймс, — В начале 2017 мы досрочно останавливаем одну линию СПГ в Западной Австралии – у них газ закончился. Оборудование оплачено полностью, но выработало ресурс на пятьдесят процентов. Демонтируем один детандер, привезём к вам в Ново-Холмск. А что касается вашего монстра – я найду, куда его пристроить.